Пятно
Шрифт:
—Что именно?
—Где они взяли столько органики?
—В смысле?
—Из чего все эти уроды сделаны? А?
—О-хо-хо… — По спине побежали мурашки и лезть в транспортник как-то сразу расхотелось. Так вот, зазеваешься — и пустят в производство. Уж лучше в крематорий…
—Вот тебе и о-хо-хо, — помрачнел федерал и вдруг затащил меня за остов превращенного в кабриолет «Кайена». — Пригнись!
—Что такое? — прошипел я и вдруг расслышал странный скрежет.
Краем глаза выглянул из-за машины и обомлел: непонятное создание, больше всего напоминавшее
—Валим! — потянул меня за собой Кузнецов. — Быстрее! В обход пойдем!
Я спорить не стал и, пригибаясь, помчался прочь от свалки. Вот уж действительно — лучше в обход пойти. А то соберутся несколько таких малюток и растащат на запчасти, как те автомобили. Пока ты их из автомата еще изрешетишь…
В один миг домчавшись до развалин офисной многоэтажки, мы немного успокоились и зашагали мимо обшитого сайдингом здания, от которого пахло разогретым железом и испарявшимися на открытом воздухе химическими реагентами. Вроде не сероводородом, но чем-то не менее противным.
—И куда дальше? — Пытаясь отдышаться, я остановился в кустах и поправил вновь сбившийся рюкзак. Ребра ныли просто нестерпимо, и сама мысль о том, что придется снова куда-то бежать, приводила в ужас. Еще и кашель этот…
—Держи, — оценив мой измученный вид, выщелкнул Кузнецов из блистера очередную таблетку. — Я там дальше несколько обрушенных складов приметил, попробуем со стороны на них глянуть. Возможно, мы уже пришли.
—Хорошо бы. — Я положил стимулятор под язык и, перешагнув через валявшийся на земле бетонный столб уличного фонаря, повернулся к оперу: — Идем?
—Тихо! — неожиданно уставился федерал на кого-то у меня за спиной.
Я обернулся и сразу заметил непонятную фигуру, замершую на углу дома.
—Назад, — почти беззвучно выдохнул Кузнецов, продолжая удерживать на прицеле стоявшего к нам спиной человека в черном плаще.
Да мне и самому хватило ума понять, что не стоит устраивать стрельбу и нарываться на неприятности. Пусть все эти создания между собой общаться и не могут, но если набегут пауки или ящерки, нам придется несладко. Всех перестрелять можем и не успеть.
Я медленно шагнул обратно через фонарный столб, и тут под ногой предательски хрустнула сухая ветка. Услышавший подозрительный звук черный человек резко обернулся и вскинул руку, с которой немедленно сорвался длинный язык почти бесцветного пламени. В самый последний момент мне удалось рухнуть на землю, и волна огня прошла над головой. В нос ударила вонь опаленной шерсти, потом раздалось несколько приглушенных хлопков, и шипение газовой горелки смолкло, уступив место сиплому стону.
Кузнецов перескочил через прикрывший меня от огня поваленный фонарный столб, прорвался через дымившиеся ветки кустов к скорчившемуся на асфальте мужику и сделал контрольный выстрел в голову.
—Помогай! — прошипел он.
Я вскочил и ухватил труп за руки, федерал взялся за ноги, и мы уволокли мертвеца за угол дома. Там бросили его в кустах
—Это из чего он меня? — Я стянул с головы курившуюся легким дымком шапочку и ударом о колено сбил с нее тлеющие угольки. — Из огнемета?
—Ага, ручного.
—В смысле?
—Гляди. — Кузнецов отдернул рукав плотного плаща и продемонстрировал мне вживленную в лишенную пальцев ладонь металлическую конструкцию, прямо под которой темнело пятно сморщенной кожи. — При сокращении мышц происходит механическое воспламенение вырывающегося под давлением из руки газа.
—А заправляют его как? Я извиняюсь, через задний проход?
—Скорее всего, газ у него собственного производства. Смотри, какой пузатый.
—Неэффективно.
—Для боевых действий — да. А как самоходная газовая горелка или надсмотрщик над пауками — вполне.
—Валим отсюда, — потеряв всякий интерес к мутанту, забеспокоился я.
—Подожди. — Опер присел рядом с мертвецом и сдернул у него с головы капюшон.
Лицо покойника было самым обычным, разве что с бледной, будто восковой кожей, а вот череп оказался вытянутым и заметно отличавшимся по цвету от остальной головы, словно кто-то забавы ради присобачил бедолаге уродливую нашлепку.
—Это человек, просто слегка модифицированный, — закрыв лицо капюшоном, поднялся на ноги Кузнецов. — Вероятно, один из пропавших помоечников.
—Час от часу не легче! — невольно вырвалось у меня. Одно дело в общий чан с биомассой угодить и совсем другое — чужой марионеткой стать. Тут ведь даже последняя пуля в голову не гарантирует, что получится такого издевательства избежать.
—Все, идем…
—Куда идем-то? — промямлил я, вовсе не уверенный, что нам и дальше стоит пытаться пробираться на транспортник.
—Сдулся? — уставился на меня федерал.
—Ты че? Как можно? — возмутился я, проклиная собственную слабость. У нас-то хоть оружие есть, а Алиса совсем одна. Еще и в компании зверей!
—Шевелись тогда.
Кузнецов не стал тратить время на выяснение отношений, и я понуро зашагал вслед за ним.
А куда деваться? Теперь вместе до конца. Будем надеяться — до конца победного.
Во избежание неприятностей мы по широкой дуге обогнули дом, у которого наткнулись на жуткого урода-огнеметчика, и дальше двинулись уже кустами. К счастью, здесь паутина закрывала лишь проходы между домами, да и пауки на глаза пока не попадались. Не иначе все силы на ликвидацию последствий пожара брошены.
—Надо поторопиться, — обернулся ко мне опер. — Наверняка кто-то на корабль уже побежал.
—Зачем?
—Доложить о нарушении периметра, получить приказ.
—То есть кто-то будет бегать и передавать распоряжения? Сколько же времени это займет?
—Немного на самом деле, — поморщился Кузнецов. — Принцип обратной пирамиды. Один говорит двоим, те двое передают приказ четверым и так далее. А потом начнется облава.
—Думаешь, получится переждать в каком-нибудь из домов? — заметив интерес федерала к не пострадавшим от бомбардировок зданиям, спросил я.