Пятно
Шрифт:
—Не думай даже. — Я попытался его остановить, но федерал лишь мотнул головой, а потом выругался и ткнул мне в лицо порезанной перчаткой.
—Ты меня отвлек! — с вызовом заявил он.
—Ну конечно! — усмехнулся я. — А так бы ты через эту дыру запросто на следующий уровень забрался! Правда?
—Помолчи, — поморщился Кузнецов и опустился на колени рядом с отверстием в полу.
—Ты чего? — удивился я. — Нам же вроде вверх надо?
—Ничего не чувствуешь?
—Пованивает чем-то.
—Смотри.
Опер
—Это что еще такое?
—Похоже, по этой штуке питательный раствор расходится. Без еды даже искусственно выведенным тварям не обойтись.
—Понятно, — кивнул я и вслед за федералом перепрыгнул через отверстие в полу. — Как думаешь, это ракетой разворотило?
—Скорее всего, — пробираясь через свисавшие с потолка обрывки кабелей, ответил опер и предупредил: — Осторожней, тут арматура торчит.
—Ага, спасибо, — откликнулся я и спросил: — Кстати, а чем так опасно использование искусственного интеллекта?
—Помимо того что это запрещено, а рынок программного обеспечения для суперкомпьютеров и навигационного оборудования давно поделен?
—Ну да. Запрет ведь, полагаю, не на пустом месте возник.
—Говорят, слишком много проблем в свое время с ИскИнами было. — Стены впереди почти смыкались, и Кузнецов сумел протиснуться между ними с немалым трудом. — С катушек постоянно съезжали, вот и запретили.
—Наверное, проблемы были очень серьезные. — Я пробрался к оперу и попросил: — Ты не молчи, блин, а то у меня, похоже, и в самом деле клаустрофобия начинается. Крысиные норы какие-то…
—Говорят, на одну из планет ши упал контролируемый искусственным интеллектом спутник. Учитывая, что он был чуть меньше четверти нашей луны, размеры катастрофы можешь прикинуть сам.
—Да уж, неслабо. Неужели компьютер так сложно контролировать? Профилактику проводить и все такое…
—А где, по-твоему, искусственный разум в основном использовали?
—Ну, не знаю…
—На автоматических линиях по переработке астероидов, станциях на непригодных для жизни планетах, долговременных огневых точках.
—В общем, там, куда часто инженеров для калибровки не зашлешь? — догадался я.
—Именно. Иначе никакой экономии не получится, — подтвердил Кузнецов. — На инструктаже один из лингеров сказал, что без калибровки ИскИны функционировали в штатном режиме около полугода, а потом начинались необратимые изменения. Чисто электронные модели дробили память, создавая новые личности и тратя на это ресурсы системы. Сам понимаешь, к чему это в итоге приводило.
—К шизофрении?
—Именно. Ну а модели,
—Угу, насмотрелся.
—И это только типовые нарушения. Сам понимаешь, держать при каждом ИскИне штат психологов просто нерентабельно.
—Ясно.
—Кстати, — остановился вдруг Кузнецов, — похоже, мы пришли.
—Точнее, приплыли, — встал я обок и заглянул в показавшийся бездонным провал шахты грузового подъемника. — Полагаю, лифт ждать бесполезно?
—Сами заберемся.
—Уверен, что это хорошая идея?
—Лучше, чем кружить по кораблю в поисках лестницы, — заявил опер и, подступив вплотную к провалу, принялся шарить рукой внутри шахты. — Здесь скобы, подняться на верхний этаж не проблема.
—Только ты первый лезешь, — предупредил я.
—У тебя еще и боязнь высоты вдобавок? — обернулся Кузнецов.
—Нет, но если твой вес скобы выдержат, то и подо мной не обломятся.
—Имеданцы полтора центнера в среднем весят.
—Тогда ты ничем не рискуешь.
—Черт с тобой! — усмехнулся опер и забрался в шахту. Я подошел к провалу и принялся вслушиваться в мерное цоканье ботинок по торчащим из стены стальным пруткам. Вскоре оно стихло, и послышался голос федерала:
—Порядок, поднимайся.
Забраться в шахту лифта оказалось легко. И боязнью высоты никогда не страдал, и до скобы дотянуться проблем не составило. Вот только расстояние между ними было рассчитано на более чем двухметровых создателей корабля, и вскарабкаться наверх получилось с трудом. Еще и сквозняком тянуло чуть ли не как в аэродинамической трубе.
—Руку давай! — Кузнецов помог мне выбраться наружу и оттащил подальше от провала лифта. — Нормально все?
—Ага, — отдуваясь, мотнул я головой. — Куда теперь?
—Надо подумать. — Опер оглядел небольшой холл, из которого в темноту уходило сразу три коридора.
Хотя почему — в темноту?
На этом уровне висевшие под потолком панели светильников едва заметно помаргивали, и их тусклое свечение хоть немного, но разгоняло царивший на сбитом транспортнике мрак.
—На потолок внимание обрати, — посоветовал я.
—А ведь и верно! — обрадовался Кузнецов. — Смотри, в центральном коридоре панели чуть ярче светятся!
—И чем дальше, тем светлее становится! — присмотрелся я.
—Пошли! — Опер спрятал химический светильник в карман куртки и уверенно зашагал по коридору. — Думаю, мы почти на месте.
—И разрушений на этом уровне совсем нет…
—В правом коридоре разрушений хватает. — Федерал указал на стену, в которой чернело обугленное отверстие, и обернулся. — Видел?
—И потолки тут выше.