Пятый свидетель

Коннелли Майкл

— Обращались ли вы к нему еще раз по собственной инициативе?

— Да, когда мне стало известно, что одна из наших сотрудниц, кассирша, сообщила своему начальству, что тем утром видела Лайзу Треммел то ли вблизи, то ли на самой территории банка. Я счел, что полиция должна это знать, поэтому связался с детективом Керленом и устроил ему встречу с кассиршей.

— Это была Марго Скейфер?

— Да.

На этом Фриман закончила допрос свидетеля и предоставила его мне. Я решил, что лучшей тактикой для меня будет только прощупать его и бросить в почву несколько семян, чтобы потом вернуться за урожаем.

— Мистер Модесто, как начальник службы

безопасности «Уэстленд нэшнл» имели ли вы отношение к действиям банка против Лайзы Треммел в связи с делом об изъятии у нее дома?

Модесто энергично затряс головой:

— Нет, это дело юристов, я не был к нему причастен.

— Значит, когда вы передавали детективу Керлену «тревожную папку», где Лайза Треммел значилась первой в списке, вы не знали, близка ли она к тому, чтобы потерять дом, или нет, так?

— Именно так.

— То есть вы не могли знать, что банк заморозил дело об отъеме ее дома, поскольку ранее поручил осуществление операции компании, оказавшейся замешанной в мошеннических действиях, и я…

— Протестую! — взвизгнула Фриман. — Защитник оперирует фактами, не подтвержденными доказательствами.

— Принято, — сказал Перри. — Мистер Холлер, будьте осторожней.

— Да, ваша честь. Мистер Модесто, передавая «тревожную папку» детективу Керлену, вы обратили его особое внимание на Лайзу Треммел или предоставили ему самостоятельно изучать список?

— Я отметил, что она занимает в нашем списке первую строку.

— Почему? Он спросил вас об этом?

— Не помню. Помню только, что рассказал ему о ней, но была ли то моя инициатива или он попросил меня это сделать, точно сказать не могу.

— Значит, в тот момент, когда вы разговаривали с детективом Керленом о Лайзе Треммел как о главном источнике опасности, вы понятия не имели, в каком состоянии находится ее дело об изъятии дома, я правильно понял?

— Да, правильно.

— И детектив Керлен тоже не располагал этой информацией?

— Я не могу говорить за детектива Керлена. Спросите его сами.

— Спрошу, не волнуйтесь. А пока у меня больше нет вопросов.

Возвращаясь на место, я бросил взгляд на часы. Было без пяти пять, и это означало, что на сегодня работа окончена. Всегда так выкладываешься, готовясь к процессу, что в конце первого дня тебя накрывает волна усталости. Я почувствовал, что она начинает накатывать на меня.

Судья прочел наставление присяжным без предубеждения отнестись ко всему, что они услышали и увидели за истекший день, а также не читать репортажей о ходе процесса и не обсуждать дело между собой и с другими, после чего распустил их по домам.

Моя клиентка отбыла с Гербом Дэлом, который приехал за ней, а я вышел из зала вслед за Фриман.

— Хорошее начало, — похвалил я ее.

— Вы и сами были неплохи.

— Ну, мы же оба знаем, что в начале процесса вы срываете лишь те плоды, что низко висят. Когда они закончатся, мне станет гораздо трудней.

— Да, трудно будет, не сомневайтесь. Удачи, Холлер.

Выйдя в коридор, мы разошлись в разные стороны. Фриман по лестнице — в офис окружной прокуратуры, я — к лифтам, вниз, потом пешком до своего офиса. Надо было еще кое над чем поработать. Похоже, завтра Керлен на весь день оккупирует свидетельский бокс. Я должен был подготовиться.

26

— Народ вызывает детектива Ховарда Керлена.

Развернувшись от стола, у которого стояла, Андреа Фриман улыбнулась детективу, который шествовал по проходу, держа под мышкой две впечатляюще

толстые синие папки, известные под названием «книги убийств». Пройдя через калитку свидетельского бокса, он остановился возле кресла. Выглядел он вполне непринужденно — для него все это было рутиной. Положив «книги убийств» на полку перед свидетельским креслом, он поднял руку, чтобы произнести присягу, и в этот момент стрельнул в меня глазами. Внешне Керлен производил впечатление хладнокровного, спокойного и собранного свидетеля, однако этот танец мы с ним уже исполняли прежде, и он не мог не гадать, что я припас для него на этот раз.

На Керлене был темно-синий пиджак строгого покроя с ярко-оранжевым галстуком. Детективы всегда стараются выглядеть наилучшим образом, когда выступают свидетелями. Потом я заметил еще кое-что. В волосах Керлена не было седины. Он приближался к шестидесяти — и ни одного седого волоса. Покрасился для телекамер.

Тщеславие. Интересно, смогу ли я как-нибудь использовать это, когда настанет моя очередь задавать ему вопросы?

Произнеся клятву, Керлен сел в свидетельское кресло и устроился поудобней. Ему предстояло провести в нем весь день, а возможно, и больше. Налив в стакан воды из графина, принесенного помощником секретаря, он сделал глоток и посмотрел на Фриман, давая понять, что готов.

— Доброе утро, детектив Керлен. Я бы хотела, чтобы вы для начала рассказали присяжным о себе и своем профессиональном опыте.

— С удовольствием, — сказал Керлен, тепло улыбаясь. — Мне пятьдесят шесть лет, я поступил на службу в полицейское управление Лос-Анджелеса двадцать четыре года назад, прослужив перед тем десять лет в морской пехоте. Последние девять лет работаю детективом в отделе убийств ван-нуйсского участка. До того три года работал в таком же отделе участка Футхилл.

— Сколько убийств вы расследовали?

— Нынешнее дело — шестьдесят первое в моем послужном списке. До того как начал заниматься убийствами, я расследовал другие виды преступлений — грабежи, кражи со взломом и угоны автомобилей.

Фриман стояла напротив свидетельского бокса. Перелистнув несколько страниц в блокноте, она приготовилась к допросу по существу.

— Детектив, давайте начнем с утра убийства Митчелла Бондуранта. Не могли бы вы провести нас через самые первые стадии дела?

«Нас». Умно: этим она словно бы давала понять, что жюри и обвинитель — одна команда. Я никогда не сомневался в способностях Фриман, а уж, допрашивая главного свидетеля, она мобилизует все свое искусство. Ей хорошо известно: сумей я сокрушить Керлена — все дело может рассыпаться.

— Я сидел за своим рабочим столом, когда в девять пятнадцать ко мне пришли детектив-лейтенант и моя напарница детектив Синтия Лонгстрет и сообщили, что совершено убийство на бульваре Вентура, в гараже головного офиса «Уэстленд нэшнл». Мы с детективом Лонгстрет немедленно выехали.

— Вы направились на место преступления?

— Да, без промедления. Мы прибыли туда в девять тридцать и взяли место под свой контроль.

— Что это означает?

— Ну, первоочередная задача в таких случаях — сохранить и собрать все улики, имеющиеся на месте преступления. Патрульные уже огородили его полицейской лентой и не допускали никого внутрь ограждения. Убедившись, что все необходимые меры приняты, мы приступили к исполнению своих обязанностей. Оставив свою напарницу надзирать за осмотром места преступления, я провел предварительный опрос свидетелей, которых патрульные уже собрали в отдельном месте.