Пылающие души

Хэган Патриция

Привычная качка корабля усилилась, вода стала переливаться через край ванны. Джулия услышала отдаленный раскат грома и, выглянув в иллюминатор, заметила вспышку молнии на помрачневшем небе.

Гроза в море! Джулия не раз слышала, что это опасное явление.

Торопясь, она смыла с себя мыло, решив, что разумнее будет поскорее выйти из ванны и одеться. Схватив толстое грубое полотенце, она принялась старательно вытираться и не услышала, как за спиной открылась дверь.

Вошедший в каюту Дерек Арнхардт застыл на пороге, с интересом

разглядывая девушку.

Не замечая его, Джулия уронила полотенце на пол и потянулась, вскинув руки над головой и удивляясь, почему мать до сих пор не вернулась.

То, что в каюте онане одна, Джулия почувствовала внезапно, в приливе паники. Обернувшись к Дереку, она воскликнула:

— Как вы смеете подглядывать за мной? Почему врываетесь без стука? — Стремительно нагнувшись за полотенцем, она попыталась прикрыть наготу.

Он дерзко усмехнулся:

— Полагаю, в силу привычки. Ведь это моя каюта. Обычно я вхожу в нее без стука. — Он бросил на кровать принесенное платье Джулии.

— Вы не имели права… — начала Джулия и осеклась. — Выйдите, мне надо одеться.

Арнхардт окинул ее холодным взглядом:

— Похоже, вы забыли, что во время болезни я обтирал вас мокрым полотенцем, стараясь унять жар. Я видел вас в чем мать родила, мне знаком каждый дюйм вашего тела. Жаль, что вы прячете его под одеждой. Вам следовало бы жить на южных островах, где туземцы разгуливают голышом…

— Вы несносны! — выкрикнула Джулия, потрясенная его словами. — Неужели вы и вправду глазели на меня, словно какой-нибудь… развратник, пока я лежала беспомощная?

— Вы прекрасны, — произнес Арнхардт.

— А может, вы не только смотрели?..

В этот миг над самым кораблем прогрохотал гром, и Джулия в испуге замерла.

— Одевайтесь скорее, Джулия, — сказал капитан. — Вскоре гроза разбушуется вовсю. Матросы задраивают палубные люки. Вашу матушку я отослал в каюту, посоветовав приготовиться к длительному шторму. Знаете, она доверяет мне, — сообщил он с усмешкой. — Больше, чем вы.

— Я не питаю к вам ни малейшего доверия! Убирайтесь отсюда, я буду одеваться.

В черных глазах капитана полыхнул гнев. На щеке зловеще дрогнул мускул. Джулия поняла, что ей удалось разозлить этого опасного человека.

Он сгреб в охапку одежду, лежащую на кровати, и швырнул ее в Джулию. Эта выходка застала ее врасплох, и она выронила полотенце, чтобы поймать одежду. Пока его взгляд смело скользил от груди к холму Венеры, она невольно опустила глаза, заметила восставшее доказательство желания Арнхардта и со изумленно ахнула.

— А вы ждали чего-то другого? — негромко осведомился он. — Я мужчина, и есть вещи, управлять которыми я не могу, да и не хочу.

— Я… хотела бы уйти отсюда… — запинаясь, пролепетала Джулия, потрясенная силой его желания. — Я мечтаю только об одном — поскорее добраться до Бермудских островов, покинуть этот корабль и больше никогда не встречаться с вами!

Арнхардт стремглав бросился к Джулии, выхватил

у нее из рук платье, отшвырнул его в сторону и стиснул ее мускулистыми руками, крепко прижав к своей широкой груди.

— Неправда! Ты не хочешь расставаться со мной и понимаешь это. — Его горячее дыхание обдавало лицо Джулии. — Ты хочешь не просто видеть меня, но и касаться… и мечтаешь, чтобы я прикоснулся к тебе — вот так…

Его ладонь заскользила по талии девушки, спустилась по плоскому животу и еще ниже, бесстыдная в интимной ласке. Негромко застонав, Джулия невольно потянулась к нему, повинуясь его пальцам, которые танцевали между ног, доставляя невероятное удовольствие. Она едва не умирала от наслаждения.

Средний палец Арнхардта осторожно вошел в ее лоно — один раз, второй, третий. Ноги Джулии подкосились. Внезапно она откинулась назад: безумная радость исторгла из ее груди прерывистый крик.

Когда ее дрожь, наконец, утихла, Арнхардт уложил ее на постель. Джулия молча смотрела на него с изумлением и трепетом.

— Если ты скажешь, что не испытала удовольствия, значит, ты — отъявленная лгунья. — Арнхардт хмурился, словно заранее предчувствуя ее попытку отрицать очевидное.

— Как вы могли? — простонала она. — Я еще никогда не была близка с мужчиной…

— И не понимаешь, почему эта близость так приятна? — Он усмехнулся. — Подумай, как возросло бы наслаждение, если бы я раздвинул твои роскошные ноги и наполнил бы тебя собой!

Он медленно прошел к иллюминатору и уставился на бушующее море. Не оборачиваясь, он спросил:

— Зачем ты согласилась стать женой Вирджила Оутса? Ведь ты не любишь его. Он мошенник. Я хорошо знаком с ним. Он не тот, за кого себя выдает.

— Что вы имеете в виду?

— У него нет ни состояния, ни связей. За ваш проезд на корабле он расплатился вашим собственным хлопком. У него нет ни гроша. Он женится на тебе потому, что мечтает заполучить ваше фамильное поместье и плантацию, а вот почему ты приняла его предложение?

— Вы… вы лжете! — выпалила Джулия. — Вирджил не мошенник! Он помог нам с мамой вывезти хлопок из Роуз-Хилла. Он позаботится о том, чтобы мой брат вернулся домой! — Она в негодовании покачала головой. — Не знаю, зачем мне вообще вздумалось заводить с вами этот разговор. С каждой секундой я все сильнее ненавижу вас.

Арнхардт рассмеялся, но его глаза помрачнели, как грозовое небо за иллюминатором.

— Глупышка, ему нужны Роуз-Хилл и твоя красота, за что я не могу его винить. По-моему, ты поступила неразумно, согласившись выйти за него ради спасения матери, брата или плантации. Твоя жизнь пропадет понапрасну. Ничто не стоит таких жертв.

— Не вам судить! — запальчиво отозвалась Джулия, судорожно расправляя платье.

— Верно. — Он задумчиво кивнул. — Ты красива, Джулия. Как жаль, что ты станешь женой лжеца и мошенника Вирджила Оутса — ведь я знаю, почему ты решилась на такой шаг. Ты — настоящая мученица.