Пылающие души
Шрифт:
Дерек усмехнулся:
— И это вы называете шансом на спасение? Вы считаете, что человек со связанными руками, брошенный в воду,
способен выжить? Янки — безмозглые болваны!
— Столкните его в воду! — рявкнул Гатри.
Джулия не выдержала. Бросившись вперед, она отчаянно закричала:
— Подождите! Прошу вас, позвольте попрощаться с ним! Гатри с упреком покачал головой:
— Похоже, я ошибался насчет вас, мисс Маршалл. Теперь мне трудно поверить, что на этом корабле вы были беспомощной заложницей. Должно быть, вы радовались…
— Верьте чему пожелаете!
Лицо Гатри в свете фонарей исказила дьявольская гримаса.
— Вероятно, прощание будет впечатляющим, — злорадно произнес он. — Кстати, мы бросили в море большой кусок мяса с кровью, чтобы подманить акул. Уверен, они уже давно ждут главного блюда. — Он рассмеялся. — Так уж и быть, попрощайтесь. Вместе с целомудрием вы утратили гордость.
Пропустив оскорбление мимо ушей, Джулия пробралась сквозь толпу хмыкающих и посвистывающих матросов и встала на доску перед Дереком.
— Уходи, Джулия, — велел он, раздраженно хмурясь. — Если ты упадешь…
Джулия порывисто обняла его и вложила нож в связанные руки.
— Возьми! — прошептала она. — Скорее!
От прикосновения холодной стали глаза Дерека на миг расширились, но он не растерялся и ловко обхватил нож пальцами. Словно лаская Джулию взглядом, он пробормотал:
— Когда-нибудь, завершив борьбу с ветрами и волнами, я приеду за тобой, Джулия, и завоюю твою любовь.
Она приподнялась на цыпочки, пытаясь дотянуться до его губ. По щекам Джулии струились слезы.
— Жаль, что у меня под рукой нет скамейки, Дерек. Видишь, я никак не могу дотянуться до тебя…
— А я ничем не могу помочь, — от низкого хрипловатого голоса Дерека по телу Джулии побежали мурашки. — Но мы еще встретимся.
Она прильнула к нему, потрясенная бурей, бушующей в собственной душе. Почему ей так больно? Почему отчаяние неотступно терзает ее? Ведь она не любит Дерека. Это невозможно…
— Довольно! — нетерпеливо прикрикнул капитан Гатри. — Стащите ее на палубу! Нам надо спешить. Кто-то потащил Джулию прочь, она принялась отбиваться. Гатри вытащил из ножен саблю и подступил ближе к Дереку.
— Нет! — вырвалось у Джулии. Пытаясь вырваться из рук матросов, она кричала: — Проклятые янки! Не смейте!
С удвоенной силой она била ногами по коленям человека, державшего ее. Гатри придвинулся к Дереку, нацелив острие сабли ему в живот. Толпа на палубе зашевелилась, Джулия похолодела. Перестав вырываться, она уставилась на Дерека, который медленно шел к концу доски, не поворачиваясь спиной к янки, чтобы они не заметили зажатый в руках нож.
В последний раз он взглянул на Джулию, и свет фонарей, бьющий ему в лицо, образовал вокруг головы подобие нимба, который придал Дереку внушительный вид. Но что это? Неужели он улыбнулся? Джулия напрягла зрение и ахнула, осознав, что в эту страшную минуту на лице Дерека и впрямь играла улыбка! Она пошатнулась, скользя взглядом по его сильному мускулистому телу. Если он сумеет разрезать веревки, тогда у него появится шанс спастись. Дерек — опытный пловец, он вполне способен добраться до берега. Но пока он не перережет веревки, ему придется пробыть под водой в неудобной позе,
Дерек встречал смерть с такой надменной и дерзкой улыбкой, что Джулия невольно прониклась уважением к этому человеку, которого ей следовало бы презирать.
Он сошел с доски. На палубе все затаили дыхание, над кораблем повисло безмолвие.
Тишину разорвал гулкий всплеск, эхо разнесло его над ночным морем. Отталкивая друг друга, матросы бросились к борту. Они возбужденно перекрикивались.
На миг оказавшись забытой, Джулия упала на колени и разрыдалась.
— Черт! Его нигде не видно, — крикнул кто-то. Ему отозвался второй голос:
— Он не всплыл ни разу.
Они поднимали фонари повыше, перевешивались через поручни.
— Света слишком мало. Ни черта не видно.
Джулия не выдержала. В этот миг смерть стала бы для нее желанным избавлением. Что ждало ее в руках капитана Гатри? Слезы хлынули из ее глаз неудержимым потоком, да она и не пыталась их сдерживать.
Густой туман окутал ее. Джулия смутно сознавала, что поблизости кто-то говорит о ней.
— Вы думаете, она… малость того, капитан? Так рыдают и вопят только сумасшедшие.
— Возможно, — послышался холодный и презрительный голос капитана Гатри. — Бедняжка! Ее нельзя не пожалеть. Впрочем, ей нравилось быть корабельной шлюхой… А я-то собирался приударить за ней. — Он с отвращением фыркнул. — Вот пример того, как красавица может превратить мужчину в болвана!
— И что же теперь? Может, пусть себе лежит здесь и плачет? — спросил матрос.
— Нет. Перенесите ее на наш корабль. Надо как можно скорее покинуть эти воды. Как только «Ариан» взлетит на воздух, взрыв услышат с берега. Владельцы других судов из порта наверняка попытаются отомстить нам, так что придется удирать на всех парах.
Джулия почувствовала, как чьи-то руки бесцеремонно обняли ее за плечи. Она хотела было запротестовать, но очередные слова капитана удержали ее от этого шага — в них таился ключ к спасению.
— Мы увезем ее с собой на Север, а там отправим в больницу. Должно быть, она все-таки сошла с ума. Наверное, она с самого начала была неуравновешенной натурой, иначе не позволила бы себе поступиться правилами приличия.
Больница! Оттуда ее сразу отпустят, и она вернется домой. Господи, вот оно, спасение, с радостью поняла Джулия. Продолжать судорожно всхлипывать было нелегко — в этот миг ей хотелось залиться ликующим смехом. Но притворяться, что она действительно лишилась рассудка, было необходимо, иначе неизвестно, какая участь ее ждет.
Она не сопротивлялась, когда матросы-янки подняли ее на руки. Пока ее несли, Джулия стонала, вскрикивала и дико мотала головой из стороны в сторону.
— Что это с ней стряслось? — спросил один матрос другого.
— Капитан говорит, что она рехнулась, — деловито отозвался второй матрос. — Надо отнести ее на наш корабль и запереть в каюте. Пока она безобидна, но кто знает, что она способна натворить? Боюсь я этих помешанных.
Джулия отвернулась, чтобы скрыть невольную улыбку. Да, с радостью думала она, вот и спасение — пусть ее считают сумасшедшей!