Р.А.Б.

Минаев Сергей Сергеевич

13:32

«Штормовое предупреждение» получило обратный эффект. После того как они закрыли окна, мы открыли двери. Нас было уже четыреста пять человек. Присоединившиеся к забастовке демонстрировали нам на ноутбуках свежие ролики с «Youtube» про то, как менеджеры в разных концах Москвы стоят у подъездов своих офисов, или толпятся в вестибюлях, или сидят на перилах лестниц. В два часа дня появились первые цифры. На улицах города стояли в общей сложности около восьми тысяч человек. Цифры постоянно росли. Из здания корпорации постоянно

выходили люди. Сначала по одному, потом группами по три, пять, десять человек. Без четверти два на улице стоял уже весь отдел логистики в составе тридцати человек. После введения «антикризисного положения» им грозили самые существенные сокращения.

В два с чем-то приехало телевидение. Нас снимали, у нас брали интервью. Загорецкий зачитывал требования профсоюза. Первые сюжеты вышли в эфир в четырехчасовых новостях. О начавшейся забастовке пока говорили как об «акции протеста», организованной «немногочисленными недовольными клерками» в разных городах России. Репортажи носили скорее шутливый характер. Так говорят о сбежавших из зоопарка бегемотах или прыжке с моста очередного городского сумасшедшего. Пока еще наша акция веселила обывателей. Они не понимали или не хотели понять истинных масштабов движения. Массмедиа продолжали заниматься тем, чем привыкли – снимать очередную «Смехопанораму». Они думали, что все происходящее на улицах умещается в рамках еженедельной программы «Голые и смешные» или «Снимите это немедленно». Но масштабы, которые начала обретать забастовка, уже превысили формат передачи «Скандалы, интриги, расследования». Не было необходимости показывать «все, что скрыто». Все было очевидно. Улицы перекрашивались в другие цвета. Темный низ – белый верх. Мы строго блюли корпоративный дресс-код.

17:00

Общим центром сбора объявили парк у стадиона «Красная Пресня». Весьма благоразумными были инструкции по поводу передвижения пешком. В половине шестого по улице Климашкина, ведущей от метро «Краснопресненская» к парку, было невозможно проехать. Люди заполонили улицу. Они прибывали и прибывали. Это были мужчины и женщины от двадцати пяти до сорока. Несмотря на просьбы обойтись без символики, некоторые несли плакаты с эмблемами «Фронта» и лозунгом «ПРОТИВ КОРПОРАЦИЙ». Наши глаза горели огнем, как у вождей крестьянских восстаний на картинах советских художников. В воздухе пахло бунтом.

В те минуты я ощущал смешанные чувства – тревоги и безрассудства. Прикажи сейчас кто-то из лидеров смести все эти картинно-глянцевые небоскребы Москвы-Сити с их призывным неоном корпоративных логотипов – мы бы сделали это не задумываясь. С другой стороны, я прекрасно понимал: тронь мы хоть один шлагбаум на офисной парковке, в течение часа всю нашу массу передавят грузовики с солдатами. И это понимание наполняло душу страхом, от которого сводило желудок и который делал усталыми мышцы. Я думаю, страх давил каждого из нас. Но он же и подстегивал.

Сколько нас было? Десять тысяч? Двенадцать? Впрочем, неважно. Я был среди людей, способных перевернуть настоящее. Во всяком случае, так мне казалось. Так казалось каждому из нас.

К месту сбора подъезжали группы телевизионщиков с камерами. Лидеры Фронта давали интервью. Камеры целились в нас на

протяжении часа, стараясь взять как можно более крупные планы. Запечатлеть это людское море. У журналистов были удивленные лица. Они не могли поверить в то, что перед ними не очередной розыгрыш. Не флеш-моб, организованный блоггерами в защиту брошеных собак.

Было ли им страшно? Скорее всего, нет. Все медийщики подобны новорожденным щенкам, которые тянутся ко всему неизвестному просто из интереса. Даже если это неизвестное через пять секунд раздавит или пожрет их.

Без пяти семь в толпе раздались радостные возгласы. В центре парка началось какое-то движение. Люди сдвинулись со своих мест, протискиваясь поближе, чтобы рассмотреть, что происходит. Я принялся толкаться локтями, ввинчиваясь в людскую массу. Кто-то крикнул в мегафон:

– Не напирайте! Не напирайте! Сделайте шаг назад, я сейчас все расскажу! Не напирайте!

Толпа стала отступать. Я забрался на ближайшее дерево вместе с каким-то чуваком в ветровке «Евросети». На вытоптанной проплешине стояли лидеры Фронта. Среди них был Загорецкий. Он держал в руках лист бумаги, в который вглядывались обступившие его. Из группы вышел парень среднего роста с длинными каштановыми волосами, он поднял мегафон и крикнул:

– Картель пошел на переговоры! Мы встречаемся с главами корпораций через тридцать минут. Это победа!

По толпе стоящих внизу, подо мной пошел ровный гул:

– Это Том, это Том, я его уже видел на акциях.

– Вы слышали? Мы победили!!!

Собравшиеся не могли поверить, что все так быстро закончилось. С минуту все стояли молча, потом раздались одобрительные крики, свист, некоторые захлопали, девушки завизжали – и даже это никого не раздражало. Мы с парнем из «Евросети» начали хлопать друг друга по плечам и орать: «Победа!». Подо мной хрустнула ветка, и с дерева пришлось слезть, от греха.

– Мы сделали то, во что никто не верил! – продолжал Том. – Потом вы будете рассказывать всем: «Год назад я тоже был там!».

Недалеко от меня включили магнитофон. Заиграла «Bloody Sunday» U2. Всеобщее ликование продолжалось. Мы подпрыгивали и скандировали:

– FUCK КАРТЕЛЬ! FUCK КАРТЕЛЬ!! FUCK КАРТЕЛЬ!!!

По рукам передавали мобильники с видео, скачанным из интернета:

«Вот там, за моей спиной, – говорил корреспондент Первого канала, показывая в сторону Белого дома, – собрались московские менеджеры. Это банковские клерки, сотрудники страховых и торговых компаний, работники международных корпораций. По словам лидеров движения, организовавшего всероссийскую забастовку, их основными требованиями являются…»

Досмотреть я не успел, телефон буквально вырвали из моих рук.

– Показали Питер! – кричала в трубку телефона девушка рядом со мной. – Там столько людей на Дворцовой, представляешь?! Не меньше, чем здесь.

С мобильного я залез в интернет. Екатеринбург, Иркутск, Красноярск, Казань, Ростов, Самара, Волгоград – движение началось повсюду. Новостные ленты сети жили одним заголовком: «В России началась забастовка менеджеров. Хроника событий». В это невозможно было поверить, но так оно и было – мы делали нашу маленькую революцию.