Рабыня

Сеймон Норман

Глава четвертая

–  Ну… - Марта тихонько села, огляделась. Двое караульных абажей сидели у костра спиной к ним, их больше интересовала землянка.
– Давай Фцук, повернись.

–  Мне что-то нехорошо… - попробовала отказаться девушка.
– Беги одна…

–  Молчи уж, - зло шепнула Марта и силой перевернула Фцук, потом быстро распутала узлы своими сильными пальцами.
– Ползи за мной.

Она быстро и бесшумно, извиваясь всем телом, быстро исчезла из круга слабого света. Фцук глубоко вдохнула,

постаравшись настроить себя порешительней, и последовала за ней. Где лежал Отто, она не знала, и старалась не думать об этом.

Сначала Марта доползла до деревьев, здесь дождалась подругу. Пригнувшись, беглянки пошли прочь от ручья. Через некоторое время лес начал редеть.

–  Все как у нас, - прошептала Фцук.
– Там болото, топь!

–  Лучше утонем, - строго сказала Марта.
– Не все болота непроходимые… Пойдем потихонечку, может и успеем уйти до утра подальше. А если и не успеем - абажи испугаются лезть туда за нами.

Когда твердая земля кончилась, Марта смело шагнула в чавкнувшую жижу и схватила за руку Фцук, будто боясь, что та убежит. Ее опасения были не напрасны, девушка часто оглядывалась назад. Через несколько шагов они оказались в болоте по колено, в сапоги потекла холодная жижа.

–  Не бойся!
– ворчала Марта, с трудом выдирая из нее ноги.
– Нам с тобой бояться нечего, один конец…

–  Нас же не убьют там, на Озере… - робко заметила Фцук.

–  Не убьют, так всю жизнь в рабстве маяться. Лучше уж умереть! Эх ты, дура, ничего не понимаешь. Разве это жизнь: Отто ноги мыть?

–  Нет, - вздохнула Фцук, но про себя подумала, что не может Отто всегда быть таким злым.

Ко всему прочему, даже в ручье ей было теплее, чем в ночном, начинающем промерзать болоте. Марта упрямо лезла вперед, но уровень воды все время повышался, уже достигая пояса невысокой Фцук. Она уже совсем было набралась смелости, чтобы поспорить со спутницей о собственном будущем, но тут Марта охнула и ушла в болото с головой.

–  Ты что?!
– Фцук едва устояла, когда рука Марты, все еще державшаяся за нее, резко рванула вперед.
– Ты где?!

Марта не отвечала, да и голова ее не показывалась. Рука девушки продолжала рваться под водой, толкая подругу вперед и куда-то вниз. Топь! Фцук что было сил потянула обратно, нашарила воротник Марты и попыталась ее вытащить, но болото держало крепко. Так они стояли, будто борясь: одна пыталась выбраться, и тянула в глубину, другая старалась хотя бы устоять на месте, не имея сил отступить к берегу.

Вдруг Марта сжала руку последний раз и перестала сопротивляться. Фцук замерла. Очень медленно пальцы подруги разжались и скользнули по ее ноге, из другой руки выскользнул воротник. Стараясь не дышать, будто болото могло передумать и схватить ее, девушка пошла назад, боясь даже обернуться. Только когда уровень воды опустился до колен, она заплакала.

Что же это происходит?! Лиззи и Ларри убиты, ее похитили, абажи оказались разбойниками и обманщиками, она рабыня злого на весь мир Отто, а теперь и единственный человек, с которым Фцук могла говорить откровенно, погибла! Почему жизнь стала так несправедлива к ней? С тех пор, как погибла

мама, Фцук считала, что живет вполне счастливо.

Не сдерживая рыданий девушка побрела к ручью. Ну и пусть Отто услышит, пусть сам утопит ее в болоте! Она сама готова попросить, чтобы ее убили, потому что жить так - невыносимо. Хуже быть не может.

Однако когда Фцук вошла в лес и ее схватил за горло вышедший из-за деревьев Отто, девушка поняла по его глазам, что хуже быть может. Причем гораздо хуже. Абаж для начала взял ее за волосы и несколько раз ударил лицом о ствол. Каждый раз Фцук успевала инстинктивно поворачиваться щекой, поэтому нос и зубы уцелели, но в голове зазвенело так, будто прямо над ними зависла стрекоза.

–  Ты нарушила слово!
– донеслось до Фцук сквозь этот шум.
– А вот этого я очень, очень не люблю!

Всю дорогу к берегу Отто гнал ее пинками, да девушка и без того налетала на деревья, почти ничего не видя. Кровь из разбитой брови заливала левый глаз, одна ноги подвернулась и заставляла вскрикивать при каждом шаге.

–  Что такое?
– в окружении нескольких ватажников навстречу им спешил Нельсон, он размахивал горящей головней.

–  Твоя утонула на болоте, - спокойно ответил ему Отто.
– Следить надо лучше за имуществом.

–  Ты специально это сделал!
– возмущенно закричал Нельсон, но тут же перенес внимание на своих ватажников.
– Куда вы смотрели?! Совсем одурели от жратвы и безделья?! Возитесь, как тли, как черви!

Фцук добрела до костра и рухнула на землю, рядом с хнычущими Петером и Клод, но на этом ее ночные неприятности еще не закончились. Отто несколько раз сильно ударил ее ногой в живот, а потом присел у костра.

–  Ты что затеял?
– услышала девушка голос Фрица.

–  Хочу немного поправить ей внешность. Она, оказывается, любит нарушать слово, убегать… Ну вот пусть каждый знает, кому девчонка принадлежит.

–  Напишешь ей на лбу?!
– догадался Фриц.
– Хитро придумал. Правда, мало кто умеет читать…

–  Пускай хоть грамотные прочтут. Иди сюда, любительница бегать!

Девушка сжалась в комок, предчувствуя что-то страшное. Отто негромко вскрикнул.

–  Ожегся… Фриц, подержишь ее?

–  Подержу, да только… Знаешь, Отто, спать хочется, а у тебя девка до утра будет орать.

–  Рот заткнем.

–  А еще я боюсь, она сдохнет. Дело твое, конечно, но раскаленным железом на лбу буквы выжигать - это не всякий выдержит. Не довезешь ты ее. Ведь сам посуди: вечером промокла, сейчас опять, да огнем…

–  Жалеешь ее, что ли?
– хмыкнул Отто.
– Не жалей чужого добра.

–  И правда ведь орать будет!
– заговорил другой абаж, Гюнте.
– Займись этим утром, а? Все равно теперь она не убежит, завтра будем на Озере.

–  Ладно, ладно!
– Отто в сердцах воткнул раскаленный нож в землю.
– Жалостливые тут все, как я погляжу! Вот потому вами насекомые и помыкают, что вы жалостливые.

Фцук услышала его удаляющиеся, сердитые шаги и немного расслабилась. Что он хотел сделать с ней? Выжечь на лбу какой-нибудь рисунок? Девушка осторожно повернулась к огню.