Радио Судьбы
Шрифт:
Былев пожал плечами с видом «ну, что теперь поделаешь?»
– Залина... Александровна, вдруг низким грудным голосом пророкотал Рюмин. – Я с вами совершенно согласен. Пленных не берем. Неудачников – за борт! Пора обратить внимание на... более достойных. – Он расправил широкие плечи и дурашливо покрутил головой, давая возможность рассмотреть себя и в фас, и в профиль.
– Полковник... я вся дрожу, – в тон ему ответила Плиева. – Я уже готова сдаться... Но... Не хочу отнимать у вас радость победы. Будем считать, что быстрый штурм не получился. Самое время перейти
– Колечко с бриллиантом? – переспросил Рюмин. И выдвинул встречное предложение. – А как насчет ужина в ресторане? Макдоналдс подойдет?
– Вы – расчетливый стратег, – со страстным придыханием сообщила Плиева. – Решили оставить тяжелую артиллерию на потом? – Она тряхнула коротким, но очень густым «каре». – Макдоналдс подойдет. Но! Никаких пирожков с вишней! Это запрещенный прием! Ради пирожков с вишней я готова на все. Оставайтесь джентльменом, и... – Она подняла тонкий палец.
– Никаких пирожков с вишней! – хором закончили они и дружно расхохотались.
Некоторая нервозность, витавшая в салоне до сих пор, рассеялась. Залина прекрасно понимала, что громкие голоса мужчин, их незатейливые шутки – не что иное, как следствие напряжения. Они-то наверняка были в курсе происходящего, и перед каждым стояла своя, конкретная ЗАДАЧА. Какую именно задачу получил Былев, она еще не знала. С Рюминым все было проще. Она поняла это по маршруту его следования. Если Рюмину нужно быть поближе к Севастьянову, значит, он отвечает за... скажем так, очень важную часть операции. Она сама была одним из разработчиков этой операции и сама отбирала кандидатуры исполнителей – из числа особо надежных и проверенных сотрудников.
Конечно, окончательный выбор все равно остался за начальством, и что это был за выбор, она увидела только сейчас, но... Отбирая кандидатуры, она прочла почти сотню личных дел и неплохо их помнила, включая звание, семейное положение и количество детей.
Рюмин... Пожалуй, это правильно. Он как нельзя лучше подходил для этой роли. А вот Былев?
«Надеюсь, ему не придется принимать быстрых и ответственных решений. А в остальном – он тоже в полном порядке».
Сейчас она хотела только одного – поскорее увидеться с Севастьяновым. Может быть, генерал даже не догадывался об этом, но она была ему очень нужна. Очень. Именно она – капитан медицинской службы, дипломированный психолог, кандидат наук и лучший специалист в Европе в области нейропрограммирования, Залина Александровна Плиева.
То же время. Ферзиковский РОВД.
– Летит сюда? – переспросил Денисов.
Костюченко стоял на пороге его кабинета и выглядел сму щенным, словно сообщил начальнику что-то неприятное и вместе с тем – двусмысленное, например, что его жена только что родила четырех негритят.
– Он хотел, чтобы вы его встретили.
Денисов рывком
«Хотел». Обычная деликатность подчиненного. «Хорошо, хоть не сказал, что генерал рыдал в трубку, умоляя, чтобы его встретили – с шоколадкой в кармане и букетом полевых ромашек в руке».
– Он еще просил передать, что ему нужен транспорт. На языке крутился вопрос: «Лейтенант, ты что, думаешь, я пойду встречать его пешком?», но Денисов сдержался:
– Где он сядет?
– На пустыре, за вышкой МТС.
– Добро! Ты тут... рули («как сможешь», – добавил он про себя). Будь на связи с Ларионовым. Может быть, мы сразу подъедем к нему, а может – вернемся в отдел. В общем, найдешь меня, если что.
– Так точно.
– Ну, что еще?
– Ничего.
– Тогда – в дежурку. Быстро.
Дверь за Костюченко закрылась, Денисов подскочил к шкафу и вытащил китель. Расстегнутый галстук болтался на заколке. Денисов отбросил китель на диван, поднял воротник рубашки и долго не мог попасть металлическим крючком в петельку. Наконец галстук был надежно закреплен на шее, Денисов схватил китель, сунул руки в рукава и бросился к двери, но на полпути вернулся. Достал из ящика стола полупустой цилиндр аспирина и положил в карман. «Вдруг пригодится».
Он не сомневался, что пригодится. Встречи с высоким начальством всегда означали для него головную боль.
Он убедился, что ключи от машины на месте, захлопнул дверь и побежал по коридору. В другое время он бы задумался, стоит ли бегать («метаться») на глазах у подчиненных, но сейчас это должно послужить сигналом: мол, если сам начальник бегает, то вы должны летать! Придав лицу (что у Денисова никогда хорошо не получалось) зверское выражение, он пулей промчался мимо дежурки.
Все, кто был в холле: молодой опер, инспектор ГИБДД и автоматчик, – в ужасе замерли. Денисов для острастки погрозил им пальцем и, перепрыгивая через две ступеньки, понесся к машине.
Уже садясь за руль, он вспомнил, что оставил в кабинете план подробного доклада, набросанный на листе бумаги, Денисов не был уверен, что сумеет внятно, без подсказки, изложить информацию, полученную за последний час. Он просто еще не успел ее толком переварить, связать все факты воедино, и сильно опасался, что доклад получится сбивчивым.
«Возвращаться – плохая примета! – подумал он. – К черту!»
Он повернул ключ в замке зажигания, и движок басовито взревел. Ехать было недалеко. В общем-то, в Ферзиковё все было близко, но лучше прибыть на место заранее.
Он включил сирену и помчался тем же маршрутом, что и полчаса назад: в сторону больницы, по улице Карпова.
Денисов оставил машину рядом с вышкой. С одной стороны, было бы неплохо подать экипаж прямо к трапу, но... «Волга» может помешать пилоту посадить вертолет, ни к чему заранее навлекать на себя гнев незнакомого генерала.
С западной стороны послышалось рокотание авиационного двигателя, через минуту на пустыре закружились маленькие пыльные вихри. Денисов ухватил фуражку за козырек, а другую руку поднес к лицу, прикрывая рот.