Радио Судьбы
Шрифт:
Она снова сделала небольшую паузу, и Александр не замедлил этим воспользоваться. Если не пауза, могло бы показаться, что он ее перебивает.
– Как вам нравится фамилия «Рюмина»?
– Прекрасно. А вам – Плиев?
Рюмин опешил. Теперь уже женщина рассмеялась – звонко и весело:
– Не пугайтесь. Я не навязываюсь. Это всего лишь предположение. В ваших умозаключениях вы упустили две возможности. Во-первых, отчество. Оно у меня вполне русское. Александровна. Может быть, мой папа – русский, и моя девичья фамилия – Иванова, а Плиевой
– Нет. – Рюмин улыбнулся. Ход был за ним, и это был достойный, с его точки зрения, ход. – Я допустил это, – он торжествующе улыбался. – Сначала. Но потом решил, что Александр – это видоизмененное «Искандер», стало быть, вы – обрусевшая восточная женщина, но уже как минимум – во втором поколении. Вы с детства говорили на русском. Эту версию подтверждают ваши интонации и богатый словарный запас, – женщина с притворной признательностью поклонилась, – а также полное отсутствие акцента. А Плиев – это все-таки не ваш муж, а папа. А вот мама-то как раз – русская. Что вы на это скажете?
– Скажу «браво». Но вы забываете о второй возможности.
– Какой же?
– Я могла выйти замуж и оставить себе девичью фамилию.
– Ну... – Рюмин поморщился. – Вы бы так не поступили, это точно. Вы бы стремились русифицироваться до конца. Это демографическая тенденция, общая для всех стран. Национальные меньшинства, попавшие в преобладающий демос, стремятся ассимилироваться, раствориться в нем. Это облегчает жизнь – во всех отношениях. Нет. И потом, я просто не могу себе представить, каким должен быть ваш муж, чтобы терпеть все это. – Он обвел рукой салон вертолета, но все поняли, что он имел в виду не только вертолет. – И, может быть, я ничего не понимаю в этой жизни... Восток, как известно, дело тонкое... Но, мне кажется, Плиев бы это не потерпел.
– А Рюмин?
– Сколько угодно. Рюмин сам такой. Ну так что? Я был прав? Вы не замужем?
– Если для вас это имеет такое значение... Нет. Я не за мужем.
Из кабины пилотов вышел молодой человек в летной форме. Он оглядел всю троицу, словно пытаясь угадать, к кому ему следует обратиться, затем подошел к мужчинам и, нагнувшись, что-то сказал.
Рюмин ответил «хорошо», и молодой человек удалился.
Залина выжидательно посмотрела на Александра:
– Что? Секретная информация? Рюмин ненадолго задумался:
– Да нет. Не такая уж секретная. Наш Суворов решил разбить ставку в Ферзикове. Пилот спрашивал, менять ли ему курс? Ведь первоначально мы направлялись на дракинский аэродром.
– В таком случае, мне – в Ферзиково, – ответила женщина. – Пусть меняет.
– Э, нет, ребята! – возразил Былев. – Вам-то, может быть, до конечной, а я сойду раньше. Мне нужно в Дракино. Рюмин пожал плечами.
– Иди, дерни стоп-кран, пока не поздно.
Лева стал очень серьезным, смешливое выражение моментально исчезло с его лица. Теперь он выглядел не на двадцать пять, а на все
Поднявшись, Былев быстро пошел по проходу в сторону кабины, и Рюмин тут же пересел на его место.
– Вот видите, Залина... Александровна, как все удачно складывается! Я же обещал, что не отойду от вас ни на шаг.
– Очень мило. А что скажет ваша жена? Вы все еще живете со второй? Или – уже с третьей?
– Жена возражать не будет. Напротив, ей будет приятно, что я – в надежных руках.
– Прекрасно. Вы не теряетесь, полковник.
– Полковник? – Рюмин насторожился. – Я не говорил, что я полковник.
По проходу, слегка покачиваясь и хватаясь за подголовники, обтянутые ослепительно белыми матерчатыми чехлами, прошел Былев. Он укоризненно покачал головой и сел перед Рюминым.
– Я не говорил, что я полковник, – повторил Рюмин, уже специально для Былева. Тот тоже насторожился и уставился на Плиеву пристальным взглядом.
– Тут и говорить нечего. Не вы один обладаете способностью анализировать. У вас на лбу написано, что вы полковник. А чуть пониже – через две строчки – что вы никогда не были женаты. Не так ли?
– Хм... – Рюмин был озадачен. – Пожалуй, я еще подумаю, стоит ли ходить за вами девять часов подряд. Вы... опасная женщина.
– О да... Меня стоит опасаться.
– А я? Что у меня написано? – оживился Былев.
Залина взглянула на Былева, сейчас она была похожа на цыганку, предсказывающую счастливую судьбу. В больших карих глазах светилось лукавство.
– А вы – майор.
– Ха... – Былев переглянулся с Рюминым.
– Вы почти ровесники, но господин Рюмин носит три звезды на парадном кителе, а вы, Лев, – пока только одну. Вы еще не успели совершить столько гадостей, как ваш приятель.
– Ну, знаете... – Рюмин изобразил на лице обиду. Впрочем, никто не сомневался, что эта обида наигранна.
– Ну хорошо, я могла бы сказать «подвигов», но тогда обиделся бы Лева.
– Да, это точно, – подтвердил Былев. – Я бы обиделся.
– Поэтому мне пришлось найти приемлемый компромисс. Успокойтесь, Лева. Старайтесь найти во всем положительную сторону. По крайней мере, у вашей жены меньше возни с погонами, ведь это она их вам пришивает?
– Какой жены?
– Не пытайтесь меня обмануть. – Плиева погрозила ему пальцем. – Вы-то как раз женаты.
– С чего вы взяли?
– Очень просто...– Она замолчала, овладевая внимани ем. – У вас на шее – след от хомута.
Рюмин громко захохотал, Былев же выглядел немного сму щенным. Он машинально потер шею.
– А эти две поперечные морщины на лбу говорят о том, что у вас – двое детей... Ну что? Я не ошиблась?
– Может быть, скажете, как их зовут? – пробурчал Былев.
– Зачем? Наверняка вы сами помните.
– Ну... В общем, да, – согласился Былев. – Помню.
– Отлично. Стало быть, вы, Лева, как мужчина меня не интересуете. По одной простой причине – я не одобряю супружеских измен.