Радужные Мосты
Шрифт:
— Может, ты мне расскажешь?
— Если это не деревня, то лагерь. Там должны быть люди… Стоп. Личам нужен свет?
— Нет, у них и зрения-то в нашем понимании нет.
— Значит, точно люди!
И снова нервозное ожидание. Начать спускаться со склона сейчас, в уже полной темноте — значило весьма увеличить собственные шансы на падение. А скатиться по острым камням на ждущие внизу булыжники казалось делом малоприятным. В итоге путники отошли с края обрыва и расположились под сенью высоченного раскидистого дуба. Гиганту был ни один десяток лет,
Несмотря на усталость, сон не шел ни к Мили, ни к Вивьену. Оба находились в предвкушении утренней встречи с неведомыми путниками. Как они забрались в такую даль? Зачем пришли? Очередные искатели приключений? Шайка головорезов? Конечно, нет страшнее зверя, чем человек. Но в сравнении с личами даже самый отъявленный негодяй уже не выглядел лишенным совести убийцей и ублюдком. Так — мелкий неудачник из клоачных трущоб. И не больше.
— Только бы не проспать, — сказал Вивьен. — А то снимутся с места, и догоняй их потом.
— Не проспим. Как чуть станет светать, так и пойдем, — Мили задумалась. — Шума поднимем много, камней затронем. Пыль, гул — как бы заклинание не слетело.
— Так и ладно, — Вивьен удивился. — Все равно к своим идем. Ну, к людям то есть. Им все равно показываться придется.
— Я бы предпочла снять покров уже перед ними, чем терять его еще при спуске, — парировала чародейка. — Последний козырь всегда лучше держать при себе.
Алхимик почесал затылок, хмыкнул.
— Согласен. Значит, будем спускаться нежно и ласково, чтобы не потревожить спокойствия местных красот.
— Вивьен, ты меня поражаешь все больше и больше, — Мили всплеснула руками. — Может быть, тебе в менестрели податься? А что — спел балладу, подмешал что-нибудь в кубки слушателей и все — собирай себе золотые. Ну, или любая девица твоя. А? Как?
Алхимик скривился.
— Хватит смущаться, как девственница на брачном ложе. Поди надоело уж по пещерам да хижинам ютиться. Так и мхом порасти недолго. Нет еще мха-то нигде?
— А ты проверь, — подмигнул чародейке Вивьен.
— Проверила бы с удовольствием и всей внимательностью, но нельзя, — Мили пожала плечами.
Ночь шла своим чередом. Ненадолго засыпал то Вивьен, то Мили. Даже не засыпали — проваливались в беспокойную дрему. Несколько раз подходили к кромке склона, всматривались в подножие. Костры продолжали гореть. Было их пять штук. Более того, казалось, что по лагерю движутся факелы — еле заметные крошечные светящиеся точки. Но сказать об этом наверняка не представлялось возможным — слишком уж велико было расстояние.
— Они или слишком самоуверенные, либо не представляют, куда попали, — задумчиво сказал Вивьен, в очередной раз, вернувшись к дереву. — Всю ночь жечь костры. Зачем?
— Ты меня об этом спрашиваешь? — Мили сонно подняла брови.
— Рассуждаю, — пробурчал алхимик. — Не вижу в их действия логики. Словно на прогулку выехали. А может мы уже вышли за пределы обитания личей? Как думаешь?
— Сам в это веришь?
— Нет, — честно ответил алхимик. — Но иной причины такой расхлябанности я не вижу.
— Утро все расставит по местам, — зевнула Мили.
Солнце еще
— Смотри, костров всего два осталось, — обратил внимание Мили Вивьен.
— Вижу, вижу. Наверное, обленились, забыли дрова подбрасывать. Как бы ни замерзли, бедняги.
— Ничто не может лучше согреть озябшего на марше воина, чем добрый пинок любимого командира, — прозвучал беспристрастный голос алхимика.
— Ну-ну, смотри, как бы нас не наградили.
— Если что, то я спрячусь за спину великого мага.
— Сволочь же ты, сразу видно, что отшельник. Лишь бы схорониться, залечь в нору. Нет бы, защищать слабую девушку. Так нет, только и норовит спрятаться за ней.
Вивьен с самым невозмутимым выражением лица пожал плечами.
Спуск начался.
Путники двигались медленно. Они сначала пробовали ногой почву и, только убедившись в надежности опоры, полностью переносили вес. Вернее сказать, это больше относилось к Вивьену. Чародейка же почти скользила, поддерживаемая усилившимися вихрями. Теперь они походили на небольшие торнадо. Однако пыль и другие мельчайшие частицы под ее ногами не вились. Они еле заметно поднимались и тут же снова опускались на место. Мили старалась изо всех сил, почти не выдавая себя. Алхимик на ее фоне выглядел огромным неповоротливым слоном, неведомо как забредшим в посудную лавку.
Несколько раз Вивьен замирал, чувствуя, как уходит из-под ног опора, а, недавно казавшийся недвижимым камень вызывает небольшой обвал. В такие мгновения Мили менялась в лице. И без того внимательное сосредоточение усиливалось, превращаясь в полное отрешение от мира. Чародейка реагировала моментально, вливая энергию в заклинание изнанки. Со стороны могло показаться, что со склона, ни с того ни с сего, срывается камень. Булыжник устремлялся вниз, захватывая по пути камни поменьше.
В конце концов, спуск завершился удачно. Путники прислонились к огромным валунам, отдыхая, приводя дыхание в норму. Хотелось пить, но как назло поблизости не было не то, что канавки с чистой водой, но даже грязной лужи. Вивьен провел языком по пересохшим губам. Спуск ему дался непросто.
— Надеюсь, они не откажут несчастным путешественникам в глотке воды.
— Если откажут, — глаза чародейки нехорошо блеснули, однако тон оставался спокойным, — клянусь, что выжгу все в радиусе мили.
Вивьен посмотрел на девушку, и ему показалось, что та не шутит. Она даже не угрожала. Просто поставила спутника перед фактом неизбежного.
— Ну, тогда пойдем, — смутившись от слов Мили, предложил алхимик.
Они быстро преодолели россыпь больших камней, и вышли к пологому подъему длинной шагов в сто. Именно за ним, в уютной овальной чаше расположился лагерь неведомых путешественников. Передвигаясь небольшими перебежками, то и дело припадая к доходившей до колен траве, Вивьен и Мили за считанные мгновения добрались до края чаши. Добрались и тут же рухнули, вжимаясь в землю, стараясь слиться с ней, раствориться в нежной зелени.