Рандолевый катран
Шрифт:
Леонид Аркадьевич поднялся с постели, когда попутчики вышли один за другим из купе. Дверь осталась приоткрытой. Чугуев достал дипломат, как будто что-то искал, сам же склонился к щели, прислушался.
Говорили о погоде, о планах на отпуск. Ничего похожего на обсуждение, тем более осуждение, отсутствующего попутчика он не услышал.
Двери купе растворились.
– Пора собираться! – скомандовала проводница. – Через десять минут санитарная зона, закрою все туалеты!
– И что, два с половиной
– Меньше пива пейте! – сказала проводница, держа в руках поднос с чашками чая.
Падающий мокрый снег тут же таял, и немногочисленным пассажирам пришлось прыгать через мелкие, но частые лужи.
У центрального входа вокзала стояла пучеглазая девица с голым животом, с ложной жемчужиной в пупке.
– Добро пожаловать в санаторий "Живые воды"! Рады, рады! Ждём вас, гости дорогие!
Недавно познакомившиеся мужчины переглянулись. Леонид Аркадьевич вынул из папки путёвку, заглянул в название санатория.
– Извините, у меня путёвка в санаторий "Катран".
– И у меня эта акула! – поддержал попутчика Никита.
– Какая разница? – вмешался Паша. – Катран, катамаран! Поедем в тепло!
– Ничего страшного! Ничего страшного! – затараторила девица с синими волосами. – "Живые воды" – это старое название! Наш директор решил придумать нечто более романтичное, связанное с пиратами! Красиво звучит: "Катран"? Я просто не могу пока привыкнуть к этой пиратской атрибутике! Но, уверяю вас, вы попали туда, куда нужно! Опоздали на пять дней, но наверстаете, будьте уверены! Да я, да мы обеспечим вам тройную порцию!
– Жена в дом не запустит после такого отдыха! – сказал Никита, поглаживая живот.
– Эт-та почему? – глаза сотрудницы санатория, напоминавшие до сих пор перевёрнутые чашки, увеличились до размера банных тазиков.
– В двери не войдём! – сказал вдруг Леонид Аркадьевич.
Все как один раскрыли рты – никто не ожидал от Чугуева тонкого чувства юмора.
– Что вы, что вы?! Я имею в виду удвоенную порцию развлечений, как раз активного отдыха!
– Танцы-манцы-обжиманцы! – гоготнул Паша. – А что-нибудь серьёзнее?
– Это уж, как договоритесь, – улыбнулась девушка.
– С кем договариваться-то? Инструктор есть?
Синие глаза-плошки девушки позеленели.
– Вам нужен инструктор?
– Ну, как это, положен же!
– Не думаю, что вы нуждаетесь в чьей-либо помощи, при ваших-то данных! – с придыханием сказала девушка, оглядывая Пашу от плеч до колен.
– Понятное дело, но как без снаряжения-то?
– Снаря-ажения?
Никита закурил. Леонид Аркадьевич отвернулся лицом к перрону. Никола изучал расписание поездов.
– Нуда! – начинал закипать Павел. "Ещё немного и обматерю глупую квочку", – решил он. – Какой экстрим без снаряжения?
– Да! –
– Чё ты паришь мне? Всё включено в путёвку, или как? Я сюда пожрать, что ли приехал?
– Хорошо, думаю я сумею помочь, – она потрогала себя за волосы у плеча.
– Тогда, поехали?! – Паша тряхнул сумкой. – Поехали, мужики!
Задрипанная "Газель" довезла их до места. В нескольких метрах от пляжа стояла трёхэтажная коробка с пластиковыми стенами в бороздках под вид шифера. Над стеклянными входными дверьми висела табличка. Под стеклом, окрашенным с обратной стороны бордовым цветом, на белом дельфине пьяно танцевали синие буквы: КАТРАН.
У порога стоял усатый швейцар в ливрее. Он улыбался.
– Наши гости дорогие! – заявила провожатая.
Швейцар улыбнулся шире.
– Прошу!
– А это, сумки как? – спросил Бураков, глядя в мутные глаза привратника.
Швейцар продолжал улыбаться, что не мешало ему дышать ртом.
– Нам в какую сторону? – спросил Никита, обернувшись.
Синеволосая тихо исчезла. Никто не услышал, как закрылась входная дверь. Во дворе никого не было.
– Здравствуйте, здравствуйте! – вышла из сумрачного коридора женщина средних лет, среднего роста и телосложения. – Пожалуйста, ваши путёвки, документы!
Мужчины засуетились.
– Да что же я вас на пороге держу? – она взмахнула руками, как будто была в переднике, в то время как на женщине был строгий деловой костюм-тройка кремового цвета.
Тотчас зажглись неоновые лампочки на стенах, сделанные под свечи. Свет переливался в каждой – от цоколя к макушке. Казалось, вот-вот, упадёт на пол массивная капля молочно-белого стеарина.
По обе стороны прохода располагались непокрытые столы, сложенные из продольных половинок круглых брёвен. Над каждым столом висел деревянный растрескавшийся корабельный штурвал. В углу у фонтана сидела восковая фигура пирата с попугаем на плече. Разом запахло морской свежестью, появился мягкий шум прибоя. Гости непроизвольно оглянулись, но входная дверь оставалась закрытой.
– Присаживайтесь, пожалуйста, посмотрите меню! А я пока займусь оформлением документов.
Женщина удалилась. Исчез и швейцар.
– Ну и как вам такая обстановочка? – спросил Никита, посмотрев на каждого попутчика.
– Соответствует нашему положению.
– Как театр начинается с вешалки, так отпуск – с кабака!
Паша подошёл к пирату, подул на его седые волосы. Осмелев, щёлкнул попугая по клюву.
– Пиастры! Пиастры!
Мужчины одновременно вздрогнули. Паша отскочил назад.