Расплата

Уилсон Роберт

– Аккумулятор правой машины идентичен изображению, полученному от производителя, а вот с другим что-то не так.

– Это еще что такое? – вдруг отозвался второй техник.

– Где?

– На мониторе. Был какой-то импульс.

Они заново прокрутили цифровую запись и действительно заметили незначительный электрический импульс от аккумулятора левой машины.

– Говорили же, что аккумуляторы разряжены, – удивился руководитель операции.

Техники проверили датчики напряжения – ничего.

– Похоже,

там что-то есть. Давайте достанем и посмотрим.

Боксер поднялся в королевский номер отеля «Савой», занимавший весь пятый этаж. Помощник д’Круша провел его через отделанный деревянными панелями кабинет в гостиную. Фрэнк стоял у окна и смотрел на Темзу. Судя по виду, лучше ему не стало. Лицо осунулось, щеки обвисли, взгляд выдавал душевное опустошение. Боксер не собирался сообщать ему о находках Саймона Дикона – в таком состоянии д’Круш мог выложить всю информацию своим «посредникам».

– Вчера я встретил одного из ваших бывших сотрудников, – начал Чарльз.

– И кого же? – Фрэнк даже не обернулся.

– Дипака Мистри.

В оконном отражении Боксер заметил, как лицо д’Круша мгновенно оживилось. Глаза сузились, губы сжались, мышцы под дряблой кожей напряглись в приступе ярости. Фрэнк резко обернулся, готовый рвать и метать.

– Что он здесь забыл? – Голос его был неожиданно тихим.

– Он сообщил, кто и почему организовал первое похищение Алишии.

– Я слушаю.

– Чхота Тамбе.

В комнате повисло молчание. Похоже, Д’Круш был в замешательстве.

– Чхота Тамбе? Да я его двадцать лет не видел!

– Все это время он пристально следил за тем, как развивается ваша карьера. Я бы сказал, вы стали его навязчивой идеей.

– Знаете, кто хорошо знаком с Чхотой Тамбе? По крайней мере, был хорошо знаком? Шармила.

– Да, любовница гангстера, как ее назвала Исабель, – подтвердил Боксер.

– Они встретились в Дубае. Тамбе глаз с нее не сводил. Сперва Шармилу привлекли его деньги, но, узнав о его истинных намерениях, она бросила его. Пришла ко мне, я дал ей работу, между нами начался роман.

– Выходит, у Чхоты Тамбе было целых две навязчивых идеи.

– Две?

– Вы увели его подругу, и он также считает, что вы ответственны за гибель его старшего брата.

– Он совсем спятил? – изумился д’Круш. – При чем тут Бада Тамбе? Его взорвали в девяносто третьем.

– Бомба была начинена взрывчаткой армейского образца пакистанского производства. Чхота Тамбе думает, что именно вы достали ее по приказу Дауда Ибрагима.

– Я не работал на Ибрагима в девяносто третьем. Тогда я уже вовсю снимался в кино.

– А вот Чхота Тамбе так не считает. Утверждает, что вы также занимались поставками героина из Пакистана. Этим бизнесом тоже заправлял Дауд Ибрагим,

а до него – Амир Джат, которого вы тоже неплохо знаете.

– Так вот чего он хотел, когда требовал от меня искренности? Хотел выбить из меня признание? Он бы его никогда не дождался!

– Дипак предположил, что Чхота Тамбе хотел наказать вас.

Фрэнк остолбенел. Его лицо скрывал полумрак, царивший в комнате. За спиной, отражаясь от водной глади Темзы, мерцали огни Королевского фестивального зала и Национального театра. Д’Круш не мог пошевелиться, – казалось, он полностью лишился сил.

– Доверьтесь мне, Фрэнк. Я единственный, кто не выдаст ваши секреты, – тихо сказал Боксер.

– И зачем мне это? – пришел в себя д’Круш.

– Это сделает вас счастливее.

– А кто сказал, что счастье для меня важно? – Фрэнк ткнул себя пальцем в грудь. – Счастье – для тех, кто верит в мечту, кто тешит себя иллюзиями. Для американцев – у них так даже в конституции записано.

– Тогда что для вас значит Алишия?

Д’Круш снова повернулся к окну. От его дыхания стекло запотело.

– Посмотрите на себя, – продолжал Чарльз. – Вы довели себя до такого состояния потому, что боитесь ее потерять.

– Я потерял ее, когда она уехала из Мумбаи.

– Почему она уехала?

– Потому что этот сукин сын, ее любовник, шпионил за мной!

– Вы ей об этом рассказали. Наверняка добавили, что Дипак не любил ее, а лишь использовал, чтобы легче было за вами следить.

Фрэнк кивнул. Его трясло.

– А рассказала ли вам Алишия о том, что ей довелось увидеть? Как Шармила привозила детей на потеху Амиру Джату?

– Заткнись! – закричал д’Круш, потрясая кулаками. – Заткнись!

Он отошел от окна, рухнул в кресло напротив Боксера, зажав ладони между колен и судорожно озираясь по сторонам, словно в поисках ответов на мучившие его вопросы.

– Чхота Тамбе, – прошептал он, – Чхота Тамбе… А я-то думал, что Дипак работал на кого-то значительного вроде семьи Махале. А это оказался Чхота Тамбе! Мелкая, жалкая бандитская шавка!

– Ревность и зависть – очень сильные чувства, – пожал плечами Боксер. – Помните, что я говорил вам о женщинах?

– Но ведь столько воды утекло с тех пор! Индия изменилась настолько, что события двадцатилетней давности все равно что история Древнего мира.

– Вы отняли его любимую женщину, стали звездой кино, разбогатели благодаря связям с мусульманской диаспорой, а Чхота Тамбе все это время страдал в Дубае и от бессилия стучал кулаком по подлокотнику.

– Он прав, – внезапно сказал д’Круш, глядя Боксеру в глаза. – Насчет героина он прав. Я переправил одну партию для Дауда Ибрагима. У меня не было выбора. Он помог мне пробиться в кинематограф, и так я ему отплатил.