Расплата
Шрифт:
Выбрав лестницу, а не лифт, он мог при малейшей тревоге повернуть назад и таким образом избежать нежелательной встречи. В дорогих домах, подобных этому, жильцы обращают пристальное внимание на посторонних, так что, используя лифт, он мог бы легко засветиться.
Билл поднялся на пятый этаж, не встретив на своем пути ни одной живой души, бесшумно отомкнул дверь с кодовым секретным замком и вошел в квартиру. Маленькая прихожая вела в просторную, залитую солнцем гостиную. Он подошел к окну и выглянул на улицу. Двойные рамы из твердой древесины
Он обошел всю квартиру, и первое впечатление укрепилось. Все здесь — полированный паркетный пол, восточные ковры, мебель — было подобрано с необыкновенным вкусом и стоило бешеных денег, но было отвергнуто. Кельтум ни к чему не прикоснулась, ничего не сдвинула с места. В ванной, стены которой были покрыты от пола до потолка изразцами ручной работы, даже зубная щетка или кусок мыла не нарушали девственный порядок. На кухне стоял роскошный дорогой холодильник, совершенно пустой, дверца его была приоткрыта. На кровати, застланной шелковым покрывалом, не было ни подушек, ни простынь. Квартира выглядела нежилой, как выставочный образец.
В дверь позвонили. Билл вышел в прихожую, отвел в сторону щиток дверного глазка. В коридоре стояла Кельтум, нагруженная полиэтиленовыми сумками со всякой всячиной. Он открыл дверь, девушка проскользнула мимо него на кухню, бросила сумки посредине комнаты, прямо на пол, ни слова не говоря, показала ему на них рукой и вернулась в гостиную.
Билл включил стоявший на подоконнике радиоприемник и принялся разбирать пакеты в поисках кофе. Из радионовостей узнал, что он психопат, возможно, вооружен и очень опасен.
— Хотите чашечку кофе? — крикнул он, придав своему голосу самую мирную интонацию. Никакого ответа. Он пожал плечами, налил в чашку кофе и понес его стоявшей в гостиной у окна Кельтум. — Вот, я принес вам. Нам обоим нужно подкрепиться. — Девушка сделала вид, что ничего не слышала. Он покачал головой и остановился в нескольких шагах. — Послушайте, Кельтум. Я знаю, что вы обо всем этом думаете и как переживаете. Простите, я…
Она быстро повернулась к нему.
— Знаете? Просите прощения? Так почему же вы не воспрепятствовали моему отцу, не сказали ему ни слова, когда он приказывал мне привезти вас сюда? Почему вы не хотите оставить меня в покое?
Он не мигая смотрел в ее глаза, красные от слез.
— Потому что иначе я не смогу сделать то, что мне нужно сделать.
Секунду или две она в упор смотрела на него, потом смахнула со щеки слезинку.
— Но это же нечестно. Вы и мой отец поставили меня в невыносимое положение. Кошмар какой-то, — проговорила она и резко отвернулась. — Откуда мне знать, что вы и вправду не убили ту бедную женщину?
Он чуть было не рассмеялся, но закусил губу и сдержался.
— Действительно, откуда вам это знать? — Он отпил глоток кофе и посмотрел на ее затылок. — Может быть,
Она быстро повернулась, посмотрела на него, опустила глаза, лицо ее вспыхнуло.
— Я не должен взваливать на вас этот нравственный груз, — совсем тихо произнес он. — Я сейчас сам позвоню им. — Она быстро подняла на него глаза, он прочитал в них недоверие и кивнул. — Все в порядке. Я сделаю это прямо сейчас.
Он сунул чашку с кофе в ее обмякшую руку, прошел в спальню, закрыл за собой дверь, присел на край кровати и достал из кармана визитную карточку Лантье. Взглянул на часы и набрал указанный на карточке номер.
14
Телефонный звонок застал Лантье за разборкой грязного белья, сваленного в кучу на полу туалета. Он выпрямился, нехотя подошел к небрежно застланной кровати, тяжело опустился на край постели и, сняв трубку, прикрутил радио.
— Алло, — промычал он, наклонился и взял стоявшую на полу кружку с кофе.
— Инспектор Лантье? Это я.
Полицейский замер с поднесенной к губам кружкой. В молчании прошло целых две секунды. Наконец он дрожащей от волнения рукой опустил кружку, расплескав кофе на радиоприемник.
— Вы! — хрипло прошептал он. — Господи!
Билл не удержался и тихо рассмеялся.
— Вам, конечно, уже все известно.
— Господин… — Полицейский осекся, опасаясь называть Билла по фамилии. — Известно? Ну конечно, известно. Вы стали знаменитостью, друг мой.
— Послушайте, — Билл уже не смеялся, — я сейчас быстро кое-что скажу вам и положу трубку.
Телефоны, возможно, прослушивались, разговоры, возможно, записывались. Так что в наш электронный век у них вряд ли займет много времени засечь его. Лантье молчал.
— Во-первых, — продолжал Билл, — позвольте мне сделать официальное заявление: то, что произошло сегодня утром, не имеет ко мне никакого отношения. Или, вернее, не я это сделал.
— А кто?
— Вы это знаете так же хорошо, как и я, — многозначительно ответил Билл. — Но это не телефонный разговор. Могу ли я вам доверять?
— А в чем дело? — потер переносицу Лантье.
— Я хотел бы встретиться с вами, но чтобы обошлось без наручников. Нам нужно обсудить все это. — Последовавшее за его словами молчание было таким долгим, что Билл перепугался, не положил ли полицейский трубку. — Инспектор! — окликнул он.
— Да, все в порядке. Я здесь.
— А мне показалось, что нас прервали.
— Если бы так… — уныло проговорил полицейский. — Я думал.
— И?
— Я встречусь с вами, хотя никаких гарантий дать не могу. Но если вы попадетесь, это не значит, что мы попадемся, я арестую вас.
— Согласен. Пообещайте только, что придете один и выслушаете меня.
И снова Билл долго не мог дождаться ответа.
— Ладно, — наконец отозвался Лантье. — Думаю, что смогу и на это пойти.