Распутанный
Шрифт:
— Заметано, — ответила Виктория, человеческое слово звучало странно, когда произносилось ее торжественным, официальным тоном.
— Увидимся! — Стефани исчезла.
Эйден посмотрел на Викторию.
— Разве вампиры, которые живут в особняке, не учуют мою кровь и не почувствуют притяжения? — Он ни в коем случае не хотел создавать ей проблемы.
— Там есть другие люди, так что твой запах смешается с их. Что же касается притяжения, я не знаю. Райли и Мэри Энн тоже там, так что, возможно, она заглушит его.
Даже несмотря на то, что Райли нейтрализует глушащий эффект Мэри
— Стоит попытаться, — произнес он. Он дважды был в особняке, но ни разу не был в комнате Виктории и позарез хотел увидеть ее. А если у нее возникнут проблемы, что ж, он был королем, и он просто…
Подождите. Он был королем. Именно об этом он только что думал. Без оговорок и сомнений.
Но он все равно был настроен сделать все правильно и выбрать другого правителя. Верно?
— Готов? — спросила Виктория, отпуская его руку, чтобы обнять за талию.
Он сбился с мысли. Боже, с ней было так хорошо.
— Готов.
Она облизнула губы, взгляд упал на бьющуюся жилку у него на шее.
— Сначала… поцелуй? Я же для этого пришла сюда. До этого, я имею в виду. Чтобы поцеловать тебя.
«Возможно, это лучший день в моей жизни», — объявил Калеб.
— С удовольствием. — Эйден перестал слушать Калеба и прижался губами к губам Виктории; она откинула голову и тут же открылась ему, и его язык скользнул в ее рот, пробуя на вкус, исследуя. Из-за жара и электричества между ними он почувствовал себя так, словно засунул палец в розетку, и каждая клеточка его тела зажглась жизнью.
— Еще, — прошептала она.
Напряжение между ними усилилось. Она была такой мягкой. И все время тихонько урчала, подгоняя его. Кровь вскипела в его жилах, заставляя его пылать, сжигая органы в пепел и давая ему новую жизнь.
Жизнь, в которой он мог летать, размышлял он, и терять опору под ногами. Руки Виктории скользили в его волосах, царапая кожу головы ногтями, и ему это нравилось, он хотел большего.
— Я хочу укусить тебя, — сказала она, слова прозвучали нетрезво и невнятно.
— Да. — Он не сомневался. Ему нравилось, когда она кусала его. Он был уверен, что его можно было счесть рабом крови, но ему было все равно. Он любил эту девушку, и стал бы для нее кем угодно.
— Мне не стоит этого делать.
— Пожалуйста.
Она проложила дорожку из коротких поцелуев вдоль его щеки, челюсти, затем шеи, легонько касаясь кожи языком. Да, именно об этом он мечтал еще до того, как встретил ее. Просто быть с ней, давать и брать, как сейчас. Целовать ее снова и снова — бесконечно.
— Уверен?
— Да, прошу тебя.
Ее острые зубы уверенно погрузились в его вену. Боли не было. Ее рот, язык, зубы — что-то вырабатывало наркотик, химическое вещество, которое притупило чувствительность кожи еще до того, как прошло по телу, лаская его изнутри. Да, да.
Его глаза приоткрылись, и он понял, что больше уже не на улице. Его окружали четыре стены, окрашенные в белый. Все в комнате было белым. Огромная кровать с балдахином, задрапированная белым мехом. На туалетном
— Так здорово, — прошептала она. — Так… — Она отпрянула от него, часто дыша. — Опасно.
Капелька крови скатилась по шее, он почувствовал теплое скользящее движение, но не вытер ее.
— Мне нравится, — напомнил он ей, казалось, он тоже пьян.
Она вытерла рот тыльной стороной руки.
— Мне слишком это нравится. В следующий раз ты должен мне отказать.
— Я никогда не скажу тебе «нет». — Пока он говорил, его охватила вялость. Потеря крови вкупе с бессонными ночами, напряжением, переживаниями, сражениями и этим наркотическим поцелуем внезапно сделали свое дело, и его коленки подогнулись.
Виктория бросилась к нему, обхватила его руками и поддержала, а затем помогла дойти до кровати. Когда он упал на матрас, его глаза уже закрылись.
— Спи, — произнесла она. — Я позабочусь о тебе.
Он верил ей, и поэтому подчинился. Он заснул.
Глава 21
«Я в кровати с Райли, и он не в волчьем обличье», — подумала Мэри Энн. Головокружительно. Он человек, и они снова вместе. Ненадолго. И меньше, чем через два дня, они могут умереть. В этот момент все было невинно. Оба были одеты и не целовались. Они просто уютно устроились друг с другом, ее голова лежала на его груди, его сердце билось у ее уха, а его рука ласкала ее спину. Они говорили. Или только что говорили.
Сейчас они молчали. Его спальня находилась рядом со спальней Виктории, и они слышали, как вампирша вернулась. С Эйденом. У них был короткий, приглушенный разговор, а потом все стихло. И эта тишина перекочевала в эту комнату, принеся с собой напряжение.
Сексуальное напряжение. Осознание.
Мэри Энн пыталась отвлечься от мыслей о том, что происходило по соседству — и что могло бы произойти здесь. Она изучала святая святых Райли, место для абсолютного отдыха и покоя. Видеоигры, компьютер, кресла с подголовниками, коврик для отдыха. Единственным, что отличало это место от собственности скучающего миллиардера, полного решимости развлечься, была стена, увешанная оружием. Каждый ее дюйм закрывали ножи всех форм и размеров. Очевидно, он серьезно относился к своим обязанностям защитника.
— Давно ты служишь стражем Виктории? — спросила она.
— С тех пор, как она родилась.
— Давненько.
— Не в этом мире.
Верно.
— Чем ты занимался до этого?
— Тренировался, в основном. Когда волку поручают задание, он с ним умирает. Поэтому волкам дают всего одно поручение. Она была моим.
— Значит, вы связаны?
Его дыхание всколыхнуло несколько прядок ее волос.
— Ничего подобного. Если она умрет, это будет значить, что я провалил свое задание. А это значит, что я тоже заслуживаю смерти.