Распутник

Маклейн Сара

Пенелопе не нравилась мысль о том, что ей удалось одурачить младшую сестру и заставить поверить в то, что она вышла замуж по любви. Она чувствовала себя страшно неловко. Оливия, «Скандальный листок», общество, поверившее, что Майкл ее любит... что она любит Майкла... Все это только подтверждало худшее — что где-то в этой шараде Пенелопа потеряла себя, что сам дьявол нацелился на ее душу.

Если даже сестры почти не ставят под сомнение ее чувства к Майклу, кто скажет, что вскоре она сама не поверит

в этот обман?

И где она тогда окажется?

Опять одна.

— Пенелопа? — Голос Пиппы вырвал ее из раздумий.

Она натянуто улыбнулась.

Пиппа внимательно посмотрела на нее, словно видела больше, чем Пенелопе хотелось показать, так что она невольно отвернулась. Наконец сестренка сказала:

— Думаю, я догоню Оливию и Луизу. Ты со мной?

Пенелопа покачала головой:

— Нет.

— Остаться с тобой?

Пенелопа снова помотала головой:

— Нет, спасибо.

Юная Марбери улыбнулась:

— Ждешь мужа? — Пенелопа мгновенно кинулась это отрицать, но улыбка Пиппы сделалась понимающей. — Мне кажется, он тебе нравится, сестра. Против твоей воли. Знаешь, ведь в этом нет ничего плохого. — Она помолчала и как ни в чем не бывало добавила: — Я думаю, это довольно славно, если жене нравится муж.

Прежде чем Пенелопа успела ответить, Пиппа укатила прочь.

Пенелопа снова поискала Майкла, но теперь он ушел с холма, где она видела его раньше. Она осмотрела озеро и заметила его на самом краю катка, догруженного в беседу с виконтом Тоттенхемом.

Пенелопа наблюдала долго, и вдруг Майкл посмотрел через все озеро — его серьезный взгляд отыскал ее почти мгновенно. Она занервничала и отвернулась, не в силах оставаться спокойной и уверенной в себе, пока их разделяет пол-Лондона. Уткнувшись подбородком в муфту и опустив голову, Пенелопа покатила сквозь толпу прочь, к дальнему концу озера, а там сошла со льда и поковыляла к торговцу каштанами, раскинувшему там свой лоток. Сделав всего пару шагов, она услышала чей-то разговор.

— Можешь поверить, что Тоттенхем готов увидеть в нем что-то хорошее?

Вопрос послышался из-за спины, и Пенелопа остановилась, мгновенно поняв, что речь идет о ее муже.

— Да я вообще не представляю, как Тоттенхем может поддерживать знакомство с кем-то вроде него.

— Я слышала, Борн по-прежнему управляет тем скандальным клубом. Как по-твоему, о чем это говорит?

— Ни о чем хорошем. Борн порочен, как сам грех, в точности как все те мужчины, что посещают это злачное место.

Пенелопа с трудом удержалась от желания повернуться и сказать сплетницам, что их мужья отдали бы свою левую руку за возможность сделать ставку в «Падшем ангеле».

— Говорят, он охотится за приглашениями этого сезона. И готов вернуться в общество. Все это из-за нее.

Пенелопа

подобралась чуть поближе — поднялся ветер и стало хуже слышно.

— Леди Холлоуэй сказала кузине моей матери, что за обедом на прошлой неделе он не мог оторвать от нее рук.

— Я тоже это слышала. А ты видела сегодня утром «Скандальный листок»?

— Можешь в такое поверить? Брак по любви! С Пенелопой Марбери! Как мужчина вроде него мог потерять голову из-за такой скучной девицы, как она?! Она не сумела удержать даже холодного занудливого Лейтона.

Обе сплетницы захихикали, а Пенелопа зажмурилась.

— Ну правда. Порочный, как сам грех, и в два раза красивее — даже с этим глазом. Как ты думаешь, где его подбили?

— Мне рассказывали, что у них в «аду» бывают кулачные бои. Хвастаются, что они могут посоперничать с боями гладиаторскими.

— Ну, признаюсь честно, я бы не отказалась полечить его раны... — послышался мечтательный вздох.

Пенелопа боролась с желанием показать паршивке, какие раны можно нанести человеку.

— Может, Пенелопа тебе что-нибудь подскажет, и ты попробуешь поймать кого-нибудь еще из членов клуба.

Жестокий смех растаял вдалеке. Пенелопа обернулась и, сжав кулаки, посмотрела вслед сплетницам, но со спины их не узнала. Впрочем, даже если бы и узнала, вряд ли стала бы что-нибудь предпринимать.

Она со свистом втянула в себя обжигающе холодный воздух, пытаясь справиться с душившими ее эмоциями.

— Леди Борн.

Пенелопа резко обернулась, услышав это все еще странное для нее обращение, и увидела, что к ней приближается Донован Уэст. По газетчику сложно было понять, слышал ли он разговор сплетниц, но Пенелопа почти не сомневалась, что слышал.

— Мистер Уэст, — отозвалась она, прогоняя прочь мысли о собственном занудстве и старательно улыбаясь. — Какой сюрприз.

— Моя сестра потребовала, чтобы я ее сопровождал, — сказал он, указывая на группу юных девушек неподалеку. — И должен признаться, я испытываю слабость к зимним видам спорта. — Он предложил Пенелопе руку и показал на торговца. — Не желаете отведать каштанов?

Пенелопа тоже посмотрела в ту сторону. Парок, поднимавшийся от тележки с каштанами, закрывал лицо торговца.

— С большим удовольствием, спасибо. — Они медленно брели в сторону лотка, Пенелопа неуклюже ковыляла на своих коньках, но мистер Уэст, как истинный джентльмен, не обращал на это внимания. — У меня тоже есть сестры.

Пенелопа подумала о Пиппе, о том, что она покорно решила выйти замуж за Каслтона, хотя он ей и не интересен, — и все по неправильным причинам.

— Назойливые создания, правда?

Пенелопа вымученно улыбнулась:

— Поскольку я и сама сестра, от ответа мне лучше воздержаться.