Ратник
Шрифт:
— Все шутки шутишь? А ведь нас сейчас всех едва не положили.
— Мы просто заглянули в лицо смерти. Вежливо поздоровались. И двинулись дальше по своим делам. Или ты испугался?
— Нас могли там всех перебить! — воскликнул Кондрат.
— Да брось, — махнул рукой парень. — Если бы прижали, то мы бы через заслон прорвались. Акакий говорил там два-три десятка всего шло. Мы бы в копья ударили и прорвались. Потеряли бы коней, да кое-что из запасов. Но ушли бы верно. Сам же уже
— А если бы не прорвались?
— Мы воины. Наша стезя — сражаться и умирать. — пожав плечами, возразил Андрей. — Если бы не прорвались, то постарались бы продать свои жизни подороже.
— Неужели ты рассчитываешь справиться со всей этой оравой?
— С этой? Нет. — покачал головой Андрей. — Я надеюсь еще подтянуть тех, что тут бродят да разбой учиняют. Да накрыть их разом.
— НО КАК?! — воскликнул Кондрат.
— А ты разве забыл, что мы должны предупредить воеводу, если встретим идущее на Тулу войско?
И тишина.
Только комары жужжали, нарушая ее. Все же люди уставились на Андрея округлившимися глазами. Они, как оказалось, внимательно слушали его разговор с дядькой. Наконец один из коней достаточно громко пустил газы. Кондрат нервно хмыкнул. Парень же продолжил.
— Вот и вопрос. Откуда мы возьмем войско, идущее на Тулу, если эти мерзавцы в этом году только грабят окрестности? Чтобы выполнить данное нам задание нам нужно сколотить это войско из отдельных банд.
— Эко ты заковыристо мыслишь…
— Для полка эти полторы сотни — не великое войско. Можно и его вести. Но я надеюсь еще их раззадорить.
— А с чего ты взял, что полк выступит?
— А если не выступит, то и не беда. Я просто от этих ухарей оторвусь и вернусь в город. Но… — Андрей выразительно улыбнулся, — в Тулу ведь приедешь ты. И скажешь нашим боевым товарищам, что я приглашаю их принять из засады татар. Да прихлопнуть.
— Ты умалишенный! — воскликнул Кондрат, однако беззлобно и глаза его вспыхнули озорными искрами…
[1] «Гороховая колбаса» была изобретена в 1867 году. Во время Франко-прусской войны 1870–1871 годов она выдавалась солдатам в качестве неприкосновенного запаса.
[2] Льняное масло склонно к полимеризации, в вареном эти процессы идут быстрее. Пропитка им древесины приводит к формированию слоя водонепроницаемого полимера. Так-как материал тонкий, то горячее льняное масло пропитывало его насквозь и слой это охватывает всю древесину, которая становилась наполнителем для этого полимера.
[3] У Андрея для этого было сделано небольшое приспособление с насыпным угольным фильтром. Считай большая железная кружка с дырками на дне. Ее наполовину заполняли углем из костра. Уплотняли
[4] А если и уйти, то их все равно найдут по «горячим» следам. ^_^
[5] Сахир — это колдун в исламской традиции.
[6] Кубулган — это оборотень в тюркской и монгольской традиции.
Часть 3. Глава 4
Глава 4
1554 год, 29 июля, Тула
Довольная жизнью дворняжка лежала в пыли на самом солнцепеке. С полчаса назад она сожрала курицу и теперь наслаждалась жизнью. Ведь ее не поймали и все прошло гладко.
Но вот показались всадники, путь которых шел через пыльный большак. Аккуратно к месту лежки этой дворняжки. И она невольно зарычала, раздраженная тем, что ей придется выбираться из этой уютной пыли и куда-то уходить.
Даниил Романович Захарьин-Юрьев же восседая на своем аргамаке приближался к перекрестку, на котором развалилась блохастая, облезлая псина и недоумевал. Что за дерзость? Не дохлая же. Вон — головой ворочает. И не уходит. Тянет. Даже недовольно зубы скалит…
Наконец, когда всадники чуть на этого пса не наехали, он отпрыгнул в сторону и, не выдержав, залаял на них.
Всадник, что ехал рядом с Даниилом Романовичем махнул копьем, прогоняя злобную тварюшку. Но та снова вовремя отскочила. Еще раз тявкнула. А потом поссав на кустик полыни, побежала по своим делам, решив больше не нарываться.
— Нет, ну ты видел? — спросил Даниил Романович у ближайшего к нему воину.
— Чую, нас ждет много веселья… — ответил его ближник, покачав головой.
Однако дальше все шло нормально.
Отряд заметили издалека. Опознали как своих. И вышли встречать. Точнее не встречать, а полюбопытствовать, кого там черти принесли. Да и то — немногие. Не до гостей. Так как город же уже добрые сутки гудел как встревоженный улей. В него вернулся Кондрат с письмом от Андрея…
Воевода был занят и не смог того сразу принять.
И очень зря.
Потому что, пока воевода занимался своими делами, весь полк уже узнал о том, что предлагает Андрей. Что поставило его в очень неудобное положение, практически заложника ситуации. В такой обстановке Даниил Романович и подъехал к подворью воеводы.
Поздоровались.
Обменялись ничего не значащими словами. После чего прошли в хоромы, где Даниил спросил:
— Что в городе происходит? Что за шум?
— Опять этот воин шумит. Опять воду мутит.
— Андрей, полагаю?