Разбойник
Шрифт:
Берниввигара покинул оковы физического тела и оказался вне досягаемости людей.
– Ощутите силу огня Древних Предков! – прогремел Берниввигар.
Обе его руки устремились вперед, со старых, скрюченных пальцев посыпались искры и поднялись струйки дыма.
Брансен сумел собраться и сосредоточил силы на отражении ожидаемых огненных снарядов. Но загадочное волшебство Берниввигара на этот раз было направлено не на Брансена. Зато почва под ногами Разбойника почернела и задымилась, а потом, к ужасу Брансена, трава и земля обратились в тягучую раскаленную лаву. Он не знал, что предпринять, как бороться
А в следующий момент он услышал пронзительный крик, полный отчаяния и первобытного страха. Взгляд Брансена метнулся в сторону, и оказалось, что Каллен лежит на земле лицом кверху, а совсем рядом с ней, всего в нескольких дюймах от головы, свернулась огромная змея, готовая нанести смертельный удар.
Брансен хотел ответить женщине, хотел крикнуть, чтобы она не двигалась. Он готов был бежать к ней и принять укус змеи на себя, ведь его тренировки и знания давали возможность вывести яд из тела без последствий для здоровья. Но гул в голове усилился, теперь вместо одной осы там бился целый рой. Брансен видел, что его туфли дымятся, а ступни покрываются волдырями от ожогов, но он не чувствовал боли.
Никакие ухищрения Берниввигара не могли пробить стену его ярости.
Повинуясь инстинкту, Брансен вскинул руку и метнул меч, словно это было копье.
Он услышал резкий вздох Берниввигара, его заклинание прервалось, только потом Брансен рассмотрел, что его удар достиг цели и меч пробил грудь старого жреца. Самхаист сделал шаг назад, но и не думал падать. Брансену было все равно. В стремительном прыжке он сумел освободиться от лавы и подскочил к Берниввигару. Руки Разбойника заработали наподобие копыт взбесившейся лошади – удары так и сыпались на самхаиста, но, как ни странно, Берниввигар ни разу не вскрикнул, его тело было словно из ваты, и ни одна из костей не треснула под кулаком Брансена.
Юноша поднял голову и увидел, что Берниввигар смотрит на него сверху и улыбается, словно наблюдая за несмышленым ребенком. Вот жрец поднял руку и крепко сжал кулак; из-под пальцев просачивались и потрескивали яркие искры.
Брансен сильно ударил противника по челюсти, и голова жреца качнулась в сторону, но Берниввигар продолжал улыбаться и нанес ответный удар. Несмотря на все усилия Брансена его блокировать, он все же ощутил сильный толчок, вражеская энергия проникла в его тело и чуть не лишила возможности двигаться. Его спасли только уроки Джеста. Брансен изогнул туловище единственно верным способом, и его тело беспрепятственно пропустило магический заряд через ноги в землю.
Разбойник снова нанес удар, и Берниввигар покачнулся.
Брансен пригнулся почти к самой земле и в стремительном развороте сумел дотянуться ногой до рукоятки меча, торчавшей из груди Берниввигара.
Маска спокойствия слетела с лица старого жреца, самоуверенность сменилась легким беспокойством, и Брансен продолжил серию ударов, каждый раз целясь по рукояти меча и поворачивая лезвие в груди Берниввигара.
Теперь Разбойник обрел свой ритм, он стремительно подскакивал к самхаисту, проводил несколько коротких ударов, и, хотя ни один из них не был сокрушительным, они все же достигали
Брансен уверенно держался на ногах и превосходно сохранял равновесие.
Берниввигар снова качнулся вперед, но Брансен предпочел не блокировать удар кулака с магическим зарядом, а увернуться. Удар не достиг цели, но часть заряда все же задела Брансена, хотя и не лишила его равновесия, не заглушила яростного гудения в голове.
Брансен сбоку подскочил к Берниввигару, схватился за рукоять меча и тут же получил весьма ощутимый заряд, а потом и еще один, когда уже освободил меч и повернулся к противнику спиной. Берниввигар злобно рассмеялся, но Брансен этого не услышал, он не слышал ничего, кроме яростного гула в голове.
Разбойник начал разворачиваться влево, потом внезапно изменил направление и крутанулся в обратную сторону, да так резко, что Берниввигар не успел даже проследить за ним взглядом, и повернутый горизонтально меч налетел на него с противоположной стороны.
Высоко в воздух взлетела голова Берниввигара, с самодовольной улыбкой на лице.
Тело старого жреца еще опускалось на траву, а Брансен уже мчался в другую сторону, но все же он услышал глухой удар отрубленной головы о землю.
Разбойник подбежал к Каллен, опустил меч и остановился, дав знак женщине лежать неподвижно. Змея еще не нанесла удар – казалось, она, как и все остальные зрители, была поглощена страшной битвой двух людей.
Гул в голове все не утихал, но Брансен нашел силы успокоиться, скользнул между Каллен и змеей и заглянул в глаза гадюки. Затем он выставил перед собой ладонь правой руки, и голова змеи повернулась к новому для нее предмету. Левая рука Брансена неуловимым движением взвилась в воздух и ухватила гадюку чуть пониже треугольной головы. Он позволил змее обвить левую руку, поднялся и протянул Каллен правую, помогая женщине подняться на ноги.
Затем он несколько раз тихонько дунул на голову змеи, и гадюка успокоилась, а потом Брансен осторожно опустил ее на землю. Через пару секунд змея исчезла в лесных зарослях.
– Ты и ты! – позвал Разбойник двух стражников, которые привели Каллен на поляну.
Солдаты переглянулись и опасливо попятились, словно намереваясь убежать. Тогда Брансен поднял меч наподобие копья, и этот жест убедил мужчин выполнить его приказ.
– Если с головы этой женщины упадет хоть один волосок, я убью вас обоих, и вас всех тоже, – крикнул Разбойник, оборачиваясь к сильно поредевшей толпе наблюдателей. – Любой, кто попытается причинить ей вред, испытает на себе гнев Разбойника! И уверяю, я смогу достать каждого из вас! – Брансен снова обернулся к перепуганным солдатам. – Теперь я знаю вас в лицо. Не забывайте об этом.
– Где Кадайль? – спросил он у Каллен.
– Ее забрал лорд Прайди, – пролепетала она, дрожа всем телом. – Он увез ее с собой!
– В замок, – выкрикнул кто-то из толпы.
– Я видел, как он тащил ее внутрь, – добавил второй.
Брансен огляделся вокруг и в который раз поразился реакции людей на действия Разбойника. Затем он крепко обнял Каллен.
– Клянусь жизнью, никто не причинит ей вреда, – пообещал он и стремительно побежал прочь, направляясь к замку.
По дороге в Прайд-касл он свернул в одно знакомое место неподалеку от замка.