Раздельные постели
Шрифт:
Уже в фойе Кэтрин предалась воспоминаниям о том вечере, когда они были здесь в последний раз. Она вспомнила, как в дом вбежал Клей, и какая за этим последовала сцена. Неожиданно Кэтрин очутилась перед зеркалом. Быстро взглянув, она отвернулась от его наблюдавших за ней глаз и решила не трогать локон волос, который выбился из прически. Он проницательно прочел ее мысли.
— Ты выглядишь прекрасно… Пошли. — Он взял ее за локоть.
Когда они вошли в кабинет, Анжела подняла глаза. Их неожиданное появление взволновало ее. Они были похожи на пару детей
— Мы не помешали? — спросил Клей. Его отец оторвал взгляд от бумаг, лежащих на столе, и удивленно уставился на них. Все в комнате подчеркивало бесконечность происходящего момента. Анжела медленно опустила ногу с колена и сняла очки для чтения. Клейборн и Анжела пристально смотрели на Кэтрин, и она чувствовала, как краска заливает ей шею. Она с трудом преодолела желание спрятаться за спину Клея.
Наконец заговорил Клей:
— Мне кажется, нам всем пора как следует познакомиться. Мама, папа, это — Кэтрин Андерсон. Кэтрин, мои родители. — И опять наступил еще более болезненный момент, во время которого комната напоминала натюрморт «Родители и Дети».
Первой сделала движение Анжела.
— Привет, Кэтрин, — сказала она, протягивая вперед безупречную руку в драгоценностях.
Кэтрин сразу же почувствовала, что Анжела Форрестер, как и девушки из «Горизонта», была ее союзницей. «Эта женщина хочет, чтобы я вышла замуж за ее сына», — думала изумленная Кэтрин.
Затем Клейборн Форрестер встал из-за стола, выражение его лица было менее радушным, хотя он тоже протянул руку и поздоровался с Кэтрин. Если пожатие Анжелы было теплым и миролюбивым, то от руки ее мужа веяло прохладой почти так же, как когда Кэтрин была в этой комнате в первый раз.
— Значит, ты ее нашел, — без надобности заметил пожилой человек.
— Да, несколько дней назад.
Анжела и Клейборн быстро переглянулись.
— Несколько дней назад. Хорошо… — Но слово повисло в воздухе, и каждый почувствовал себя снова неловко. — Мы рады, что ты изменила свое мнение и вернулась, чтобы обговорить все более разумно. Нашу первую встречу, ну, давай скажем так, нельзя назвать идеальной.
— Отец, не могли бы мы обойтись без явных…
— Нет, все в порядке, — перебила его Кэтрин.
— Мне кажется, нам всем лучше сесть. — Анжела жестом указала на кресла. — Кэтрин, пожалуйста. — Клей прошел за ней и сел рядом. Его родители сели в кресла возле камина.
Хотя в животе Кэтрин чувствовала подергивание, она спокойно сказала:
— Мы решили, что будет лучше прийти и поговорить с вами тотчас.
Мистер Форрестер нахмурил лицо, точно так же, как в прошлый раз.
— При сложившихся обстоятельствах, я тоже так думаю, — сказал он.
Клей подался вперед по краю кресла, как будто хотел что-то сказать, но Кэтрин опередила его.
— Мистер Форрестер, я понимаю, что мой отец был здесь неоднократно. Я хочу извиниться за его поведение, как в тот вечер, когда я была
Клейборн нехотя признался себе, что восхищался прямотой девушки.
— Я полагаю, Клей рассказал тебе, что мы не дали показания против него.
— Да, он говорил. И мне жаль, что вы так решили. Я могу сказать одно: у меня нет ничего общего с его поступками и надеждами, поверьте мне.
Не желая того, Клейборн опять почувствовал, что восхищается ее прямолинейностью.
— Мы, разумеется, знаем, что Клей предлагал тебе деньги, и что ты не приняла его предложение. Ты изменила свое мнение?
— Я пришла сюда не для того, чтобы просить денег. Клей рассказал мне, что вы не заплатили моему отцу ничего, что он требовал, но я здесь не для того, чтобы защищать его интересы, если вы думаете именно так. Я никогда и пальцем не пошевелю, чтобы помочь ему в этом. В тот вечер, когда я приходила сюда, я уже решила для себя, что убегу из дома, но устрою все так, чтобы было похоже, что я уехала далеко, чтобы он не мог меня достать. Я думала, что, когда уйду, он оставит вас в покое. Но, вижу, можно было бы избежать многих неприятностей, если бы я осталась…
— Я не претендую на то, чтобы любить твоего отца или прощать его, но я должен признаться, что чувствую облегчение оттого, что Клей нашел тебя и что раз и навсегда можно покончить с этой неразберихой. Мы все очень беспокоились и были расстроены поведением Клея.
— Да, он говорил мне.
Клейборн удивленно поднял бровь и посмотрел на сына.
— Похоже, вы с Клеем многое успели обсудить в последнее время.
— Да.
Чего Клей не ожидал, так это невозмутимости Кэтрин. Он был приятно удивлен тем, как она держалась с отцом. Если и было что-то, чем Клейборн Форрестер восхищался, так это мужество, а Кэтрин проявляла его в высшей степени.
— Вы пришли к какому-нибудь заключению? — решительно спросил Клейборн.
— Я думаю, на этот вопрос ответит Клей.
— Знаешь, он даже не соизволил рассказать нам, что нашел тебя.
— Я заставила его дать слово, что он не расскажет. Я живу в доме для незамужних матерей, и мне не хотелось, чтобы мои знакомые и родители знали мое местонахождение.
— Из-за твоего отца?
— Да, помимо других причин.
— Например?
— Например, деньги вашего сына, мистер Форрестер, и давление, которое они могут оказать на меня.
— Давление? Он предложил тебе деньги, которые ты отказалась принять. Ты это называешь давлением?
— Да. Разве не так?
— Вы укоряете меня, мисс Андерсон?
— Вы укоряете МЕНЯ, мистер Форрестер?
Напряжение в комнате достигло высшей степени. Через минуту Клейборн сказал менее обвинительным тоном:
— Ты удивляешь меня. Я не ожидал такой… беспристрастности.
— Я вовсе не беспристрастна. Последние две недели были ужасными. Я принимала решения, что было нелегко.
— Для нас эти недели тоже были отвратительными.