Разлом
Шрифт:
Максим заметил темную голову, показавшуюся над полотном дороги, и сразу понял, что это Илья.
— Мужики, а давайте забудем обиды. Мы с Николаем готовы присягнуть вашему начальству. Будем биться вместе. У нас же нет к вам ни претензий, ни обид. По недопониманию получилась проблема. — Произнес он громко.
— Обиды? Ты чего нас за обиженных держишь? — Грубым голосом поинтересовался мужчина с кинжалом. — Кто ответит за смерть Сани, Артура, Шемяки?
— Мы бы отработали. Добыли бы еды, оружие, все в общак. — Максим продолжил строить из себя наивного человека.
—
Зоя и Юля начали причитать, напуганные жуткими перспективами. Дети начали успокаивать их, и поднялся шум.
— Заткнитесь! — Выкрикнул мужчина с кинжалом и ударил Зою ногой.
Николай попытался вскочить, чтобы защитить ее, но получил от второго серьезный удар в лицо. Илья, наконец, добрался до безопасной дистанции и выбрался на дорогу. В этот момент мужчина с кинжалом обернулся. Зрительный контакт длился доли секунды. Илья, больше не таясь, дернул предохранитель вниз и выстрелил в упор. Второй, только начал оборачиваться. Максим мгновенно сориентировался, кинулся ему под ноги, ухватился за щиколотки и дернулся на себя. Здоровяк шмякнулся на землю. Илья не смог выстрелить в лежащего, и сильно ударил его прикладом в голову. Мужчина потерля сознание и обмяк.
— Блин, Илюха, ты вовремя. — Максим кинулся проверять карманы вырубившегося мужика.
Илья снял с подстреленного, еще дергающегося в конвульсиях и булькающего кровью из пробитого легкого, ружье, поднял кинжал и забрал сумку.
— Илья, ты просто… ты герой. — Произнес Николай, придерживаясь рукой за разбитую скулу. — А я опять получил. Зоя, ты как? — Он полез проверять супругу.
Жена плакала, держась за отбитый бок.
— Звери какие-то. — Произнесла она сквозь слезы.
— Ничего, один зверь уже дохлый, второй не скоро в себя придет. — Успокоил ее супруг.
— А почему они стояли с вами, а не повели сразу к себе? — Поинтересовался Илья.
— Это передовой дозор. — Ответил Максим. — Основной отряд грабит всех по дороге, кого повстречает. Ждали их, чтобы решить, отконвоировать нас или пострелять прямо здесь.
— Мы нашли отличное место для ночевки, но ночевать здесь, по ходу, не самая лучшая идея. — Задумчиво произнес Илья.
— Да, ночевать здесь не стоит. — Согласился Николай. — Я боюсь, что после этого случая они решат убить не только нас, мужиков, но и вообще всех. Валить, надо поскорее.
— Тогда я за Дашей. — Илья направился к обочине.
— Я уже здесь. — Раздался голос подруги из темноты. — Стреляли, я испугалась. У вас все нормально?
— Блин, Дашуль, ну ты отчаянная. — Илья помог подруге забраться. — Похоже, тебе придется взять в руки оружие.
— Ладно, я все-таки дочь военного. — Согласилась она.
Максим протянул ей новый трофей, вертикальную двустволку.
— Тут есть предохранитель. Чтобы выстрелить, его надо передвинуть.
— Я уже стреляла из такого оружия. — Смущенно призналась Даша.
— Надо же, я узнаю об этом только сейчас. — Удивился Илья.
Отряд снова поднял носилки и двинулся в путь. Николай, хоть и получил по лицу, но только воспрянул духом. Его немного
Глава 23
Глава 23
Указательный щит с направлениями и расстояниями до ближайших значимых объектов наклонился в сторону потока, разрезавшего трассу. Если присмотреться, то можно было различить названия городов, указанных на нем. До центра города Краснодара оставалось двенадцать километров, но ожидаемых изменений, о которых говорили люди, заметить так и не удалось. Кругом полнейшие разрушения, следы термического воздействия, разломы и много-много воды.
Уставший отряд, питаемый надеждой скорее добраться до безопасной зоны, остановился на краю обрыва, по дну которого шумно несся грязный поток. Неожиданное препятствие сработало как курок, выстреливший психологической разрядкой Ольги. Она упала на мокрую землю и начала выть, Дочь Катя, напуганная поведением матери, разревелась и бросилась ей на шею. Никакого успокоительного эффекта на мать это не произвело. Ольга даже не заметила её.
Зоя и Юля не стали успокаивать несчастную, посчитав, что женщине лучше выплеснуть эмоции, но Даша пожалела Катюшку. Ребенок искренне переживал за мать и был напуган ее неадекватным поведением.
— Оля, успокойся. — Она присела рядом с бывшей продавщицей и положила ей руку на плечо. — Нам всем тяжело. Если каждый начнет впадать в истерики, мы никуда не доберемся. Нам наоборот надо показывать пример детям, чтобы они крепились.
Всем показалось, что ее слова произвели на Ольгу впечатление. Она постепенно успокоилась, вытерла лицо и подняла глаза на Дашу, красные и злые.
— Пример? Кто покажете? Вы? Они уже убили несколько человек. — Она кивнула в сторону Ильи и Максима. — На глазах детей. Это хороший пример? Дура я, дура, связалась с вами. Знала бы заранее, кто вы такие, сбежала бы с Катькой по-тихому в деревню. А теперь бежим, бежим без остановки, сами не зная куда. Вот он ваш Краснодар. Где тут лагеря для пострадавших? Где МЧС, палатки, горячая еда и медицина? Мы же за этим сюда шли. Нет, ничего нету, везде одна разруха. Куда теперь бежать собираетесь? В Москву, в Волгоград? А может, в Оренбург легким бегом. Сволочи. Ненавижу вас. — Ольга говорила зловеще спокойной интонацией.
Ее трясло от переполнявших эмоций. Взгляд метал молнии. Катюшка снова полезла к матери, но та грубо оттолкнула дочь.
— Я забираю свою долю продуктов и возвращаюсь домой. Я уверена, нас примут. А вы бегите, бегите, пока вас не догонят. Натворили дел, а отвечать все равно придется. Давайте воды и продуктов, мы уходим. — Ольга резко откинула с лица прядь волос и поднялась на ноги.
— Куда вы пойдете, Оль? — Изумленно поинтересовалась Зоя. — Пропадете же. Продукты отберут первые встречные. А у тебя нога болит.