Разлом
Шрифт:
Зареля и его воинов, внешне спокойных, а внутри – как тугие пружины, готовые распрямиться в любой миг.
И еще был Райнхард. Фигура которого с каждым мгновением все сильнее и сильнее наливалась угрозой и опасностью. И который – Роланд был убежден – ощущал все то же самое.
Когда Селена приблизилась, Зарель мягко подхватил ее под руку и потихоньку стал отводить назад.
– Селена, надеюсь, ты не рассказала о Мече? – шепотом спросил он.
Девушка
– Нет, но я не понимаю, какое это имеет значение? И куда ты меня ведешь?
– Сейчас я все объясню.
Зарель покосился на Роланда, тот коротко кивнул и двинулся вперед. Чуть помедлив, за ним шагнула Кира, пристально следя за карнелийцем и пытаясь понять – когда же...
– Ваше преосвященство, – Роланд на ходу поклонился, – у меня есть к вам очень важный разговор.
– Вот как?
Архиепископ раскатисто рассмеялся.
– Хочешь перехитрить меня, карнелиец?
Голос архиепископа налился свинцовой тяжестью, лицо исказилось в странном, нечеловечески-хищном оскале.
Первыми забеспокоились животные в упряжке. Испуганно фырча, они сорвались с места и вскоре скрылись за холмом. Принялись встревоженно озираться рыцари, но, конечно, допустить, что угроза может исходить от архиепископа никому и в голову не пришло. И только чуткий отец Дэйв, с глазами, похожими на чайные блюдца, истово крестясь, стал пятиться прочь от Райнхарда.
В руках Роланда блеснул клинок, вокруг Киры, отливая всеми цветами радуги, развернулась защитная сфера, но они не успели ничего сделать.
Сзади раздался истошный крик. Обхватив руками голову и рухнув на колени, кричала Мара. Ральф попытался коснуться ее и тотчас покатился по земле.
Роланд крутнулся на месте, взгляд его заметался между Марой и архиепископом, бывшим уже в нескольких шагах, но принять решение карнелиец не успел – Райнхард растворился в воздухе.
А через мгновение он уже стоял рядом с Селеной. В ту же секунду Зарель отлетел в сторону, а затем вокруг Райнхарда и Селены взметнулся смерч, расшвырявший всех – неко, инура, Киру, Роланда.
Всех, кроме Мары. На миг показалось, что девушка как будто сделана из камня – ураганный ветер даже не покачнул ее, только чуть взъерошил волосы.
– Аламар! – грянул из воздушной воронки необычайно сильный голос, в котором с трудом узнавался Райнхард. – Очнись, Аламар! Вспомни, кто ты есть! Аламар! Ты – Аламар!
Мара поднималась медленно и с трудом. Ее трясло и шатало, но дело было явно не в смерче. Что-то происходило с ней. Что-то, из-за чего ее фигура расплывалась и подергивалась, точно рябь на воде.
Ральф закрежетал зубами – под напором вихря не мог сдвинуться ни на шаг.
– Мара, нет! – перекрывая рев смерча закричал он.
– Просыпайся, Аламар! – гремел Райнхард.
Роланд пытался ползти, но чем ближе он подбирался к смерчу, тем сильнее становился напор ветра и, в конце концов,
– Мара! – крик инура был страшен.
Мара стремительно теряла человеческий облик. Вытянулось и заострилось лицо, над глазами нависли тяжелые костистые наросты, губы растянулись в хищном оскале, обнажив звериные клыки. Разорвав одежду, быстро разрасталось и преображалось тело, и тело это больше не принадлежало женщине. Теперь это был мужчина, огромный, в два-три человеческих роста и с чудовищно развитыми мышцами. Из его спины с хрустом вылезли серые кожистые крылья и существо закричало то ли от ярости, то ли от боли.
– Займись ими, Аламар! – донесся голос Райнхарда. – Можешь делать с ними что хочешь, но Роланда – доставь ко мне живым!
Вихрь разом стих, медленно осела пыль и Роланд с ужасом понял, что Райнхард исчез вместе с Селеной.
Аламар тяжело переступил с ноги на ногу. Его налитые багровым огнем глаза обежали людей. С одной стороны под командованием отца Дэйва разворачивали боевые порядки крестоносцы, с другой – спешно собирали своих Зарель и Роланд.
Аламар медлил, похоже, размышляя с кого лучше начать, но его сомнения развеял отец Дэйв.
– Демон! Демон из преисподней! – завизжал священник. – Изыди, дьявол! За мной, воины Господа!
Размахивая крестом, священник решительно двинулся на демона. Лязгая железом, за ним колыхнулся строй рыцарей, но, по мере приближения, крестоносцы постепенно замедляли свой ход, и вскоре отец Дэйв оказался один на один с демоном.
Роланд торопливо оглядел своих. Если не считать ссадин и ушибов, от смерча Райнхарда не пострадал никто. Вот только Ральф...
Поставленный ветром на колени, инур так и остался там стоять. И он все также, не отрываясь, смотрел на демона.
– Что будем делать, командир? – Зарель тронул Роланда за плечо и кивнул на демона. – Эта тварь скоро вспомнит про нас.
– Но ведь это Мара...
Заклятия священника не произвели на Аламара особого эффекта – демон лишь вздрагивал и гневно рычал. Приблизившись, Аламар схватил отца Дэйва и вскинул над собой. Священник побагровел и захрипел.
– Это не Мара, – тихо сказала Кира. – Мары больше нет, Роланд. Это Аламар. И теперь он снова демон. Древний и опасный демон.
– И нет способа вернуть Мару?
– Я не знаю, – горько призналась Кира.
Аламар швырнул священника к себе в пасть, тот успел отчаянно вскрикнуть, а затем его кости захрустели на зубах демона.
Потрясенные этим зрелищем, крестоносцы бросились врассыпную. И тотчас же Аламар, двигавшийся до этого крайне неторопливо и даже вразвалку, продемонстрировал чудеса расторопности. Невероятно длинным прыжком он очутился прямо среди разбегающейся толпы рыцарей и принялся давить и рвать их на части.