Разрушитель меча
Шрифт:
Одна из сильных сторон Дел это ее необыкновенный контроль над ситуацией. Она точно знает, что необходимо сделать в данный момент и не потратит понапрасну ничего, ни сил, ни дыхания, ни раздумий.
В момент испуга контроль теряется, и любой человек в таком состоянии опасен. Дел от испуга может только убить.
Я не стал пытаться поднять Самиэля. Я постарался даже не моргать.
Дел ждала. Веки ненадолго опустились, чтобы рассмотреть кончик клинка, проверить, осталась ли чернота, потом она снова посмотрела на меня, долго
Человек, не знавший Дел, и не заметил бы, что она расслабилась. Вернее расслабилось только тело. Дел ждала объяснений и рассказа чем же кончилась моя «дискуссия» с Чоса Деи.
Я решил, что иронию лучше приберечь на потом.
— Сулхайя, — спокойно сказал я, начиная разговор знакомым ей словом.
— Если бы я проиграл битву Чоса, я бы сказал тебе за это спасибо.
Дел ждала продолжения. Она приглядывалась и оценивала, хотя взгляд у нее стал поспокойнее. Я понял, что опасность миновала.
В конце концов, она улыбнулась.
— У тебя ужасный акцент.
Облегчение накатило на меня волной: я не хотел больше видеть страх Дел, потому что он только увеличивал мои собственные страхи.
— Ну и что… Ты говоришь спасибо не слишком часто, так откуда мне взять правильное произношение?
Веки дрогнули. Она посмотрела вниз на меч и чуть расслабила пальцы на рукояти.
— С тобой все в порядке?
Теперь я мог не боясь быть собой.
— Мышцы не работают. Все ноет и дрожит. И болит, — я пожал плечами. — И мне очень нужно помыться, — я провел рукой по животу. — Аиды, как же больно…
Дел присела на корточки, подобрала осколок и изучила его. В свете звезд он сверкал как лед.
— Интересно, — пробормотала она.
Нас разделяли десять футов. Дел стояла на коленях на песке. Передо мной мерцала покрытая трещинами поверхность сверкающего магического стекла.
— Сделай мне одолжение, — попросил я, — подкинь мне сандалии.
По сравнению с жаром дня, ночью в пустыне прохладно. Я лежал на одеялах, одетый в хитон и бурнус, и тщетно пытался заснуть. В лучшем случае оставалось часа три до того, как солнце начнет выбираться из-за горизонта, и только дурак потратил бы напрасно драгоценное ночное время.
Я поерзал, пытаясь устроиться поудобнее, но при этом не разбудить Дел, которая всегда очень легко просыпалась. На какой-то момент я вроде бы устроился — а потом снова начал крутиться, как и много раз до этого, и еще больше расцарапал кожу.
Палец ткнул меня в спину.
— Сядь, — сказала она и повторила настойчивее: — Сядь. Думаешь я буду спокойно лежать, пока ты скребешь себя до мяса?
Несколько раз я слышал как заботливые матери отчитывали своих детей. Дел говорила с точно такими же интонациями. И от этого я почувствовал себя еще хуже.
— Ничего не могу поделать. Эта пыль, грязь и стеклянная крошка доводят меня до песчаной болезни.
Палец
— Тогда садись и я все исправлю.
Я перекатился на бок и приподнялся на один локоть, а Дел встала на колени рядом со мной.
— Что ты делаешь?
Она нетерпеливо дернула плечом, вытягивая из сумки тряпку, и потянулась за флягой.
— Снимай все. Нужно было сделать это раньше.
— Я не могу мыться, Дел… У нас не так много воды…
— Могу сказать тебе, какой у меня есть выбор: мы смоем с тебя как можно больше грязи здесь и сейчас, или проведем остаток ночи так и не уснув, слушая как ты чешешься и жалуешься.
— Я не сказал ни слова.
— Ты сказал более чем достаточно и для этого тебе не пришлось открывать рот, — Дел прижала скомканную тряпку к горлышку фляги и намочила ее. — Раздевайся, Тигр. Ты еще скажешь мне спасибо когда мы закончим.
Если уж Дел что-то решила, спорить с ней бесполезно. Я сделал как было приказано и снял все, кроме набедренной повязки. Взглянув на руки и ноги в слабом свете звезд я увидел стеклянную пыль и песок, прилипшие к коже.
Дел прищелкнула языком.
— Посмотри на себя. Ты расчесал все в кровь. Смотри какие царапины…
— Да ладно, — проворчал я. — Делай, что хочешь.
Ни с того, ни с сего, Дел рассмеялась.
— Милое приглашение…
Но она не закончила и занялась моими руками и ногами, осторожно протирая сгибы коленей и локтей. Она была права: я чесался так, что выступила кровь. Царапины ныли.
Моя гордость тоже.
— Я и сам бы справился.
— Что? Сам? Быть не может, тебе не нравится, что женщина стоит перед тобой на коленях и нежно о тебе забоится? — Дел усмехнулась, многозначительно выгнув брови. — Это не тот Песчаный Тигр, которого я встретила несколько месяцев назад в грязной кантине.
— Дай я сам, — я наклонился, отобрал у нее влажную ткань и начал тереть ребра. — Все мы меняемся, баска. Никто не постоянен. Это жизнь.
Теперь она стояла передо мной: одна рука упиралась в изящный изгиб бедра. Свет звезд был добр к ней, но вообще-то тяжело быть жестоким, когда кости и плоть так совершенны.
— Прими это как факт, — предложила она. — Сейчас ты лучший человек, чем тот, кого я когда-то встретила.
Я поскреб грязную кожу.
— Значит ты считаешь, что в этом есть и твоя заслуга?
Она вяло и неохотно пожала одним плечом. Ответ был ясен: не попадись она на моей дороге, я не стал бы таким.
Не знаю уж каким таким, да и кто знает, что в голове у женщины?
Сияние голубых глаз померкло. Дел задумалась. Она протянула руку и осторожно проследила кривой шрам, уходивший глубоко в мои ребра. Шрам был по-прежнему багровым и пройдет еще много времени прежде чем он порозовеет, а потом станет серебристо-белым.
От ее прикосновения я непроизвольно дернулся и мышцы живота тревожно напряглись. Дел посмотрела на меня.