Разрушитель меча
Шрифт:
— Тебе всегда становится плохо если рядом магия, — мрачно напомнила Дел. — Значит ты сам себя вылечил. Ты себя переделал, используя силу Чоса.
— Часть его силы. Я заставил его подчиниться моему приказу, — я вздохнул. — А потом долго корчился от боли.
— А почему ты не попробовал раньше? Ты мог бы уберечь себя от многих неприятностей? — голубые глаза блеснули. — Не пришлось бы мучиться от боли в колене?
— Мог бы, но раньше мне это в голову не приходило. Когда я это придумал… — я вздохнул и сморщился. — Я не привык использовать
— И что заставило тебя передумать? — поинтересовалась Дел.
Я вздохнул.
— Тройственное будущее.
— Что?
— Что может случиться, вряд ли случится, уже не случится, — я уныло покачал головой. — Я этого не хотел… НИЧЕГО из этой чепухи. Но в Стаал-Уста мне дали кусок железа и заставили Создать яватму, а потом напоить ее кровью и призвать…
— Но тебе не нужно было поить ее вторично в Чоса Деи! Никто тебя не заставлял делать это!
Я печально улыбнулся.
— Ты заставила, баска. Потому что иначе я проигрывал, а Чоса Деи получал тебя.
Она понимала это не хуже меня. Гончие аид поймали Дел в Горе Дракона и у нее не было шансов спастись. После смерти Дел Чоса Деи забрал бы ее меч и, многократно увеличив свою силу, уничтожил бы охрану, поставленную Шака Обре.
Кончик клинка немного опустился. Прогресс налицо.
— А что случится дальше? Что за тройственное будущее?
— Я видел разные образы. Жизнь и смерть, начала и концы. Обрывки. Части. Фрагменты. Несбывшиеся мечты и разбитые яватмы.
— Мы умрем?
— В одном будущем. Во втором мы оба выживем. Еще в одном погибаешь ты, в другом я.
— Но это уже четыре, — удивилась она. — Четыре будущих, Тигр, а ты говорил, что оно тройственное.
— Будущих бесконечное множество, — объяснил я. — Но для каждого из них существуют три возможности: может случиться, вряд ли случится, уже не случится, — я растерянно развел руками, понимая что связного рассказа не получается. — Каждый вариант, каждое будущее постоянно изменяется, оно может стать совсем другим, когда смотришь на него… даже когда думаешь о нем. Можно увидеть только смутную тень, возможность… — аиды, чем проще я пытался это объяснить, тем больше запутывался сам. — Ну в общем все это я увидел прошлой ночью, когда хустафа бросал песок, — я пригладил взъерошенные волосы на затылке, снимая напряжение. — Я видел каждый вариант. Они постоянно двигались, извивалось как клубок червей, — я пытался подобрать слова, чтобы она тоже смогла увидеть, а потом помочь мне понять. — Я видел все, что может случиться, вряд ли случится, уже не случится. И в середине этого клубка были мы с тобой…
Дел совсем побледнела. Выглядела она такой же потрясенной, как и я.
— Мне это не нравится! — вздохнул я. — Мне это совсем не нравится… я бы с большим удовольствием забыл обо всей этой истории… но что мне остается делать? Я присосался к этому мечу, а к нему присосался Чоса Деи. Я просто ничего не могу изменить, правильно? Я могу только мучиться
— Из-за того, что ты мог там увидеть? — хрипло спросила Дел.
— Я просто… не хотел, — я пожал плечами. — Я никогда не задумывался о будущем, меня отучили от этого когда я был чулой у Салсет. Рабы не должны думать ни о чем, главное для них — выжить сейчас, — я непроизвольно дернулся вспоминая прошлое. — Я предпочел бы узнать свое будущее только когда окажусь в нем.
Дел вяло кивнула, потом улыбнулась своим мыслям, потому что они были просты и понятны и помогали не думать о беспомощности.
— Значит… мы останемся вместе. И что бы я ни сделала и ни сказала, случится то, что предопределено.
— Может случиться, вряд ли случится, уже не случится, — я развел руками и умудрился выдавить улыбку. — Понимаешь, Делила? Нельзя узнать свое будущее потому что оно все время меняется. То, что сейчас возможно, завтра станет маловероятным, а потом уже никогда не сможет произойти.
Дел стерла бусинки пота с верхней губы.
— Я не понимаю тебя. Ты не тот человек, которого я когда-то встретила в кантине.
Я усмехнулся.
— А ты этим не гордишься? По-моему каждая женщина мечтает изменить мужчину.
Она выплюнула Северное проклятье.
— Я не знаю, что тебе сказать. Ты во мне все перевернул.
— Это во мне все перевернули, — сказал я с чувством и быстро, чтобы Дел не успела остановить меня, сцепил пальцы на клинке Бореал. — Я не Чоса Деи. Часть его во мне, но я остаюсь самим собой, — я помолчал. — Мог бы Чоса сделать это не поглотив ее? Не поглотив тебя?
Она смотрела на мои руки. На кожу нормального цвета и темные волоски на ней, на нормальные ногти.
— Я знаю ее имя, — сказал я. — Она была бы моей, если бы я захотел ее. Если бы я был Чоса Деи.
— И я? — спросила Дел. — Я тоже была бы твоей, если бы ты захотел меня?
Я медленно покачал головой.
— Я никогда не делал этот выбор за тебя. Ты научила меня уважать чужое мнение.
Она долго молчала, потом тихо попросила:
— Отпусти, Тигр.
Я разжал пальцы и Дел убрала меч в ножны.
Я опустился на кровать, радуясь, что наконец-то могу расслабиться, и думая, что для головы, которая и без того шла кругом от запутанных и неожиданных истин, я выпил слишком много акиви.
— Объясни мне только одно: как ты умудрилась не опьянеть?
Дел улыбнулась.
— Я научилась этому в Стаал-Уста.
— Научилась? Вас учили пить?
Она забралась на кровать, скрестила ноги и прислонилась к стене.
— Считается, что выпивка делает танцора меча беззаботным. Я тебе это говорила.
— Да. Неоднократно. Продолжай.
— Поэтому прежде чем покинуть Стаал-Уста, каждый ученик должен получить один урок.
— И какой же?
— Мы должны пить всю ночь и весь следующий день.