Разрушители
Шрифт:
— Теперь смотри внимательней! — велел мне Харек и, очевидно не надеясь на мою наблюдательность, начал комментировать действия своих подчиненных.
Я почти не слушал его, хотя и старался зафиксировать в памяти движения, которыми Серые пользовались на переправе. Попав в реку, я все равно не смогу рассуждать разумно, надежда только на рефлексы. Почти каждую фразу сотник заканчивал сакраментальным:
— Главное — не паникуй! В любом случае мы тебя вытащим.
И мне придется делать второй заход.
Словно услышав слова сотника, переправляющийся человек запнулся и тут же оказался
«Утопнем мы здесь», — авторитетно заключил Тень.
Гверрел переправлялся вдвоем с рослым конником по причине своей слабосильности. Ребенгену пришлось поступить так же из-за малого веса. Мне предстояло идти самому.
Я подождал, пока Следопыты обвяжут меня через грудь хитрым узлом, и принял решение не входить в транс. Все-таки мои боевые рефлексы не рассчитаны на такую обстановку. Вместо этого я взялся за веревку обеими руками и осторожно шагнул в поток. Вода мгновенно просочилась в сапоги, промочив штаны до колена.
— Не дергайся, не торопись, не пытайся сохранить вещи сухими, упадешь — мокрее будет, — наставлял с берега Харек.
Ох, да какая, в сущности, разница? Все равно оставшиеся вещи будут перетаскивать через реку в тряпичных мешках…
В итоге все оказалось до безобразия просто. Наверное, дело в том, что я был тяжелее остальных, и там, где Ребенгена трепало бы, как штандарт на ветру, меня только немного раскачивало. Я оказался на противоположном берегу, даже не успев как следует испугаться.
Отвязывавший страховку Серый одобрительно похлопал меня по плечу и отправил отжимать штаны и сливать из сапог воду — другого способа обсушиться у нас не было. Среди окатанных водой камней не нашлось ни сухой травы, ни плавника, а ближайший куст колючки издевательски торчал на самом краю ущелья.
— Ничего! Главное — забраться наверх до темноты, — жизнерадостно сообщил Харек. — Там хоть что-то растет, костер разведем.
Сотник был доволен результатом переправы — он никого не потерял, а это считалось достаточным поводом для радости. Я промолчал. Меня трепала дрожь запоздалого страха. Мокрая одежда отвратительно липла к телу, ущелье продувал чуть заметный, но знобкий ветерок, едва показавшееся над горами солнце совсем не грело. Не утоп, так замерзну. Мастер Ребенген заметил мое состояние и заставил прыгать и отжиматься, я немного согрелся, но на голодный желудок движения не оказывали того же действия, что обычно.
До этого момента где-то внутри у меня жила уверенность, что если не обращать на трудности внимания, то все пройдет. Рано или поздно мы достигнем границы Арконата, там меня будет ждать отец, Академия, и все будет как раньше. Сейчас эта уверенность поколебалась. До моего сознания стали доходить масштабы предстоящего нам пути. Не быстро, да? Но ведь за всю свою сознательную жизнь я едва ли провел в пути
От горестных размышлений меня отвлекло общее движение — Серые закончили проверять оружие и гуськом потянулись к склону ущелья. С этой стороны он выглядел совершенно неприступным.
— Если бы мы пошли через катакомбы, нам не пришлось бы лезть на хребет, — вкрадчиво заметил Гверрел.
— Да ладно вам! — пропыхтел Ребенген, карабкаясь на осыпь. — Не так уж тут высоко.
Я стиснул зубы и сосредоточился на подъеме. Хорошо еще, что Тень Магистра привычен к высоте — идущие впереди Следопыты выбирали путь по узким промоинам и едва заметным карнизам, а в некоторых местах людей приходилось затаскивать наверх на веревках. Серые привычно пользовались страховкой, но я опасался, что если сорвусь, то потащу за собой всех остальных. Где-то в верхней трети пути склон стал более пологим, и Харек объявил привал. Безумно хотелось есть, но всем раздали только по маленькому размокшему сухарику. Поднявшееся в зенит солнце шпарило вовсю. Я глянул вниз — там, где мы переправлялись, река стала еще шире, ее поверхность потускнела и наморщилась.
— Хорошо идем!.. — блаженно потянулся Харек. — Еще бы кулеша миску, да с водочкой…
У меня отчаянно свело желудок.
Тяжелый грохот разнесся по ущелью, словно отдаленный гром. Странно, небо было ясным. Все замерли, повернулись на шум.
— Капитан, а те катакомбы, о которых вы упоминали, случайно не в той стороне? — тревожно встрепенулся Ребенген.
Харек мрачно кивнул, пристально вглядываясь в даль. Внезапно его глаза расширились.
— Ложись! — гаркнул он и сам повалился на землю.
Приказ выполнили молниеносно.
— Лежать, никому не вставать! — продолжал вполголоса хрипеть Харек, вжимаясь в камни.
По ущелью пронесся нечеловеческий вопль. Если у кого и было желание нарушить приказ, теперь оно пропало начисто. Долгую минуту спустя чуть ниже того места, где мы прятались, пролетело что-то большое и черное. Очень большое. Мой глаз успел поймать лишь тень, но мне показалось, что существо чем-то напоминало птицу. С мягким рокотом тварь пронеслась мимо и пропала. Прошло четверть часа, прежде чем кто-либо решился встать.
— Явился! Он явился! Опоздали, опоздали… — слышалось тоскливое бормотание Гверрела. На заклинателя жалко было смотреть.
— Есть что-то, что нам следует знать? — настойчиво спросил мастер Ребенген.
Заклинатель ткнул пальцем в сторону умчавшегося кошмара.
— Ракш явился, чтобы возглавить войско Последнего Дня! Начинается Прилив. Мы опоздали!
— Прилив? — встревоженно переспросил Харек.
Все Серые узнали слово и забеспокоились.
— Да! И ваш драгоценный генерал знал, что так будет. Предводитель заключил сделку: если бы мы успели доставить этих двоих в Арконат, наши могли бы получить там убежище. Но мы не успели!