Разрушители
Шрифт:
Не сводя с меня взгляда, Дороти Фанчер медленно встала. Расстегивание пуговиц промокшей блузки и снятие оной она превратила в настоящий спектакль. Снизу оказалось какое-то тонкое белье, отнюдь не скрывавшее того, что груди у нее ничуть не уступали соответствующей части тела моей первой недавней посетительницы. Мне опять припомнилась Лори, девушка чрезвычайно сообразительная, но, увы, не одаренная такой фигурой. Что ж, две из трех - далеко не плохой результат. Миссис Фанчер сбросила свои туфли. Чулок на ней не наблюдалось. Представлению несколько мешало раскачивание яхты и то, что совершенно невозможно соблазнительно избавиться от брюк - в этом отношении юбка обладает неоспоримым преимуществом. Тем не менее, Дороти управилась с задачей на диво грациозно
Я наполовину надеялся, что женщина попросит на этом остановиться, но ошибся в своей новой знакомой. Можно сказать, что я сам напросился и теперь получал представление по полной программе. Расставание с последними несколькими унциями мокрого белья заняло у нее больше времени, чем блузка, туфли и штаны, вместе взятые. Но, увы, все ее старания пропали зря. Какие-то легкие эмоции я испытал, признаю, но в одежде или без нее, она просто не возбуждала меня по-настоящему. Возможно, будучи светловолосым скандинавом, я оставался в душе расистом - если в данном случае можно говорить о душе - и потому с полным безразличием воспринимал смуглых средиземноморских красавиц. А может, воспоминания о компактной, маленькой Лори не позволяли в должной степени оценить изобилие, представшее моему взгляду с падением последнего покрова. Как бы там ни было, "Лорелея-3", похоже, притягивала к себе симпатичных женщин.
Я отбросил брошенную одежду ногой в сторону, взял большое полотенце и вложил в руки гостьи.
– Вытирайтесь и набросьте на себя, а я займусь управлением.
Мы приближались к главному судоходному фарватеру. Оглядываясь по сторонам, я постоянно ощущал присутствие за спиной женщины, интенсивно и яростно растирающей себя полотенцем. Большой танкер, направляющийся в сторону океана, двигался в нашу сторону, и я не испытывал ни малейшего желания ломать голову над тем, как его обойти. Равно как и сухогруз, появившийся с другой стороны. Быстро сверившись с картой, я убедился, что "Лорелея-3" с ее шестифутовым килем спокойно пройдет примерно в четверти мили от основного фарватера, в местах слишком мелких для более крупных судов.
Когда я, управившись с лораном и автопилотом, обернулся, Дороти Фанчер обматывала вокруг себя полотенце на манер сари.
– Итак, если миссис Белл тут ни при чем, что же привело вас сюда?
– полюбопытствовал я.
– Лори сказала, что вам нужна помощь. Постыдились бы совращать малолетних, мистер Хелм.
– Дороти Фанчер отрывисто рассмеялась.
– Нет, она мне об этом не рассказывала. Но каждый раз, когда упоминала ваше имя, было совершенно очевидно, что она спала с вами, влюбилась в вас, хотя предпочла бы влюбиться в какого-нибудь симпатичного маньяка-убийцу. Разумеется, я почувствовала себя обязанной увидеть, что за чудовище довело мою милую маленькую падчерицу до такого состояния. А Лори упомянула, что вы нуждаетесь в команде.
– Она передернула плечами.
– Моряк из меня неважный, я считаю, что глупее занятия не придумаешь, однако мне доводилось управлять яхтой - кстати говоря, этой самой яхтой - и помогать со швартовыми, и если уж на то пошло, какое вам дело, подсыпала я мужу в суп яд или нет?
– А вы подсыпали? Она опять рассмеялась.
– Как говорили американские дети во времена моего детства: "Я об этом знаю, а ты догадывайся".
– Она подтянула начавшее соскальзывать полотенце.
– Раз уж вы не воспользовались моментом, чтобы меня изнасиловать, может, позволите мне накинуть на себя какую-нибудь одежду?
– Сейчас.
Я подобрал с пола мокрые тряпки и осмотрел их. В кармане блузки обнаружилась расческа, которую я выложил на стол. В брюках лежали маленький кожаный бумажник, оставленный мной рядом с расческой и небольшая коробка с тремя ключами: от машины - "мерседеса",
– Он подходит и к чемодану, - сообщила мне Дороти Фанчер.
– Тут имеются вещи, без которых вы совершенно не можете обойтись?
– спросил я.
– Таблетки от сердца, инсулин или что-нибудь в этом роде?
– Нет, но вся моя косметика...
Она оборвалась на полуслове, увидев, что я переворачиваю сумочку. Я вытряхнул содержимое на стол и осмотрел сумочку изнутри. Якобы потайное отделение на Дне можно было назвать таковым разве что в шутку; даже Береговая Охрана без труда обнаружила бы втиснутые туда пистолет двадцать пятого калибра и запасную обойму к нему. Пистолет напоминал блестящую никелированную игрушку с перламутровой рукоятью, невероятно скользкую в обращении, но радующую взор. Если вы любитель красивого оружия.
– Полагаю, мне ни к чему говорить, что он не предназначался для вас, - промолвила Дороти Фанчер. Не дождавшись моей реакции, она добавила: - Вы, наверное, составили представление обо мне по рассказам Лори. Пожалуйста, не забывайте, что падчерицы испокон веков ненавидят мачех.
Подобное утверждение не требовало комментариев. Я осмотрел пистолет и обнаружил в нем полную обойму. В патроннике заряд отсутствовал - именно так и следует хранить оружие. Я положил оба магазина в карман, затем извлек из кучи на столе пачку шпилек, отложил ее в сторону, сгреб остальное в сумочку, подобрал с пола мокрую одежду и туфли, открыл левую дверь и выбросил все в море. За спиной у меня раздался ошарашенный вздох.
– Что вы себе думаете!..
Она замолчала, осознав, что принадлежащие ей вещи безвозвратно потеряны, так что спорить или возмущаться совершенно бессмысленно. Мгновение я потратил на то, чтобы закрыть проход в ограждении, который открыл, пуская ее на борт. Оставив дверь рубки открытой, я поднял розоватый чемодан и поместил его на стол. Найденный мною ключ, как она и сказала, успешно управился с замком. Я открыл крышку. Внутри находилось множество шикарных нарядов, не слишком подходящих для путешествия на небольшой яхте.
Я повернулся к моей гостье.
– Говорите, что намерены одеть. Советую что-нибудь прочное и практичное, если таковое имеется.
– Она никак не отреагировала на мои слова. Каменное выражение лица явно свидетельствовало, что она не намерена больше играть в мои игры. Я немного покопался в ее вещах и сказал: - Ладно, выберу сам. Двух нарядов должно хватить, да и вряд ли вам понадобятся платья...
Я извлек из чемодана отобранную одежду, однако закрыть его оказалось далеко не просто. Спутавшиеся платья упрямо выбивались через края, однако в конце концов моя настойчивость победила. Я закрыл несговорчивый чемодан, натянув один край поверх другого, наподобие раковины моллюска, вынес его на палубу, швырнул в море и вернулся, прикрывая за собой дверь. Сквозь окно рубки было видно, что чемодан удержался на одной волне, но скрылся под следующей. После чего на поверхности какое-то время плавало несколько ярких тряпок, но и они вскоре намокли и исчезли из виду. Обернувшись, я заметил фуражку и темные очки, которые моя гостья сняла, войдя в рубку. Я внимательно их осмотрел и положил в стопку оставленных для нее вещей.
Миссис Фанчер наконец снизошла до того, чтобы заговорить со мной.
– Хорошо позабавились, не так ли, мистер Хелм?
– Вам не помешало бы одеться, - отозвался я.
– Или, если хотите, мне не помешало бы, чтобы вы оделись.
– Необычайно смешно! По-моему, я произвела на вас не большее впечатление, чем, скажем, кусок замороженной говядины. Если бы не Лори, я решила бы, что имею дело с гомосексуалистом.
– Она позволила полотенцу осунуться на пол и, не сводя с меня глаз, отыскала и натянула трусики. Затем поморщилась.
– Большинство мужчин не в силах сдержать свою звериную похоть при виде моего обнаженного тела. Это просто ужасно. Кстати, могу я узнать, почему вам вздумалось выбросить мои вещи за борт?