Развал
Шрифт:
— О, Васенька, миленький, давай с тобой по чарочке.
— Не будем по чарочке, я за рулем.
— Валька, не трогай моего жениха, сказала Ирина, — ишь ты, до чужих горазда. Своего мужика заимей, тогда и обнимай.
— Так нравится он мне, — Валентина захохотала.
— Раньше надо было, когда только познакомились, а сейчас не смей.
— Как раньше, когда он на какой-то Клавке запал, а я на неё не похожа, — она опять засмеялась.
— По какому поводу веселье? — спросил Бурцев.
— Как
— Что царя в октябре скинули ты не права, он подписал отречение ещё в марте. А то, что власть рабочих, то это ещё можно поспорить. А, мне кажется вам все равно — что власть рабочих, что власть буржуев, лишь бы повод был чикалдыкнуть.
— Ну, ты что-то заумное говоришь, Васенька. Ты лучше скажи, нас отвезёшь с Ириной домой?
— Конечно, отвезу.
Сели в машину. Ирина сидела впереди, а Валентина сзади. Она положила руку на сидение водителя и стала водить одним пальцем Бурцеву по спине.
— Ты Андрюшку на праздники повезёшь к бабушке? — спросила она у Ирины.
— Наверное, повезу. Соберусь, и вечером поедем. — Она оглянулась и увидела руку Валентины у шеи Бурцева.
— Ты чего это задумала? Думаешь, если подруга, тебе всё позволено? Никуда я не поеду, дома буду, вот так.
— Бросьте вы ссориться, — вмешался Бурцев.
— Квартиру нашёл или так же в кочегарке живёшь? — спросила Валентина.
— Нашёл, после праздников перееду. Больше нельзя там оставаться. Топить начали, работать мешаю. Угощаю их периодически. Кочегары довольные, говорят, живи, не мешаешь. Мне там нравится, как в гостинице. Котлы на газу, подсобка чистенькая, есть душ, туалет. А сейчас нашёл однокомнатную квартиру, но очень дорого.
— И зачем тебе куда-то селиться? У Ирины двухкомнатная, что вам места мало? Я бы тебя к себе взяла, так у меня девке пятнадцать лет. Не ровен час, ещё влюбитесь, — Валентина расхохоталась.
— Ты, почему обо мне так плохо думаешь? Я что, повод давал?
— А, все вы, мужики, одинаковые, — сказала Валентина. Бурцев затормозил, прижался к тротуару.
— Выходи. Доедешь на метро. А гадости будешь говорить своему любимому.
— Что ты, Вася, что ты, — вмешалась Ирина. — Она просто выпила и мелит, не знает что. Валентина прижалась в угол заднего сидения и затихла.
— И, правда, Вася, может, переедешь ко мне жить. Я денег много не возьму, Ирина засмеялась.
— Ну, если так, то сейчас заедем, заберем мои вещи.
Бурцев положил чемодан в багажник.
— Я сейчас к дворнику схожу, надо ключ отдать.
Он направился к подъезду. В это время открылась дверь, и на пороге появился дворник.
— О, Василий
— На здоровье. К ней, что ли едешь? — дед кивнул на сидящую в машине Ирину.
— Да, к ней.
— Ой, смотри, Васёк, чтобы не влип.
— Чего так?
— Вижу, пьющая она.
— Откуда вы знаете, Василий Данилович?
— Я, Вася, семьдесят пять годков прожил и кое-что видел. Я не всю жизнь дворником работал. Дворником я стал, когда на пенсию пошёл. А до этого всю жизнь в наркологическом диспансере работал. Я врач-нарколог, их через мои руки, знаешь, сколько прошло. У пьющей бабы лицо меняется, каким-то мужским становится. А эта твоя ещё не совсем спилась, но уже скоро. Мандец ей придёт, если не остановится. Но, бабы, как правило, с этого крючка не сходят. Ты, Вася, парень хороший, мой совет тебе, поживи там с недельку, оглянись и дуй оттуда. Этот водоворот засосет всё вокруг себя: вначале тебя, а потом и всё, что у тебя есть. И станешь ты у мусорных ящиков бутылки собирать.
— Ну, что ж, спасибо, за совет, Василий Данилович. Буду рядом, когда-нибудь заскочу.
Бурцев жил у Ирины больше недели, и всё это время она каждый вечер появлялась с работы выпивши. Памятуя советы Василия Даниловича, Бурцев стал подыскивать себе квартиру. Ту, от которой он по глупости отказался, переехав к Ирине, уже заняли.
Вечером он заехал в магазин за продуктами, которые ему заказала Ирина. Выйдя из магазина, он увидел, что машины нет. Спецы по угону справились за каких-то десять минут. Он зашёл в отделение милиции и написал заявление.
— Есть шанс машину найти? — спросил он у дежурного.
Молодой лейтенант развёл руками:
— Может, и найдём, только вряд ли. Каждый день пачками крадут, но, скорее всего, что нет. Старенькие машины, как ваша, разбирают на запчасти и продают в розницу. Более новые, те целиком. Те ещё как-то можно найти. Хотя и те тоже редко находятся: номера перебивают и перекрашивают.
Бурцев доехал домой на метро. Ирина уже под хмельком сидела на кухне.
— Где ты шлялся? Я продукты жду, — с порога зашумела она.
— Ты опять, Ирина, выпила? Ты бы одумалась, прекратила это.
— А чего ты мне в душу лезешь? Может, у меня там кошки скребут, — она постучала кулаком по груди.
— Да не кошки там скребут, а жажда алкоголя. Ирина, у меня машину украли,
пока ходил за продуктами.
— Ну, ты и раззява, наверное, открытую дверку оставил.
Бурцев не стал выслушивать оскорбления и ушёл в комнату. В углу сидел маленький Андрюша, и что-то рисовал, Василий посмотрел на рисунок. Там был нарисован мальчик на красном коне.