Разведена и очень опасна
Шрифт:
– Ну, хозяйка, спасибо за теплый прием. Желаем вам любви, счастья, здоровья и взаимопонимания. Колька – мужик неплохой, толковый. Ты за него держись. Сейчас он со своими проблемами разберется и станет легализованным.
– Каким?
– Легализованным. Свободным, значит, – объяснил мне старший гость.
– А сейчас он, значит, не свободный?
– Смотря от чего. Немного времени, и все будет в порядке, вот увидишь.
– Пусть делает так, как считает нужным. Если ему надо легализоваться, то я ему не помеха.
– Надеемся,
Я встала, улыбнулась ему в ответ и сама себе под нос пробурчала банальное «спасибо». Дровосек встал рядом со мной, по-хозяйски обнял за плечи и принял такой важный вид, что мне хотелось рассмеяться ему прямо в лицо, но я удержалась, прекрасно понимая, что не стоит этого делать. Наверно, эта идиллическая картина настолько зацепила здоровенных мужиков, что они тут же захлопали в ладоши и заорали дурацкое «Горько». Я слегка растерялась и пожала плечами. Но уж кто не растерялся в этой ситуации, так это дровосек. Он тут же заключил меня в свои объятия и с жадностью впился в мои губы. Поняв, что деваться некуда, я закрыла глаза, слегка разжала свои губы и создала иллюзию того, что мы страстно, отчаянно и яростно целуемся.
Мне показалось, что это длилось целую вечность. Когда это все же закончилось и гости наконец-то перестали хлопать, я потерла опухшие губы и посмотрела на дровосека глазами, полными ненависти. Когда он проводил всех гостей, я вновь потрогала опухшие губы и не могла не выразить свое возмущение:
– У меня чуть губы не отвалились! Зачем ты такое сделал?
– Что такое? – Он прикинулся дураком.
– Чуть губы мне не откусил!
– А если почувствовал страсть? – В голосе дровосека послышались издевательские нотки.
– Ничего себе страсть. Я чуть без губ не осталась.
– А я и не знал, что ты целоваться не умеешь.
Дровосек сел за противоположный край стола и закурил сигарету.
– Это я-то целоваться не умею? – опешила я от такой наглости.
– Конечно, не умеешь. В таком возрасте могла бы и научиться. Странно, что ты вообще оказалась не девственницей.
Ты что несешь? Да, у меня опыта на любовном фронте намного больше, чем у тебя. Это у тебя раз, два, и обчелся. Я с тобой толком-то и не целовалась. Мне это вовсе не нужно. Я даже рот толком не открывала и губы специально зажала. Да и как с тобой целоваться можно, если от тебя перегаром несет?!
– От меня не перегаром несет, а водкой, – поправил меня дровосек.
– Это одно и то же! Хочешь сказать, что водка не воняет?
– Нет. Она очень вкусно пахнет.
– Так вкусно, что задохнуться можно.
– Я не заметил, чтобы ты задохнулась.
– Я сдержалась с большим трудом. Я вообще не понимаю, как можно водку ведрами пить? Как вы только не посгорали. Это ж какое надо здоровье иметь?
– Я на здоровье не жалуюсь.
– До поры до времени не жалуешься.
– Ладно,
Лицо его стало серьезным и, как мне показалось, приняло суровый и даже жестокий оттенок.
– Хватит пургу нести! Я с тобой серьезно поговорить хочу.
– Наконец-то. Я этого давно ждала.
Дровосек задумчиво посмотрел на часы. Нетрудно было заметить его внутреннее нервное напряжение, которое вырывалось наружу.
– Короче, через два часа на одну из дач в том поселке приедут твои люди, – сказал он.
– Что? – Я не поверила своим ушам и расплылась в счастливой улыбке. – Что ты сказал?
Я сказал, что через пару часов на дачу приедут твои люди. Я с ними связался, – продолжал дровосек. – Тебя действительно ищут, и для них ты представляешь настоящую ценность.
– А ты сомневался?
– Если бы я сомневался, я бы не привез тебя сюда.
– Значит, я все-таки твоя заложница?
– Конечно, а кем ты еще могла для меня быть? Твои люди везут мне полмиллиона долларов.
– Сколько? – Я подумала, что он шутит.
– Полмиллиона долларов.
– Я стою намного больше! – Топнув ногой, я тут же прикусила нижнюю губу и поняла, что сморозила настоящую глупость. – Вернее, нет, все нормально!
Дровосек озадаченно почесал затылок и удивленно посмотрел на меня.
– Ты хочешь сказать, что я мало за тебя запросил? Думаешь, я останусь в прогаре? Нужно было просить миллион?
– Нет, нет! – отрицательно замотала я головой. – Это и так много, более чем достаточно. Ты попросил выше крыши. Не пойму, куда тебе столько денег?
– Денег никогда не бывает много. Их всегда бывает мало.
– Ты меня разорил! Полмиллиона долларов!!! Ты хоть представляешь, что это такое? – театрально развела я руками. – Это же совершенно чудовищная сумма. У меня нет столько денег. Попроси меньше.
Во-первых, я не прошу. – Дровосек перешел на более жесткий тон. – Я никогда ничего не прошу, потому что я не попрошайка. Я не прошу, а требую, и требую эту сумму не просто так, а за твою жизнь. Я, конечно, понимаю, что твоя жизнь стоит дороже, но я решил обойтись этой, более чем скромной суммой. А во-вторых, твои люди уже набрали эту сумму и сегодня мне ее привезут.
– Ты уверен, что они тебе ее привезут?
– Думаешь, они меня кинут? Ну, если им твоя жизнь по барабану, то может быть…
– Они ценят мою жизнь.
– Я тоже так думаю.
– Но ведь эта сумма с общака!
– Мне до этого нет дела.
– Ты хоть понимаешь, что такое общак? – моему возмущению не было предела. – Ты же грабишь общак! Можно сказать, накладываешь руку на общее дело. Ты хоть понимаешь, что тебе за это будет?
– Послушай, хватит меня пугать! Я прекрасно знаю, что такое общак. Мне совершенно наплевать, откуда взяты эти деньги – из твоего личного сейфа или из общака. Мне нужны деньги!