Разведка
Шрифт:
– Что?! Как? Какого…
БРРРРРИИИИИИННННГ! БАМ!
Над моей головой оглушительно ударил стартовый колокол, ворота распахнулись настежь, и я стрелой полетела вперед.
Мной словно выстрелили из ружья – мощные задние ноги с невероятной силой оттолкнулись от земли, и в следующее мгновение, сделав огромный скачок, я выбросила вперед передние. Я летела, словно пушечное ядро! Нет, словно ракета!
Я чувствовала, как адреналин горячей волной ударил мне в голову и разлился по жилам. Лошади слева! Лошади справа! Мы все
Я бежала. Я стрелой мчалась вперед, разом забыв об остальных лошадях. Я летела, и мне казалось, что сейчас я – единственная лошадь на всей Земле. Прямо перед собой я видела беговую дорожку, и больше мне ни до чего не было дела. Я просто хотела бежать и бежать… и чтобы так было всегда!
Я сейчас делала то, для чего была создана.
То, для чего я жила. Я чувствовала себя венцом творения, воплощением мечты многих и многих миллионов поколений лошадей. Я бежала.
А бежать для меня было так же естественно, как дышать. Именно для этого создала меня природа.
Мой жокей отчаянно дергал за поводья. Наконец я догадалась, чего он хочет, – он рассчитывал сберечь мои,силы и дыхание для решающего броска на финише.
– Забудь о том, чтобы выиграть, – буркнула я. – Победа – это не главное. Главное – это бежать!
К его чести, должна сказать, что, даже услышав это, он не вывалился из седла. И; что еще приятнее, он наконец оставил меняв покое, предоставив мне самой решать, что делать. И я сделала то, что делают все лошади: я чуть-чуть ушла в сторону.
И поворот! С силой впечатывая копыта в землю, чтобы не поскользнуться на дорожке, я ринулась вбок, ближе к выкрашенной белым изгороди, подрезав другую лошадь, скакавшую по этой дорожке. Но мне было наплевать. Ха! Я бежала! И все остальные должны были убраться с моего пути!
Вниз, к дальнему от трибун повороту. Ни звука кругом, только мое собственное шумное дыхание да оглушительный грохот… грохот… грохот десятков подков за моей спиной.
И вот он, дальний поворот! Я начала уставать. Легкие мои, казалось, готовы были разорваться. Мышцы жгло, как огнем. Я чувствовала боль всякий раз, когда мои копыта касались земли. Настало время немного сбросить скорость. Чуть-чуть передохнуть.
Я вдруг я увидела его. Того самого вороного·жеребца! Я увидела его в тот момент, когда, стрелой проскочив вперед, он внезапно оказался между мной и оградой. Но что самое страшное, он собирался обогнать меня!
– Ну, уж теперь только попробуй подставить меня, чертов болтун! – крикнул мой жокей.
Я заметила торжествующее выражение в глазах вороного. И от этого вся кровь во мне разом вскипела.
– Держись крепче, мистер Жокей! Сейчас мы его
Легко сказать! А сделать? Жеребец скакал быстро. Очень быстро. Однако у меня было то, чего не было и не могло быть у него: человеческий мозг. Видите ли, штука в том, что я знала – до финиша уже недалеко. И понимала, что пришла пора выложиться до конца. И это в то время, когда та часть моего сознания, которая принадлежала лошади, буквально молила об отдыхе!
Напружинив все свои мускулы, я одним могучим прыжком вырвалась вперед и молнией понеслась к финишу.
Я впереди! Он впереди! Я впереди! Он впереди!
Толпа на трибунах выла от восторга. Все лица перед моими глазами слились в одно, с огромным, широко раскрытым в безумном крике ртом. И многоголосый вопль неожиданно придал мне силы.
Финишная прямая!
ЩЕЛК! ЩЕЛК! Ослепительные вспышки фотокамер!
БАМ! Я пересекла линию финиша, всего на полметра обогнав своего соперника.
Я победила!
Если не ошибаюсь, это в первый раз в жизни я заняла призовое место на каких-то спортивных состязаниях. Конечно… м-м-м… в качестве лошади, но кому какое дело, верно? Победа есть победа!
Глава 17
К счастью, спасаясь бегством из конюшни, а потом бегая по всему ипподрому в поисках меня, остальные аниморфы тоже умудрились взять образцы ДНК лошадей.
И вот мы снова летим, направляясь в сторону Засушливых Земель. Дорога показалась нам долгой, куда более долгой, чем в прошлый раз. Может быть, потому, что даже на лету мы все время возвращались к одной и той же теме.
– Послушайте, все, что я имею в виду, это до чего же все это клево! – воскликнул Марко. – Превращаемся в скаковых лошадей…
– Не думаю, Марко, – буркнул Джейк.
–… а потом, используя человеческие мозги и собственную сообразительность, прикидываем, у кого больше шансов победить, ставим на него и загребаем кучу денег!
– Даже и не мечтай, Марко, – отрезала Рэчел.
– Для начала можно поставить все, что удастся сэкономить. Вот у меня, к примеру, накопилось целых двадцать долларов. И если поставить их хотя бы три к одному, представляете…
– Марко, выброси всю эту чушь из головы, ладно? – попросила я. – Ничего не выйдет.
– Мы сразу же получим, целых шестьдесят долларов! Потом ставим, их тоже три к одному в следующем заезде и огребаем сто восемьдесят зеленых! А потом тысячу шестьсот двадцать! А потом четыре тысячи восемьсот шестьдесят!
– Интересно, как это ты умудряешься умножать в уме с такой скоростью? – удивилась Рэчел. – А в школе по математике еле-еле плетешься в самом хвосте!
– Когда перемножаешь собственные деньги, все совсем по-другому! – объяснил Марко. – Совершенно по-другому!
Этот разговор, правда с небольшими вариациями, продолжался все время, пока мы летели.