Рэдволл

Джейкс Брайан

— Поторопись, Матиас. Увидимся в аббатстве, когда я доставлю туда своих подопечных.

Оставшись один, Матиас пустился бегом в лес. Напрягая усталые лапы, уже на бегу он сообразил, что ему придется пробираться в аббатство со стороны леса, поскольку главные ворота скорее всего штурмуют крысы. Выстоят ли защитники? Смогла ли Констанция организовать оборону без него? Начеку ли часовые? В безопасности ли Василика?

Терзаясь такими мыслями, Матиас пробирался через подлесок. Осмотревшись, он понял, что немного сбился с пути. По его расчетам, на северо-западе уже должны были показаться красные стены аббатства.

Неужели он заблудился?

Впереди послышался плеск ручья. Матиас вспомнил, что прошло уже немало времени с тех пор, как он последний раз ел и пил. Свернув в сторону, он пошел на шум воды и вскоре вышел к ручью.

Он лег на спускающуюся к воде глыбу красного песчаника и напился ледяной воды. На берегу росло несколько одуванчиков. Набрав нежных листьев и бутонов, Матиас лег на нагретый солнцем камень, не спеша смакуя еду и глядя вверх, в открывающееся между кронами деревьев безоблачное июньское небо.

Закрыв на мгновение глаза, он подумал о Мартине Воителе. Случалось ли ему уставать? Должно быть, случалось. Он бился с врагами тяжелым мечом, в доспехах. Где же его меч теперь? Он не мог пропасть. Легендарное оружие не ржавеет и не рассыпается в труху, иначе оно никогда бы не стало легендой…

С этими мыслями Матиас погрузился в сладкий сон.

*20*

День клонился к вечеру. Несмотря на некоторые задержки, Клуни со своим отрядом в конце концов взобрался на вяз.

Доходяга оказался толковым солдатом: подбадривая крыс, которые боялись высоты, и умело руководил подъемом доски. Клуни мысленно сделал заметку на будущее. Кандидат в офицеры. Пока, несмотря на все усилия, они все еще не поравнялись с верхним краем стены. Верхние ветви вяза оказались гибкими и недостаточно крепкими, чтобы выдержать доску. Клуни оценил положение Подниматься выше было опасно, и он скомандовал:

— Ладно, пока отдыхайте. Примоститесь где-нибудь, чтобы не упасть. Через час или два начнет смеркаться — больше тени и меньше света. Мыши к тому времени немного угомонятся, и мы застанем их врасплох Доходяга, смотри, чтобы эти парни вели себя смирно.

Доходяга лихо отсалютовал и поспешил проявить инициативу:

— Эта ветка, на которой я сижу, хозяин, — я только что проверил, она крепкая. С нее можно перебросить доску на стену, она дотянется. Придется, правда, карабкаться по доске наверх, но это не так уж трудно. Те ветки, что выше, мне не нравятся — слишком тонкие

Клуни вскарабкался повыше и, усевшись рядом с Доходягой, прошептал:

— Молодец, соображаешь. Ветка подойдет. Держись рядом со мной, Доходяга, ты хороший солдат. Мне скоро понадобится новый офицер, а вокруг одни тупицы. Ты знаешь, что означает пост офицера: больше еды, большая доля добычи. Проявишь себя — получишь повышение.

— Спасибо, хозяин. Не волнуйся, я не подведу, — ответил Доходяга.

Сидевший под ними Сырокрад, подслушавший разговор, усмехнулся про себя. «Да, хозяин. Нет, хозяин. Что угодно, хозяин?» Что этот Доходяга возомнил о себе? Если Клуни хочет продвинуть ласку в офицеры, пренебрегая своими собратьями крысами, — что ж, Краснозуб и Темнокогть этого так не оставят. Этот выскочка присоединился к армии только пару дней назад. Представься только случай — Сырокрад проучит этого Доходягу.

Аббат

Мортимер с благодарностью взглянул на небо. Наконец-то вечер. Они продержались, крысам не удалось преодолеть стену. Сражение постепенно затихало. Орда Клуни лишь изредка делала вылазки из канавы. Воспользовавшись передышкой, защитники натащили побольше камней и мусора на парапет. Василика и ее помощницы, пригибая головы, сновали по стене от поста к посту, раздавая миски с тушеными овощами, дикий виноград и маленькие ореховые хлебцы с медом.

— Какая Василика спокойная, рассудительная мышка, — сказал аббат Констанции.

Барсучиха вручила Амброзию Пике пучок стрел для раздачи лучникам и ответила:

— Да, отец настоятель, это верно. Но она как будто чем-то обеспокоена. Как вы думаете, это из-за Матиаса?

— Без сомнения, — задумчиво ответил аббат. — Этот мышонок не идет у меня из головы, так же как и у тебя.

— Не похоже на Матиаса — так исчезать. — Констанция покачала своей большой полосатой головой. — Я обыскала все аббатство, но его нигде нет.

Друзья, поблагодарив Василику и ее помощниц за принесенную еду, недоуменно смотрели, как выдра Винифред и Кротоначальник поднимают на стену детские качели.

Их смастерили когда-то на потеху малышам, и они с незапамятных времен стояли около грядки с клубникой.

Винифред и Кротоначальник установили качели на парапете. Согнувшись в три погибели, два крота волокли за ними огромный камень.

Валун установили на сиденье качелей. Затем Винифред и Кротоначальник обхватили друг друга лапами и, кивнув друг другу, прыгнули на второе сиденье.

Выброшенный катапультой камень взвился над парапетом. Мгновение спустя раздался гулкий удар, а за ним — вопли боли и ужаса из набитой крысами канавы. Винифред и Кротоначальник церемонно пожали друг другу лапы.

— Ага, сдается мне, что у наших незваных гостей разболелась головка, — усмехнулся Кротоначальник, пока остальные прятались от ответных стрел нападавших.

Битва вспыхнула с новой силой.

Мыши-лучники пускали в канаву стрелы, выдры-пращники без устали метали камни, а снизу в них летели длинные копья крыс. Появилась еще и новая опасность. Какие-то изобретательные крысы придумали смертоносное оружие: куски железа от могильных оград с церковного двора, привязанные к бечевкам. Раскручивая железяку на бечевке, крысы метали их на стену. Снаряды со зловещим свистом падали с высоты на парапет. Попав в кого-нибудь, такой снаряд мгновенно убивал или калечил, а когда попадал в стену, кругом разлетались острые осколки камня.

Осознав всю опасность этих снарядов, Констанция приказала большинству защитников покинуть стены. Однако вскоре оказалось, что новое оружие крыс было обоюдоострым.

Констанция бесстрашно стояла на парапете вместе с отрядом отборных воинов. Если кусок железа падал на кучу мусора, она подбирала его и, встав во весь рост, раскручивала снаряд в воздухе и посылала его обратно в канаву. Констанция метала намного сильнее и точнее любой крысы.

Сидя в ветвях вяза у северной стены аббатства, Клуни следил за удлиняющимися тенями. На западе небо окрасилось пурпуром заката. Скоро они перекинут доску на парапет, и тогда пусть эти жалкие мыши пеняют на себя' Им не устоять против мощи Клуни Хлыста