Рэдволл
Шрифт:
Спускаться со стены по веревке оказалось не так уж и трудно. Вскоре Матиас бесшумно скользнул в заросли папоротника. Он повторял про себя, что ему обязательно надо пробраться через лес к церкви святого Ниниана, узнать, где хранится кусок гобелена с Мартином, затем как-то отвлечь внимание противника, в суматохе забрать гобелен и бежать в Рэдволл.
*16*
В лагере Клуни Хлыста крысы готовились к штурму аббатства. Одни точили кинжалы о камни фундамента церкви, другие, под наблюдением
Клуни, словно какой-нибудь восточный царек, важно восседал на церковных хорах. Одной лапой он держал свой грозный хвост, другой — боевой штандарт с хорьковым черепом, украшенный теперь изображением Мартина Воителя. Оруженосец облачал вожака в боевые доспехи.
У ног Клуни стояли крепко связанные веревками Полевкинсы. Он щелкнул хвостом и оскалился:
— Посмотрите на меня, вы, жалкие твари. Я — неустрашимый воин Клуни Хлыст! Скоро все будут ползать передо мной на коленях.
Авраам Полевкинс смело посмотрел в глаза Клуни:
— Ты просто грязная корабельная крыса…
— Заткнись! — рявкнул Клуни. — Придержи язык, или я займусь тобой и твоим семейством прямо сейчас, не дожидаясь, пока моя армия возьмет ваше аббатство. Видишь мое новое знамя? Это Мартин Воитель — тот самый, что должен был защищать дряхлого аббата и толпу его безмозглых мышей. Теперь Мартин со мной — ему больше подобает быть впереди настоящих воинов. И он приведет нас к победе. — Сверкая единственным глазом, Клуни распалялся все больше. — Разорение и смерть ждут всех, кто осмелится встать у Клуни на пути. В живых останутся только те, кто сгодится мне в рабы.
Миссис Полевкинс попыталась встать, но Грязнонос и Черноклык швырнули ее обратно на пол. Она бесстрашно прокричала:
— Никогда тебе не подчинить Рэдволл! Добро победит зло, вот увидишь! Пусть мы связаны, но дух наш свободен.
Щелк!
Клуни взмахнул своим длинным хвостом, и семья Полевкинсов покатилась по полу. Хвост вновь взвился в воздух — мистер Полевкинс прикрыл жену и детей своим телом.
— Трогательная речь, миссис мышка, но ты меня не поняла. Я не собираюсь подчинять дух Рэдволла, я хочу его убить! Эй, вы, уберите с глаз моих этих пискунов. Заприте их в хижину за церковью. Пусть поразмышляют о том, что я с ними сделаю, когда вернусь.
В церковь вошел Краснозуб и отсалютовал Клуни'
— Армия готова к бою, хозяин.
Оруженосец водрузил на голову Клуни шлем. Тот опустил забрало, затем пинком отбросил в сторону оруженосца, уже надевшего на его хвост отравленный шип.
Выйдя во двор, Клуни взобрался на покосившийся столб. Своим единственным, сверкающим злобой глазом он оглядел могучую армию: черные крысы, коричневые крысы, серые крысы, пегие крысы, ловкие ласки, вороватые горностаи и юркие хорьки — все выстроились перед ним. Их мокрое от дождя оружие холодно поблескивало Клуни что есть мочи заорал:
— Куда идет Клуни?
— На Рэдволл, на Рэдволл! — грянула банда в ответ.
— Закон
— Убей, убей, убей!
— Кто победит?
— Клуни, Клуни, Клуни Хлыст!
Прыгнув со столба в гущу солдат, Клуни высоко поднял знамя. С громкими криками банда устремилась по дороге к аббатству.
*17*
Рваноух безнадежно заблудился. Думать самостоятельно, без приказов Клуни, он не умел. Поняв, что бежит не в ту сторону, он встал как вкопанный, но напуганный внезапным криком птицы, сломя голову бросился в Лес Цветущих Мхов и бежал всю ночь не разбирая дороги. Только когда забрезжил бледный рассвет, он остановился и сел под кустом. Усталый и насквозь промокший, удрученный случившимся, он свернулся мокрым облезлым комком и заснул.
Проснулся он только поздним утром от чьих-то шагов. Открыв глаза и увидев шагавшего мимо Матиаса, он мысленно поздравил себя. Вот это удача — мышонок! О, Рваноух возьмет его в плен и доставит к Клуни. Так он покроет себя славой, а хозяин, возможно, забудет о его позорном бегстве.
Матиас незаметно оглянулся. За ним, неумело прячась в траве, кралась толстая неповоротливая крыса. Враг выглядел довольно жалко. Матиас спокойно двинулся дальше — он был уверен, что справится с таким противником…
Хрустя сучьями, Рваноух неуклюже перебегал от дерева к дереву и, глядя на мышонка, представлял себе будущий разговор с Клуни.
Бац!
Длинная упругая ветка лиственницы распрямилась и с силой ударила Рваноуха по лбу. Он тотчас упал без чувств.
Потирая лапы, Матиас вышел из засады. Пришлось попотеть, оттягивая ветку! Размотав веревку, он привязал Рваноуха к стволу толстого дуба. Ждать, пока крыса придет в себя, было некогда: Матиасу предстоял дальний путь, и, сделав дело, он, не теряя ни секунды, побежал дальше.
Днем дождь прекратился, и жаркое июньское солнце, как бы извиняясь за долгое отсутствие, затопило лес ярким светом. От мокрой земли поднимались облака пара, отсвечивая золотом в пробивающихся сквозь листву косых лучах.
Солнце отогрело Матиаса, он почувствовал прилив сил. Напевая вполголоса, он бежал сломя голову и чуть не выскочил из-под защиты леса на открытый луг, но вовремя остановился. Перед ним лежал заросший бурьяном пустырь, что некогда принадлежал церкви святого Ниниана.
Притаившись на опушке леса, Матиас видел заднюю стену церкви — ее охраняло около дюжины крыс. Задумавшись, Матиас сказал вслух:
— Гм, однако небольшие трудности.
— Да, трудности, небольшие трудности, — ответил ему незнакомый голос. — Хорошо, что они пока не переросли в большие.
Матиас вскрикнул от неожиданности и огляделся по сторонам, пытаясь понять, откуда раздался голос. Но вокруг никого не было. Набравшись храбрости, Матиас приосанился и крикнул:
— Сейчас же выйди и покажись!
— Покажись! Сколько ж тебе нужно глаз, а? Слепой ты, что ли?
Матиас прищурился и всмотрелся в траву перед собой… Никого.