Реформатор
Шрифт:
– Рабы побегут в Раниг, – тут же ответил тот.
– Правильно! А я их не стану выдавать.
– Почему не станешь? – не понял Гношт.
– Потому что у него рабства нет, – пояснил своему союзнику Раст. – Для него они ни в чем не виновны.
– Именно, – улыбнулся Михаил.
Два других короля смотрели на его улыбку так, словно это был оскал акулы, которую они ненароком повстречали во время купания в мутной океанской воде.
– Я готов пойти даже дальше и не ограничиваться только дружескими советами, – продолжал Нерман. – У вас будут кое-какие проблемы с экономикой, с дворянством, возможно, с тем же
– Что твое величество имеет в виду? – прищурил глаза Раст.
– Союз. Конечно, союз. Наших трех королевств против угроз изнутри и снаружи.
– Э нет, – сразу же отказался король Кманта. – Первый удар империи Фегрид будет нацелен на Раниг. Это у тебя с ними сложные отношения, а у нас – нормальные. После твоих немыслимых требований Томолу и Кманту нет никакого резона защищать Раниг. Так что вернемся к обсуждению территориальных претензий.
– Ну как угодно, – развел руками Михаил. – Я же хотел как лучше для вас. У вас ведь большие потери в ишибах.
Торг, именуемый переговорами, продолжался целый день. Стороны спорили до хрипоты, ужасно устали, но к вечеру выработали образец соглашения. По нему Раниг получал контроль над двумя провинциями Томола и двумя – Кманта, включая выход к морю. Плюс – договор об обоюдной выдаче мятежников. Но в свою очередь король Нерман обязался поставить по две сотни амулетов Террота каждой из стран после того, как его знамена поднимутся над приобретенными городами. Без последнего нельзя было обойтись: оба короля на определенном этапе переговоров удивительно заупрямились, – пришлось пообещать им «пряник».
Возможно, и Гношт и Раст спорили бы еще дольше, но их утешала мысль о том, что все потери могут оказаться лишь временными. Империя Фегрид грозной тенью нависла над Ранигом и лично королем Нерманом. Только слепой мог не заметить, куда идут дела. Шпионы Кманта и Томола, находящиеся в Фегриде, сообщали, что у южной границы империи происходят непонятные перемещения войск. Возможно, его величество император Мукант загодя готовит удар.
После трудных переговоров Нерман не пошел отдыхать, а направился к принцессе Анелии, сестре короля эльфов. В последнее время он посещал ее очень часто. Улучал любую минутку, чтобы зайти к ней. Иногда они даже не приближались друг к другу, когда Михаил слишком уж спешил. Он просто открывал дверь, махал ей рукой, говорил что-то и исчезал. Принцесса благосклонно воспринимала эти знаки внимания, несмотря на то что в ее голове царил хаос. Ей было очень трудно выработать правильную стратегию действий в этих условиях. С одной стороны, для нее абсолютным приоритетом обладали нужды эльфов, с другой – Нерман как-то незаметно стал дорог для нее. Она даже не видела границ своих симпатий к королю и изо всех сил пыталась понять, как нужно действовать, чтобы одновременно угодить и чувствам, и долгу.
На этот раз король подошел к дверям дома, в котором поселили принцессу, и тихо постучал. Было уже поздно, Анелия могла спать, поэтому такой стук не разбудил бы ее. Михаил принципиально не пользовался щупом, чтобы определить, что делает принцесса. Подсматривать за своей невестой он считал не подобающим королю, не совсем благородным занятием.
– Входи, – раздался знакомый голос. Анелия не спала и сразу же поняла, кто ее хочет видеть.
Он толкнул дверь и вошел
– Приветствую, твое высочество, – улыбнулся король, подходя к невесте. – Все получилось. Они согласились. Теперь дело в шляпе.
– В чем дело? – не поняла Анелия.
– В шляпе… Впрочем, не столь важно. Так говорят в другом месте. Просто перевел автоматически. Нам отдают четыре провинции, включая Иктерн. Чувствую, скоро придется строить флот.
Ее высочество совершенно не поняла первой части фразы, а вот вторая пришлась ей по душе.
– А много ли в новых землях лесов? – спросила она.
Ее вопрос был очень важен для эльфов мужского пола. Каждый из них должен обладать своим араином – определенным участком леса. От размеров этого участка зависело не только эмоциональное состояние эльфа, но и здоровье, а также способность к воспроизводству.
– Достаточно, – ответил Михаил. – Провинция Нертенк, которая отходит к нам от Томола, почти целиком состоит из лесов.
Король остановился от принцессы в двух шагах. Она подошла еще ближе и стала гладить его рукой по груди.
– И ты позволишь эльфам там поселиться?
– Конечно. Мы ведь договорились об этом, твое высочество.
– Но кому они тогда будут принадлежать? Тебе или моему брату? Чьими будут подданными?
Вопрос был очень важен, но не застал Михаила врасплох. Он уже имел кое-какие идеи на этот счет.
– И теми, и теми. Я потом объясню более подробно, – сказал король, заключая принцессу в объятия. – Поверь, твой брат не будет в обиде.
Прежде у них было очень мало времени на личные отношения. Какие-то дела постоянно отвлекали Михаила. Теперь же он надеялся, что все позади. Договор начерно заключен, обещания получены, военные действия против Томола и Кманта не ведутся, что может возникнуть еще срочное? Похоже, что ничего.
Король ошибался в своих предположениях. На этот раз он провел у принцессы всего около четверти часа, как в дверь забарабанили. Щуп помог определить, что за дверью находится ишиб королевской охраны Тунрат.
– Это опять к тебе? – удивилась принцесса, поднимаясь с кровати и набрасывая на себя один из своих халатов, в изобилии висевших поблизости. Несмотря на то что Анелия принадлежала к категории тех, кто любит принимать участие в военных действиях, она не изменяла женским привычкам и возила с собой обширный гардероб. Если ситуация позволяла, конечно.
– Мне самому интересно, что на этот раз у них произошло, – пробурчал король. Ему было жаль, что он больше не может любоваться обнаженным телом Анелии. – Нет ни минуты покоя!
Однако он понимал, что сетовать на отсутствие покоя не следует: Михаил сам выбрал свою судьбу, когда объявил себя наследным принцем. Ему было известно, что хороший правитель не имеет права на отдых. Особенно в условиях абсолютной монархии. Король надеялся на то, что, когда все успокоится, большую часть задач можно будет переложить на плечи канцлера и советников.