Реформатор
Шрифт:
— Но зачем строить совершенно бессмысленную плотину?! — воскликнул Меррет.
Михаил на этот раз промолчал. Он начал догадываться.
— Суть как раз в бессмысленности, твое величество, — пояснил Комен, — Если кому-то объяснить смысл работы, то он ее сделает, конечно. Но сделает, понимая. Возможно, он будет дисциплинированной личностью, а возможно, что и нет. А вот если некто скрупулезно выполняет работу, значение которой не понимает, то о нем можно сказать так: он точно дисциплинирован.
Меррет только покачал
— Сегодня я отправлюсь в Сцепру, — сказал Михаил, — Вернусь завтра. Мой визит туда нужно хранить в тайне.
— Хорошо, твое величество, — ответил Комен. Он считал, что догадывается о цели визита. Инкит — вот в чем причина. Ему даже в голову не приходила мысль, что эта догадка была не совсем верной. А король не собирался никого переубеждать, — Когда твое величество отправляется?
— Как можно быстрее. Желательно прямо сейчас. Но вряд ли получится. В толпе в тронном зале я видел Цренала, Верховного жреца Оззена. Не думал, что он явится, несмотря на приглашение. Но если уж явился, то неспроста.
Предчувствия не подвели короля. Верховный жрец искал встречи с ним. Они вообще виделись редко. Цренал недолюбливал владыку Ранига за то, что тот открыто угрожал ему. А Михаил отказывался понимать жреца, считая, что с тем очень трудно разговаривать нормально. Поэтому оба долгое время старательно делали вид, что друг друга не существует.
Вернувшись в свой кабинет, король получил уведомление от ишиба Тунрата, что Верховный жрец настаивает на немедленной встрече. Не принять того было нельзя. Духовная власть — это все же власть. С ней следовало считаться.
— Пусть заходит, — вздохнул король.
Цренал не заставил себя ждать. Он явился один, без привычной свиты, состоящей из одетых в разноцветные одежды жрецов-ишибов. Король не стал проявлять радушие, а сухо кивнул в ответ на приветствие и предложил сесть.
Верховный жрец никак не проявил своего недовольства таким приемом. Короля он принял бы точно так же, вздумай тот прийти к нему.
— Твое величество, — Цренал сначала удобно уселся в одно из кресел, а уже потом начал свою речь, — Меня привели к тебе два дела. В одном из них заинтересован я, а в другом — ты.
— Я слушаю, Верховный жрец, — Михаил говорил совершенно бесстрастно.
— Ходят слухи, что твое величество собирается жениться.
— Это не слухи, это — факт.
— На эльфийской принцессе.
— Да. Именно так.
— А она верит в Оззена?
— Понятия не имею, — честно признался король, — Никогда с ней не говорил об этом. Если хочешь, спроси сам.
— Когда же свадьба?
— Пока что не знаю. Тебе должно быть известно, что у нас сейчас проблемы с Фегридом. Если они разрешатся благоприятно, то свадьба будет как можно скорее.
Михаил понимал, куда клонит жрец. Брак короля
— Хорошо, твое величество. Разумеется, я не буду возражать касательно свадьбы. Понимаю, что она направлена на укрепление государства.
Король мгновенно насторожился. Он уже немного знал Цренала. Если тот шел на уступки даже без всяких просьб, то это должно что-то означать. Как показало дальнейшее, жрец не разочаровал в подозрениях.
— Твое величество, я с большой радостью узнал о том, что Раниг получает четыре дополнительных провинции, а также о том, что теперь мы все будем жить в другом государстве. В фактически империи.
— Империя — сильно сказано, — ответил Михаил, — Но территория значительно расширится. Это так.
— И название государства приятное на слух. Круант. Твое величество обладает хорошим вкусом.
Настороженность короля сменилась убежденностью. Если жрец его хвалит, значит, сейчас будет что-то просить. Возможно, очень существенное.
— Твое величество наверняка понимает, что установление власти на новых землях — дело непростое.
— Да, непростое, — согласился с очевидным король.
— Поэтому я решился предложить свою помощь. Конечно, это нужно прежде всего Оззену, но и светская власть от этого только выиграет.
— Какую помощь? — осторожно спросил Михаил.
— Мои жрецы должны войти в новые провинции в числе первых, твое величество. Верные слуги Оззена способны быстро навести порядок и утихомирить смуты. Действуя лишь словом, конечно.
— Первой войдет армия, — уточнил король, — А потом уже — твои жрецы, да и вообще кто угодно. Я ничего не имею против.
— Благодарю, твое величество. Но хочу заметить, что в новых провинциях процветают культы либо Неурала, либо Исианды.
— Да. В этом нет ничего удивительного. Неурал занимает ведущее положение на территории Томола, а Исианда — Кманта. А новые провинции отошли к нам от них.
— Поэтому я просил бы твое величество несколько… потеснить их жрецов.
— Потеснить?
— Изгнать.
Суть просьбы Цренала стала совершенно ясна. Ему нужны были верующие. И он предлагал с помощью силы освободить для Оззена место в людских душах. Михаил не спешил отказываться. Предложение имело смысл, но таило в себе потенциальные проблемы. В число явных плюсов входила поддержка церкви, а также единобожие на территории страны. Единая страна — единый бог. Это сильно укрепляет государственность. К минусам относились возможные волнения народа и недовольство соседей. Хорошо еще, что Верховный жрец не предлагал убить оппонентов. Или сжечь. Впрочем, король Ранига предполагал, что до этого рано или поздно дойдет.