Реформатор
Шрифт:
– Приветствую, – сказал король, подойдя прямо к стойке, – Есть ли приличная еда?
Аунет помедлил, подумал о чем-то, а потом просто сказал:
– Приличной нет, мой повар обычно готовит из объедков. И вина приличного нет тоже, все давно разбавлено.
Брови посетителя удивленно взметнулись вверх. Таких признаний от представителей общепита он еще не слышал.
– Тут что, очень нетребовательная публика?
– Нетребовательная, – так же правдиво ответил Аунет, – У бедных все равно нет денег на хорошую
Михаил покачал головой.
– Это нехорошо, что еда такая, – заметил он, – Люди ведь и отравиться могут. Очень рекомендую тебе готовить все же из свежих продуктов.
– Как пожелает господин, – учтиво поклонился трактирщик.
Король нахмурился. Он не мог понять, говорит ли собеседник всерьез, издевается или просто дает пустые обещания.
– Я ведь могу и проверить, когда приду сюда еще раз.
– Не стоит проверять, господин. Начиная с сегодняшнего дня я буду стараться готовить нормальную еду, – снова поклонился трактирщик, – Даже если это повлияет на цены.
Михаил удивился такой покладистости.
– Ты меня узнал, да?
– Нет, не узнал, – сказал трактирщик, – И даже не хочу узнавать. То есть хочу, конечно, но не сейчас. А то мне как-то неспокойно.
Тот хмыкнул и подумал о том, что в этом районе достаточно много интересных людей. Он не мог понять, говорит трактирщик всерьез или так шутит. Его фразы звучали слишком уж по-детски.
– Не узнал, но все сделаешь, как обещал совершенно незнакомому человеку? – уточнил король.
– Все сделаю, – очередной поклон был ответом.
– А что, здесь много преступников бывает, в твоем трактире?
– Бывает много, – ответил Аунет, – Но сейчас никого нет. Идет странная облава, все попрятались.
– Ну хорошо, – сказал Михаил, – Когда они снова появятся, передай им всем, чтобы убирались из моего города. А лучше – и из страны. Пусть переселяются к соседям. А еще лучше – в Фегрид, подальше.
– Непременно передам, господин, – поклонился трактирщик.
И потом еще несколько раз кланялся, пока странный посетитель со своими ишибами шел к выходу.
У Аунета была одна черта, которая позволяла ему выживать в самых разных условиях. Этой чертой являлась потрясающая интуиция. И вот, когда только он увидел странную троицу, входящую в его трактир, интуиция шепнула ему: 'От этого человека в простом камзоле зависит все'. Аунет не стал с ней спорить. Он не имел такой привычки. Потому и был жив до сих пор.
Когда король вернулся во дворец после коменовской кампании, была глубокая ночь. Несмотря на это, ишибы Антек и Реген ждали его, помня о том, что именно сегодня им предстоит сделать выбор. А точнее, сказать об уже сделанном выборе королю.
– Тяжелый вечер, твое величество? –
– Тяжеловат, – ответил король, – Но когда разгребем все завалы, оставшиеся после правления Миэльса, то сразу же станет легче.
Ишибы согласно кивнули.
– Ну что, вы решили, кто будет начальником охраны, а кто – тайным послом?
Реген, вопреки обыкновению, замер неподвижно на несколько секунд. Его руки перестали двигаться. Он посмотрел прямо на своего короля и ответил:
– Мы думаем, что для должности тайного посла я подхожу больше.
Ну что же, для Михаила это решение не явилось неожиданностью. Его первоначальное впечатление о двух ишибах было полностью верным. Ни Антек ни Реген не преподнесли никаких сюрпризов. Король мог считать, что теперь-то уже знает их в достаточной мере.
– Антек, принимай командование над всей охраной, – сказал он, – Не забудь поговорить с Пеннером, моим дворецким. До сих пор именно он решал, куда помещать охрану. Вообще же, сотрудничай с ним. Он очень хорошо относится к своим обязанностям. Есть ли вопросы?
– Пока нет, твое величество, – поклонился Антек.
– Хорошо. Реген, следуй за мной.
И Михаил проследовал в свой приемный кабинет. Вообще же, ему очень хотелось спать, но он не мог не закончить два важных дела. Во-первых, следовало дать первые инструкции своему тайному послу, а во-вторых, он считал себя обязанным как-то загладить обиду Инкит. Хотя он и не считал ее правой, а ее выводы – логически обоснованными, но тот факт, что она обиделась, делали все это неважным. Михаил рассуждал очень просто: девушка обиделась, а он – нет. Значит, ему нужно делать первые шаги к примирению.
Когда Реген закрыл входную дверь, Михаил уже успел дойти до темного окна. И задумчиво смотрел на город, который был совершенно не освещен. Но освещенный или нет, это был уже его город. Михаил чувствовал всю полноту ответственности за него и его жителей. Он даже подумал, что, возможно, его стремление к безопасности не стоило такой ответственности. Но сделанного не воротишь. Назвавшись принцем Нерманом, он предопределил свой путь на долгие годы.
– Скажи-ка, Реген, – начал король, все еще вглядываясь во тьму окна, – Ты знаешь, что война с Томолом и Кмантом неизбежна?
– Да, твое величество. Я могу назвать причины…
– Достаточно, что ты знаешь, – мягко перебил его Михаил, – О причинах мы можем поговорить позже. Но известно ли тебе, кто в данный момент может быть нашим естественным союзником?
Реген задумался. Он сначала нахмурил брови, потом поднял их вверх. Его лицо тоже было все время в движении.
– Нет, твое величество, – ответил он, – Предполагаю, что это – не Фегрид. Потому что у них тоже есть рабы и нет амулетов, подобных нашим…