Рекрут

Никин Сим

И вот прошла неделя в наблюдениях за странными действиями врагов. В бессильной злобе наблюдали солдаты за тем, как их соотечественники гнут спины под турецкими плетками. Окончательно выбившимся из сил тут же отрубали головы, оттаскивали к отвалам у лесистого склона и засыпали вскрышным грунтом. Число погибших уже исчислялось десятками. Но на их место постоянно пригоняли новых крестьян или пленных солдат.

Ничего мы так не углядим. Надо языка брать, Григорий Антипыч.

Много ты от того языка узнал, что неделю назад заломали? Али, пока тут сидишь, потурецки разуметь научился?

Солдат промолчал, но было понятно, что ему до смерти надоело бездействовать, наблюдая за страданиями русских людей.

Да

и ежели у них кто пропадет, они ж шерстить начнут округу. А ну, наткнутся на нашу пещеру, что тогда? будто бы оправдывался перед ним старшина. Если кого и брать, то из тех, что с нашими людьми общается. Онито порусски разумеют, вот их и надо примечать.

Не видел я таких, вздохнул Михаил. Сколько смотрю, общаются с нашим людом только плетьми да карканьем своим бусурманским.

А тот павлин европейский? вспомнил Григорий длинного человека, изредка появляющегося на склоне. Он вроде чтото объяснял людям, когда только начинали копать.

Ды как же его взятьто? почесал затылок солдат. Это ж надо к ним в лагерь пробираться. В наш лесокто щас турки даже по нужде не ходят. Не желают пачкаться, перебираясь через меловые насыпи.

Надо будет, и в басурманский лагерь проберемся, чай мундиры ихние не зря раздобыли, ответил старшина, понимая всю авантюристичность идеи. Главное, точно знать, зачем пробираться. Ты давай иди пожуй малость да покемарь. А я пока тут присмотрю.

Отправив солдата, Григорий задумался. Его так же, как и Михаила раздражало их пассивное наблюдение. И ладно бы толк был какой. А то ведь за неделю ничегошеньки не выяснили. Куда этот мел турки вывозят? Зачем? А может, и не мел им нужен, а здесь чтото строить собираются? Ишь как ровно заставляют склон вытесывать. Вот какая стена меловая образовалась. Будто обрыв над рекой, только ласточкиных нор не хватает. И все же, надо будет отправлять когото, чтобы отыскал нашу армию да доложил о здешних странных делах. И получается, что кроме Михаила и некого. В конце концов решил старшина отправить вместе с бывалым солдатом и половину новобранцев. Здесь от них толку никакого. Оставить тех, что посообразительнее, а остальных пусть уводит.

* * *

Наконецто у попаданца появилось время для того, чтобы осмыслить все произошедшее с ним. После того как, активно откалывая штыками грунт у ствола оскорины, солдаты освободили его из подземного плена, старшина подробно расспросил о меловом туннеле. Обдумав услышанное, Григорий отдал солдатам какието распоряжения, а сам двинулся указанным Денисом путем. Но выбившийся из сил первопроходец уже ничего не слышал. Разморенный теплым вечерним воздухом, заснул так крепко, что не чуял даже, как его ворочает Нифон, осматривающий и обрабатывающий раны. Проснулся лишь утром, перед самым возвращением старшины. Неловко повернувшись, тут же ойкнул, вспомнив про ушибленные ребра. Снова понадобилась помощь Нифона. Тот распустил уже изодранные джинсы на полосы и крепко перетянул парню грудь.

В течение следующих дней Денису приходилось несколько раз перемещаться по подземному туннелю, сменяя наблюдателей за раскопками в логу. Изза травмы ребер он не мог забираться на оскорину, потому не допускался наблюдать за городом и караулить подступы к входу в пещеру на берегу.

Во время вахт на лесистом склоне балки попаданец несколько раз мысленно прокрутил все, что удалось узнать об этом мире. Получалось, что он находится не в прошлом того мира, в котором жил, а в совершенно другой реальности. Никогда не любил читать фантастику про всякие параллельные миры, и вот, надо же, угораздило...

Так как появилось много досужего времени, солдаты начали более подробно знакомиться друг с другом. Естественно, основной интерес вызывал столь непонятный Денис. Понемногу, пытаясь выкручиваться с ответами на вопросы, он придумал

болееменее правдоподобную легенду о себе. По крайней мере, никто не высказывал сомнений, выслушивая его ответы, и не обвинял его во лжи. Легенда была такова: родом Денис из русского поселения на далекой реке Амур, протекающей практически на другом конце света. Однажды, решив посмотреть мир, он отправился в путь с проезжающим через их городок обозом. Обоз якобы вез какието товары в Москву. О подробностях пути рассказчик старался не распространяться, боясь забыть, о чем говорил, и запутаться. Ссылался на то, что в дороге пристрастился к хмельному зелью и практически ничего не помнит. Это известие вызвало дружное порицание, но списало многие вопросы. Непонимание того, как он оказался в этих краях, тоже списал на зеленого змия. Мол, вероятно, обозники выкинули его по причине полного опустошения кошелька. А зачем обоз завернул в эти края, так кто ж их знает? Спроситьто теперь не у кого. В общем, надолго ли, нет ли, но пока коекак отделался от расспросов.

Зато теперь можно было расспрашивать о местных реалиях, оправдывая свое незнание проживанием на другом краю земли. К сожалению, многого от бывших крестьян узнать не удалось. Ну не существовало в этом мире СМИ, а откуда еще деревенский житель мог узнать о том, что творится в мире? Естественно, только из долетавших слухов. Болееменее продвинутым в интересующих Дениса вопросах оказался Михаил. Это объяснялось тем, что он дольше всех служил в армии, даже дольше старшины, и успел много чего повидать и услышать. От него и были получены основные сведения.

Вот все, что удалось узнать. Никаких Петров Первых с его Петербургами и Екатеринами здесь не было и не планировалось быть. Однако Иван Грозный, похоже, правил и в этом мире, ибо существуют населенные пункты, такие как Старый Оскол и Валуйки, которые, как было известно Денису, основывались по указу именно этого монарха. Существует и Воронеж, построенный, вроде бы, по указу Михаила Федоровича. Парень был слаб в истории, но будучи родом из этих мест, все же коечто знал. Ныне же правит Российской Империей Императрица Ольга Федоровна. Правит строго, но народом весьма уважаема. Почитает она российские традиции и не принимает многое, шедшее из Европы или других заграниц. В частности, издала указ о смертной казни тех, кто будет замечен в курении непотребного зелья, именуемого табаком. Связанный с этим указом случай и послужил поводом для войны с Европой. Собственно, Европейский Союз давно точил зуб на российские богатства. Нужен был лишь весомый повод. И повод нашелся. Прибывший с дипломатической миссией очень известный европейский вельможа Иоганн фон Лихтенштейн соизволил явиться на прием к императрице в легком подпитии, да еще и закурил в ее присутствии трубку. Взбешенная таким отношением к собственной особе Ольга приказала немедленно казнить наглеца. Приговор был приведен в исполнение незамедлительно. Как и что европейские лидеры предъявляли Российской Императрице, никому из собеседников Дениса, естественно, неведомо, однако итог известен война.

Что удалось выяснить о Европе. Все европейские земли, находящиеся за границей России, долгое время входили в состав Священной Римской Империи. Когда и как долго существовала эта империя неизвестно, удалось выяснить только, что при рождении рассказчиков уже существовал Европейский Союз Королевств, не имеющий общего императора, но и не пожелавший распадаться на отдельные государства, подобно неким пятнадцати "братским" республикам из Денисовой реальности.Избавившись от имперской зависимости, Союз сохранил ее амбиции и стремления. Многие европейские государства и ранее пытались завоевывать российские земли, а будучи в крепком союзе, многократно умножившем их военную мощь, они просто сгорали от нетерпения скорее осуществить многовековую мечту.