Реши это
Шрифт:
– Можно одолжить?
– Нет, чувак, я... охренеть, – вздохнул Таннер, и все люди одновременно достали свои телефоны. – Ник Мэдисон?
Я понятия не имел, почему он так сказал, ведь большинство людей на вечеринке были знамениты. Больше были, чем не были. Оставалось только гадать, почему он специально хочет привлечь внимание к Нику.
Ник одарил их улыбкой, которая красовалась повсюду. В конце концов, он был великим; он выступал на стадионе «Уэмбли» в свой двадцать первый день рождения, распродал все билеты, а затем повторил это во второй вечер.
– Может, я потом со всеми сфотографируюсь, а пока можно просто поиграть?
Многие улыбались и кивали, а некоторые даже отложили телефоны, когда он повернулся и пошел обратно ко мне, побрякивая гитарой.
– Дай угадаю, что есть в коллекции твоей матери.
Я покачал головой.
Он игриво приподнял брови.
– Логгинс и Мессина?
– Конечно, – сказал я, усмехаясь.
– Джеймс Тейлор?
– Естественно.
– Ну что ж, посмотрим, – размышлял он, набивая руку и размышляя, когда я услышал аккорды, которые я знал, потому что моя мама играла те же песни всю мою жизнь.
– Сыграй что-нибудь свое, – сказал я, и все зааплодировали.
Он издал звук, как будто задумался, а потом покачал головой.
– Для мамы, – сказал он, прежде чем начать первые аккорды «Что-то в том, как она двигается». Я как-то забыл, что оригинальная версия Джеймса Тейлора всегда была моей любимой.
Боже, это было прекрасно. В его голосе была боль, мягкость и глубина, которые я чувствовал внутри, держась за сердце. Когда он исполнил «Каролина в моих мыслях», у меня встал комок в горле, и мне пришлось отвести от него взгляд.
Когда он закончил, раздались аплодисменты, и он постучал кроссовком по подошве моего ботинка, чтобы привлечь мое внимание. Подняв глаза, я уставился на него, и улыбка, которую я получил в ответ, была дикой и прекрасной, совершенно неконтролируемой.
Он пел «Смотреть, как течет река», и когда люди присоединялись, он поощрял их, пока вокруг него не стало собираться все больше и больше людей. Когда хозяин вечеринки Стиг Маллой спустился со своей гитарой и еще одной для Ника, чтобы тот мог вернуть гитару Таннера, все трое мужчин заиграли вместе, но только хиты семидесятых, как требовал Ник.
Тогда люди снимали видео, и любому было очевидно, что Таннер Уорд - никто, скорее всего, друг друга, который использовал приглашение на вечеринку как импровизированное прослушивание. Скорее всего, именно поэтому он и играл, надеясь, что Стиг, возглавлявший группу «Random Horde» и выпускавший группы на своем лейбле «Salvage Records», увидит его. Бедняга, он был в восторге от встречи с Ником, но едва поспевал за ними. Стиг не удостоил его и взглядом, полностью поглощенный игрой с Ником, который, судя по улыбке на его лице, отлично проводил время. Вдвоем они были великолепны, по очереди пели, а потом к ним присоединились еще несколько друзей Стига - один с банджо, другой с укулеле. Когда все четверо мужчин слаженно исполнили песню «Беспомощно надеясь»,
Они спели еще несколько песен, а потом кто-то выкрикнул «Оползень», и все, вся толпа, громко присоединилась к ним, а когда все закончилось и раздались аплодисменты, Ник и Стиг взяли в руки свои гитары. После того как толпа развлекалась более часа, настало время перерыва, и люди сразу же бросились к Нику и Стигу, но это было дружелюбно. Когда я подошел, то услышал, как Стиг говорит Нику, что живая сессия с друзьями была бы отличной идеей. У него было несколько концертов, как только «Random Horde» снова начнут гастролировать, и он был бы рад, если бы Ник встретился с ними в любом городе, где он захочет.
– Ты не боишься, что я буду ненадежен, ведь я работаю над тем, чтобы стать чистым?
Стиг покачал головой и усмехнулся, давая понять Нику, что это не проблема.
– Ты отлично выглядишь, лучше всех за последнее время, и если тебе интересно работать не в своей тарелке, мы могли бы многого добиться вместе.
– Ты шутишь?
Стиг захихикал.
– Где ты прятал энциклопедические знания обо всем, что близко и дорого моему сердцу, парень? В следующий раз ты скажешь мне, что знаешь Нэшвилл.
Он пожал плечами.
– В конце концов, я вырос в Кентукки.
Стиг покачал головой и похлопал Ника по плечу.
– Покажи нам свой свет, Ники, мы все ждем.
Ник поднял руки, Стиг шагнул к нему и крепко обнял, а потом они разошлись, и Стиг подошел ко мне, протягивая руку.
– Стиг Маллой, – сказал он, когда мы пожали друг другу руки.
– Да, я знаю, – ответил я, немного ошеломленный. – Я большой поклонник.
Он кивнул.
– Продолжай заботиться о нем. Он отлично выглядит.
– О нет, – возразил я, желая убедиться, что он знает, что это все Ник. – Он сам способствует своему выздоровлению.
– Но когда кто-то рядом с тобой, это обещание счастливой жизни и все такое... – он пожал плечами и усмехнулся. – Именно так я и прошел через это, зная, что моя жена там, на другой стороне, если я только смогу до нее добраться.
Подождите. Он думал о том же, о чем и я?
Я повернулся к Нику, Стиг Маллой все еще держал меня за руку.
Ник встал рядом со мной, нервно улыбаясь, а Стиг отпустил мою руку и быстро сжал бицепс Ника.
– Надеюсь, ты знаешь, Ники, что можешь взять с собой своего парня. Это совсем не проблема.
– Сэр, – начал я, желая прояснить ситуацию, – я просто его...
– Спасибо, – быстро сказал Ник, заставив меня замолчать.
– Я имею в виду, когда ты поешь и не можешь оторвать от кого-то глаз, – сказал Стиг, ухмыляясь, – вот это настоящее, не так ли? – закончил он и кивнул Нику, после чего повернулся, чтобы поговорить с другими гостями, оставив нас двоих стоять в тишине.
К счастью, желающих сфотографироваться с Ником было больше, и я уклонился, чтобы они могли подойти к нему.