Реверс
Шрифт:
– Зачем в одиночную? В общую. Где у тебя серьезные сидят – в пятой?
– В пятой.
– Ну и этого в пятую. Двух суток не пройдет – образумится. А нет – поговорим с ним иначе.
Грубые руки схватили Макса за плечи и толкнули в сторону двери.
Глава 8. Дрезина
Сергея разбудил Тигран Арутюнович. Он выглядел помятым – вряд ли спал в эту ночь.
– Вставай, восемь часов уже… Ты с нами?
– Конечно.
– Тогда включайся. Операция уже началась. Быстро собирай манатки, бери только самое необходимое. Потом спускайся вниз. Идем впятером:
Со сна соображалось туго. К тому времени, когда Сергей родил первый осмысленный вопрос, Тигран Арутюнович уже исчез.
Значит, Алену решили взять… Ну и ну. Неопытную девчонку – и сразу на такую операцию?
Впрочем, кто тут еще неопытен… Охранница все-таки. Мастер по стрельбе. Наверное, умеет и еще кое-что.
Получалось, что самым неопытным и неприспособленным в пятерке все равно оставался он, Сергей Коханский… Мысль не грела.
Кем пожертвуют в первую очередь, если возникнет такая необходимость?
Наскоро умываясь, бреясь и собирая в рюкзак немудрящий скарб, Сергей колебался. Пойти – опасно. Отказаться теперь, когда уже дал согласие, – стыдно. Как поступить?
Стыд оказался сильнее. И еще имелось одно соображение: операцию вряд ли согласовали с боссом. Причем не только потому, что Аркадий Михайлович напился вчера в хлам.
Как ни мало знал Сергей, он уже понимал: босс категорически запретил бы уходить в Центрум сразу пятерым проводникам. Кто у него останется, если не вернутся все пятеро? Один лишь чесоточный Кирилл Денисович да еще коматозный Стас-Фантом в клинике? Родион Романович, способный в лучшем случае лишь сунуть голову в открытый им Проход, но никак не пролезть туда с рюкзаком? Это же несерьезно.
Но речь шла о Максе, и Ева закусила удила. Другие проводники ее поддержали, явно не имея с того материальной выгоды. Дух товарищества… гм. Есть такой феномен природы. Быть может, если придется туго, они все же не пожертвуют слабейшим звеном?
На лужайке кипела работа. Возле узкоколейки стоял грузовичок с откинутыми бортами, и три дюжих носильщика подавали из кузова нечто несуразное на маленьких железных колесах. Сергей пригляделся и узнал дрезину.
Мама родная! Такие дрезины он видел только в кино о гражданской войне. На ней и мотора не было – зато торчал рычаг-качалка, как на тренажере для развития мышц рук и спины. Сильнее потеешь – быстрее едешь.
Квадратный Тигран Арутюнович и еще три крепких носильщика готовились принять груз. Орлиное око инструктора по боевому самбо мигом углядело Сергея.
– Долго копаешься. А ну, вали сюда, подсобишь.
Сергей схватился за железную раму. Дрезина повисла на руках, и стало понятно, что ее могут удержать на весу пятеро мужчин. С трудом, правда. Живо вспомнился водный поход по Кольскому, где порой приходилось таскать лишь чуть меньшие грузы. Но тут трое спрыгнули с кузова на землю, подхватили дрезину, и сразу стало легче.
– На рельсы ее!
Через минуту дрезина стояла на рельсах. Тут только Сергей смог рассмотреть ее внимательно.
Сварная рама была узкой сообразно колее, но длинной. Две скамьи – перед качалкой и за ней. Значит, минимум четырех человек можно задействовать как тягловую силу и развить хорошую скорость… или, скажем, одолеть длинный подъем с немалым грузом. Судя по размерам огороженного стальной сеткой грузового отделения, грузы на этой дрезине предполагалось
– Сделано по нашему заказу, – объяснил Тигран Арутюнович, уловив в глазах Сергея невысказанный вопрос. – Через Сухую пустошь проходит узкоколейка. К северу она идет через Скорпионью пустошь, затем цепляет край Волчьей пустоши и кончается в Ахтыбахе. Знаешь, где это?
– М-м… В южной Аламее?
– Скорее в западной. Эта часть Аламеи худо-бедно контролируется правительством. Народ там зажиточный – по аламейским меркам. Есть кое-какая индустрия, развита торговля, правительство поощряет частный бизнес и деловую инициативу. Соответственно, для нас западная Аламея представляет некоторый интерес – спрос на наши товары велик. А мы все на горбу да на горбу… Ну и вот – возникла идея. Готовили операцию – доставить в Ахтыбах дизельный двигатель, работающий на рапсовом масле. Чертежи мы им отправили, да у местных инженеров что-то там не получается. Просили готовое изделие – как образец. Ну, раз просят, значит, получат, только не даром, конечно. Очень не даром… Теперь, ясное дело, операцию отложим.
– Об этом дизеле я уже что-то слышал, – сказал Сергей. – Тигран Арутюнович, а вы не думаете, что…
– Тигран. Просто Тигран, и на «ты». Сколько раз тебе говорить? Ва, достал!
– Ладно… Тигран, а тебе не кажется, что такая операция – это уже наглость?
– Конечно! На то и был расчет. Пограничникам и в голову не придет, что мы рискнем воспользоваться их же узкоколейкой. Кстати, это действительно их узкоколейка – такое вот исключение из общего железнодорожного правила. Была проложена с целью лучшего контроля над территорией – на Пустошах полно локализаций и вообще места неспокойные. Пограничники там даже бронепоезд держат. Но! То, что предложил ты, не приходило в голову даже нам – и уж подавно не придет пограничникам! Гляжу на тебя и прямо любуюсь: уж очень долго не появлялись такие наглецы!
– И… что же я такое предложил? – пробормотал Сергей.
– Иметь козырь на переговорах с пограничниками, что же еще? И мы его получим. Мы захватим этот бронепоезд! Ты голова. Это хороший, жирный козырь.
Сергей почувствовал, что у него падает челюсть. Сразу захотелось замахать руками и закричать, что ничего такого он не предлагал, даже не думал! Но… поздно.
Он украдкой оглянулся: не открыл ли его страх где-нибудь Проход?
Бог миловал.
Через поляну напряженной походкой шла Алена – рюкзачок за спиной, «Абакан» на плече и две кобуры – справа и слева. Тигран посмотрел на ее арсенал несколько иронически, но критиковать не стал – просто тепло поприветствовал. Поздоровался и Сергей.
Солнце медленно вставало над соснами. Носильщики обсели дрезину, курили.
– А где Григорий? – спросил Сергей.
– Пускай еще поспит. Ему вчера досталось… и сегодня достанется.
– А Кирилл Денисович?
– Просто Кирилл. А зачем он нам? Обойдемся.
– А Ева?
– Ушла в Центрум еще ночью. Ее и ждем.
– Зачем ушла?
Тигран внимательно осмотрел Сергея с ног до головы.
– Слушай, парадоксов друг, ты какой-то недогадливый. Чем мы будем воевать с бронепоездом – пистолетиками?