Рейвенор
Шрифт:
Юстис Майорис был столичным миром субсектора Ангелус. Может быть, его тяжелая промышленность и переживала резкий спад, а в заводских районах царили запустение и разруха, но одно древнее ремесло все еще продолжало процветать. На этой планете располагался бюрократический центр двух дюжин миров Империума. Здесь, в массивных оуслитовых башнях Общего Блока А и Общего Блока С, регистрировались, обрабатывались, оценивались, исследовались, сравнивались, тщательно проверялись и в конечном счете подшивались миллиарды сообщений.
На
Однако в ходу были другие высказывания, которые руководство вовсе не одобряло: «Если что-то нужно сделать, они сделают это в трех экземплярах», «Те, кто растаскивает историю по бумажкам, обречены ее повторять» или «Я все записываю, но ничего не знаю».
Даже скрываясь под длинным дождевиком, Гарлон Нейл выделялся в толпе. И прежде всего потому, что двигался против течения. Мальчика он тащил за рукав. Они направлялись к центральным районам Петрополиса. На особо узких улочках Нейлу приходилось прижиматься к стене, когда бредущие в оцепенении клерки отказывались расступаться. Иногда он прокладывал себе путь локтями. Однако его оскорбительное поведение не вызывало абсолютно никакой ответной реакции. Только хмурые взгляды.
Заэль никогда не бывал здесь прежде. Всего семь километров от того Блока, где он родился и провел все свои кто-его-знает-сколько-лет жизни. Он таращил глаза и чувствовал себя неловко.
Улицы здесь были чище, чем в тех загаженных стеках, которые он считал своей родиной. Однако все казалось каким-то мрачным и однообразным.
В Общем Блоке J на сырых, грязных улицах, пропитанных атмосферой безысходности, по крайней мере, происходила какая-никакая жизнь. Желтые ленты украшали жилье, изъятое по суду за неплатеж, вывески баров мерцали неоном, повсюду в железных бочках горели костры, играли уличные музыканты, шатались «улыбчивые девушки» в драных шелках.
Здесь же все было другим — бездушным, ожесточенным, уныло-безмолвным. Заэль даже удивился тому, как может такое множество людей производить так мало шума. Только топот ног да тихие объявления из репродукторов на остановках.
— Я хочу вернуться домой, — сказал он Нейлу.
— Домой? В ту дыру? — рассмеялся в ответ парень.
Затем он огляделся вокруг и вздохнул. Он понимал, о чем говорит Заэль. Они оба неожиданно почувствовали то огромное различие между жизнью, всякие надежды в которой были растоптаны, и жизнью, где надежды не было изначально.
Постепенно безмолвные толпы начали редеть.
Фронтон здания украшала золотая сорокаметровая аквила. Поверх нее были нанесены знаки, напоминающие зодиакальные руны.
В центре площади они заметили одинокую фигуру. Человек поправлял свою прическу, глядя в карманное зеркальце.
— А, вот ты где, — произнес он и, оглядев Заэля с ног до головы, добавил: — А ты кто?
— Это Заэль, — недовольным тоном буркнул Нейл.
— Мой дорогой Гарлон, неужели ты нашел себе маленького друга? Как мило! Ты еще не безнадежен.
— Захлопни пасть, Тониус! — отрубил Нейл. — Он здесь только потому, что босс хочет исследовать его мозги.
Карл Тониус поджал губы:
— Понятно. Впрочем, я и не думал, что он в твоем вкусе. Нехватка грудей в количестве двух штук.
— Может, перейдем к делу?! — рявкнул Нейл. — Как я понимаю, она здесь?
— Так мы полагаем. В местные информационные системы чертовски трудно влезть. Ты не поверишь, у местных арбитров, разнообразия ради, оказалась весьма неплохая система кодирования. Но мы практически уверены, что она еще здесь. И мы знаем, с кем стоит поговорить.
— Знаем?
— Представитель Магистратума, которого зовут Рикенс. Дело у него.
— Мы можем просто обратиться на самый верх…
Тониус покачал головой:
— Только в крайнем случае. Вспомни, наша миссия секретна. Почему? Здесь расположен административный центр. Если наши действия попадут в отчет, данные уйдут в систему, и мы — как на ладони. И уже никакая осторожность нам не поможет. Сдается мне, на карту поставлено слишком многое.
Нейл кивнул:
— Тогда пойдем. Где Кыс?
— Занята, — ответил Тониус, пожимая плечами. — Кажется, нам удалось кое-что найти. А вам?
— Вначале кое-что, а потом внезапно ничего. Но, возможно, интересное «ничего».
— А что случилось с твоим пальцем?
— То самое «ничего», о котором я говорил. Пойдем.
Волоча за собой Заэля, они направились к главной лестнице мрачного здания.
— Как будем действовать? — спросил Нейл.
— Так же, как на Сатре.
— Ладно, только в этот раз без твоих замашек…
Стук… Стук… Стук…
Кончик окованной сталью трости пощелкивал по деревянному полу. Этот звук предшествовал его появлению, куда бы он ни направлялся. Люди уважительно вытягивались, заслышав этот стук.