Резчик

Шек Павел Александрович

— Это, чтобы ты шерстью не покрывался в особенно лунные ночи, — пояснила она. — Лучше перестраховаться.

Забинтовав, она прошла в угол комнаты к умывальнику, чтобы вымыть руки. Я принюхался к бинтам и скривился.

— Что ты сделал, там, на мосту? — спросила госпожа Диас.

— Я что-то сделал? — съязвил я. — Наверное, едва не умер, если вы об этом.

— Не ерничай, — она тщательно вытерла руки полотенцем и вернулась к кушетке. — Наша общая знакомая герцогиня, превращаясь в волка-людоеда, развоплощается лишь скушав кусочек от своей жертвы. А раз твоя

голова еще на месте, значит, что-то произошло, — она немного наклонилась и так улыбнулась, что у меня холодок по спине пробежал. — Магию, что использовали на мосту, не слышали разве что Асверы на другой стороне города. А кроме тебя и молодой демонессы там никого не было. Не хочешь же ты сказать, что это она колдовала?

— Хорошо, хорошо, — сдался я, пытаясь отодвинуться от наседающей целительницы. — Там, когда оборотень появился, я увидел, что из его спины растут черные щупальца. Вот я их и разрезал. Кстати, Инесс в порядке?

— Демонесса? В порядке. Что с ней станется? — отмахнулась госпожа Диас. — Пойдем, — она взяла меня пол локоть. — Диваны в гостиной больше располагают к беседе.

Стоило встать, как накатила слабость, и женщинам пришлось почти нести меня до удобного дивана, через две комнаты от операционной. Усадив в его центр, они заняли кресла напротив. И взгляды у обеих одинаковые, готовые слушать провинившегося студента.

— Черные щупальца, говоришь? — переспросила госпожа Диас и задумалась.

— Так, вроде, до полнолуния далеко, — сказал я. — С чего такая агрессия?

Да уж, то, что Алекс оборотень, мягко говоря, удивляло. Слышал, спокойно живут они далеко на севере, но видеть не доводилось. Вроде бы и империя с ними не воюет, а даже наоборот.

— Проклятие, — ответила вместо Алекс Грэсия. — Кто-то в городе балуется незаконной магией. И когда этот темный попадет мне в руки, то свои он потеряет.

На минуту в комнате повисло молчание. Алекс снова опустила взгляд, рассматривая туфельки. Грэсия же сверлила взглядом меня.

— А можно уточнить, что такое «проклятие»? — спросил я, стараясь не подать виду, что заинтересовался.

— Сложное заклинание, живущее за счет носителя. Если приводить аналогии, то я бы назвала проклятие — паразитом. Опиши, что ты видел.

Я еще раз описал черные щупальца, выходящие из спины оборотня и то, как они разлетелись ошметками.

— Ты можешь видеть нити заклинаний, — как бы констатировала госпожа Диас этот факт. Причем сказала так, как будто это преступление.

— Ничего я не вижу, — проворчал я. — Мало ли чего с перепугу не привидится.

— А ну, Алекс, встань, — приказала Грэсия. Та неохотно поднялась, поправив платье. — Сейчас черные нити видишь?

— Я же говорю, ничего не вижу…

— Не видишь, или их нет, — оборвала она меня.

Я вдохнул и сосредоточился, но, ни черных, ни каких бы то ни было других нитей, я не увидел.

— Не вижу…. Все, как обычно.

— Понятно. Значит, в этом теле ничего необычного, — задумчиво протянула она. — Алекс, давай, перевоплощайся. Посмотрим на оборотне.

— Что?! — удивленно воскликнула Александра. Взгляд у нее

метнулся от Грэсии ко мне и обратно. — Я не буду!

— Что значит: — «не буду»? — сурово переспросила заведующая кафедрой.

— Я…, - неуверенно начала Алекс, снова посмотрев на меня, смущенно краснея. — Он же… Не буду я превращаться! И вообще, ты не думала, что я опять впаду в… и голову ему откушу!

— А, да…, - поняв, что погорячилась с просьбой, сказала Грэсия. Она встала, взяла Алекс за локоть и потянула из комнаты, бросив мне через плечо. — Берси, посиди пока тут.

Я проводил их вопросительным взглядом. Воображение выдало картинку превращения Алекс и оборотня в разорванном платье. Я потряс головой, отгоняя эти мысли. Минут через пятнадцать вернулась госпожа Диас и повела меня в подвал, вход в который находился в холе и закрывался прочной железной дверью.

Небольшое подвальное помещение, освещенное тройкой ярких магических ламп, делилось на две части решеткой из толстых прутьев. Очень похоже на камеру в городской темнице. Разве что, размером немного больше и без нар. В центре камеры спиной к нам сидела Алекс в форме волка. Сейчас было видно, что рост у нее был не таким уж и большим, как мне показалось при первой встречи, а шерсть имела светло-серый окрас с небольшим вкраплением белого.

— Черных нитей не вижу, — сказал я, не решаясь подойти ближе к решетке. — Может они где-нибудь внутри. Я насквозь видеть не могу.

— Внутри не бывает, — вставила Грэсия. — Если только тот, кто наложил проклятие, не вскрыл ее предварительно и не нанес заклинание на какой-нибудь орган. Алекс, повернись.

Оборотень повернул голову, хмуро глядя на нас, затем неохотно повернулся.

— А, вижу! — воскликнул я. — Там, где сходятся ключицы. Чуть ниже. Похоже на черную гусеницу, вот такого размера, — я развел указательный и большой палец, показывая сантиметров десять. — Шевелится.

— Разрушить, как на мосту, можешь?

— Не знаю. Как накоплю побольше сил, можно попробовать. Дня через три. Если эта штука опять не вырастет.

— Подождем, — кивнула госпожа Диас. — От занятий я тебя пока освобождаю. Чтобы три дня провел в постели. Вечером навещу, а пока повязку не снимай. Можешь идти, на улице тебя ждет телохранительница.

Я пожал плечами, скривился от резанувшей боли в груди и пошел наверх. Странно, что она не попросила хранить произошедшее в тайне. До последнего думал, что будет угрожать или подкупит чем-нибудь.

Во дворе дома меня, действительно, ждала Ивейн. Скучала, сидя на каменной тумбе у лестницы. Оказывается, дом, в котором я очнулся, находился на территории академии. Рядом стояла еще пара таких же, с занавесками на окнах. Думал, тут живет кто-то из персонала, а это у старших наставников здесь личные лаборатории.

— Привет, — я поднял руку. — Разрешили зайти на территорию академии?

— Госпожа целительница разрешила дождаться тебя тут, — сухо отозвалась она.

— Ладно, пусть так, — я посмотрел на солнце. Час до полудня. Опомнившись, я повернулся к Ивейн. — Ты как, не сильно досталось от оборотня?