Рикошет
Шрифт:
— Знаешь, что мне все это напоминает? — сказал Дункан. — Кажется, высшее общество Саванны нашло себе девочку для битья. Завистливые сплетницы с радостью бы променяли свои родословные на внешность Элизы, а прабабушкины драгоценности — на грудь, как у нее.
— Странно, что ты упомянул как раз эту часть ее тела. — Диди поднялась на последнюю ступеньку и теперь стояла на одной площадке с ним. — Знакомые Като Лэрда, наверное, простили бы ей все недостатки, даже то, что она была официанткой в их загородном клубе. В конце концов, клуб элитный, открыт только для
— И кем же она работала?
— Официанткой топлес. В стриптиз-клубе.
Глава 8
По миртовому дереву стекали капли влаги. Дункан тоже был весь мокрый. Он оперся ладонями о влажный ствол и, выпрямив руки и соединив локти, застыл под углом почти в сорок пять градусов к нему. Дункан растягивал левую икроножную мышцу.
Голову он свесил вниз, между рук. Пот капал с его лица на поросшую мхом кирпичную дорожку перед его домом. Местами она бугрилась — это выступали корни дубов, стоявших вдоль улицы. Вверху их кроны смыкались над тротуаром и образовывали сплошной шатер. Дункан радовался их тени.
Наперекор привычке, сегодня он поднялся рано и решил устроить пробежку до того, как солнце поднимется высоко и прогреет воздух с восьмидесяти в шесть тридцать утра до девяноста в девять. Уже сейчас каждый вдох давался с трудом. Воздух был густым, как сметана.
Было субботнее утро, большинство людей в это время еще спали. В соседнем квартале женщина поливала папоротники на крыльце. До этого Дункан видел мужчину, выгуливавшего пса в Форсайт-парке. Машин было мало.
Он поменял ноги, чтобы растянуть другую икру. В животе бурчало, напоминая о не съеденном вчера на ужин жареном цыпленке. Из офиса Мейера Наполи Дункан предпочел отправиться прямо домой, потому что растерял весь аппетит и ужин ему не понадобился.
Он пытался увлечься бейсбольным матчем по телевизору. Не получилось. Тогда он сел за пианино, но вдохновение к нему так и не пришло, и взбудораженные мысли не успокоились. Спал он урывками, подолгу лежа без сна. На рассвете, так и не отдохнув, он отшвырнул липнувшую к телу простыню и встал с постели. В голове его царил еще больший сумбур, чем накануне вечером.
— Детектив Хэтчер?
Он рывком обернулся. Она стояла всего в трех футах от него. Пульс, снизившийся за время растяжек до после тренировочной нормы, при виде ее вновь подскочил. Он посмотрел ей за спину, почти уверенный, что кто-то решил над ним подшутить. И если бы там оказалась толпа с воздушными шариками и свистками, ликующая при виде его замешательства, он бы ничуть не удивился.
Но дорожка была пуста. Женщина, поливавшая свои папоротники, ушла. Мужчина с собакой — тоже. В густом воздухе царила полная неподвижность, даже листва на деревьях не шевелилась. Тишину нарушало только его тяжелое дыхание.
— Какого черта вы здесь делаете?
— Разве вы не прочли мою записку? — спросила она.
— Прочел.
— Вот поэтому…
— Нам ни
Он пошел к своей лестнице, но она преградила ему дорогу.
— Пожалуйста, не уходите. Мне отчаянно необходимо с вами поговорить.
— О стрельбе в вашем доме?
— Да.
— Ладно. Хотелось бы послушать ваш рассказ. У меня есть кабинет. Мы с детективом Боуэн подождем вас там.
— Нет. Я должна поговорить с вами лично. Только с вами. В ее голосе звучала мольба, но Дункан был тверже стали.
— Вы можете поговорить со мной в полиции.
— Нет, не могу. Это слишком личное.
Личное. Тоже мне словечко — одни неприятности.
— Единственное, о чем мы можем с вами говорить, — это о несчастном Гэри Рэе Троттере, убитом и препарированном.
Из небрежно закрученного пучка выбились светлые пряди. Прическа выглядела так, словно ее соорудили в последний момент, на бегу. Элиза была одета в свободную футболку из хлопка и широкую юбку, державшуюся на бедрах с помощью широких лент, подол касался коленей. На ногах — кожаные шлепанцы. Обычная летняя одежда, ничего особенного, за исключением того, что надета она была на фигуристое женское тело.
Она кивнула на лестницу, которая вела к его входной двери.
— Можно пройти внутрь?
— Ни в коем случае.
— Но ведь нельзя, чтобы меня здесь видели! — воскликнула она.
— Вы чертовски правы. Надо было об этом подумать, прежде чем приходить. Между прочим, как вы здесь оказались?
— Я оставила машину на Джоунз.
Через улицу. Вот почему ей удалось подобраться к Дункану неслышно и незаметно, как ей и было надо.
— Откуда вы узнали, где я живу?
— Телефонный справочник. Я решила, что А. Д. Хэтчер — это вы. Что означает «А»? — Когда он не ответил, она добавила: — Я сильно рискую, приехав сюда.
— Вам, наверное, нравится сильно рисковать. Например, передавать записки под носом у мужа.
— Да, это было опасно. Ее мог заметить Като, вы могли меня выдать. Но не выдали. А детектив Боуэн знает про нее?
Дункан почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо, и ничего не ответил.
— Я верила, что вы не расскажете, — мягко сказала Элиза. Он ответил сердито и смущенно:
— Как это вы сумели улизнуть от мужа? Наверное, посапывает себе в вашей постели?
— — У него с утра гольф. — Она сделала шаг к нему. — Вы должны мне помочь. Пожалуйста.
Хотя она не дотронулась до него, в штанах у него стало так горячо, словно после страстного объятия. Встревоженный пах, вспомнил он слова Диди. Чертовски точное описание. Он сильно пожалел, что из одежды на нем только тонкие нейлоновые спортивные шорты.
— Я вам помогу, — невозмутимо сказал он. — Помогать вам — моя обязанность, как служителя закона. Точно так же, как и расследовать ваше дело. Но не здесь и не сейчас. Мне нужно принять душ. Потом я позвоню детективу Боуэн. Мы назначим встречу. Необязательно в полиции. Вы скажете, куда приехать, и мы приедем.