Ристалище
Шрифт:
Найл закрыл глаза и вызвал в памяти первый эпизод из воспоминаний, переданных ему Соленым.
Пахло соком изломанных растений, мускусом и едким дымом от костров, сложенных из недосохших водорослей. Моряки толпились вокруг огня, жаря на длинных палках свежую, каплющую соком рыбу. Соленый забрался на макушку мачты, чтобы еще раз увидеть спины уходящих за высокий бархан смертоносцев.
Еще несколько минут, и армия скрылась из виду.
Они ушли, чтобы уничтожить вторгшегося во владения Смертоносца-Повелителя врага — а он остался. Его не взяли. Соленый понимал, что кто-то из пауков должен остаться
Соленый скользнул по сознаниям ближайших моряков. Как всегда, в разумах двуногих не держалось ни одной мыслишки, кроме желания поскорей набить желудки горячей рыбой. Некоторые, самые умные, догадывались, что корабли будут ждать возвращения ушедших смертоносцев и предвкушали долгий отдых.
Со стороны дальних костров долетело ощущение боли: там надсмотрщица методично и беззлобно хлестала кнутом одного из матросов. Мужчина чуть слышно всхлипывал, вздрагивал и зажмуривался перед каждым ударом. Соленый не стал узнавать, в чем там дело — раз наказывает, значит так надо. В общем-то, надсмотрщицы и сами прекрасно справлялись с порядком.
Присутствие пауков было необходимо только на самый крайний случай, если произойдет нечто, с чем слабый умишко двуногих справиться не сможет. Вот тогда решение придется принимать смертоносцу.
Соленый качнулся вперед, занимая место на самой макушке мачты, плотно обхватил чуть влажное дерево лапами и замер в ожидании событий.
Как и любой из пауков, он мог моментально сориентироваться в самой сложной обстановке, выбрать единственно правильное решение из всех возможных, тщательно обдумать внезапно возникший вопрос.
Точно так же как и любой из смертоносцев, он переставал думать на то время, пока этих самых сложных обстановок и внезапных вопросов не появлялось.
Корабли стояли, вытащенные на берег. В только что прочесанных армией смертоносцев кустарниках никак не могло уцелеть ни единого опасного существа.
Моряки питались недавно выловленной рыбой и запивали ее слегка разведенной вином водой. За порядком следили опытные надсмотрщицы. Ничего, нуждающегося в обдумывании не происходило — и Соленый перестал думать. Именно поэтому он не знал, сколько дней прошло с момента ухода армии на битву и до возвращения первых пауков.
Вот над барханом появилась серая спина.
Соленый заметил ее и впервые за последние дни в его сознании возникла первая мысль:
«Почему паук возвращается один?»
Следующий мыслью было недоумение от того, что вернувшийся смертоносец не вступает в мысленный контакт.
Соленый попытался почувствовать мощное сознание возвращающейся армии, но на его призыв откликнулось всего лишь несколько жуков-бомбардиров.
«Подождите нас, мы близко» — просили они.
Соленый неуверенно пошевелился на мачте, пытаясь оценить происходящие события, но ничего правдоподобного предположить не смог. Вскоре над барханом блеснули черным глянцем спины жуков. Вокруг шестилапых двигалось еще несколько пауков.
— Где все
— Они остались в пустыне, — ответил кто-то из вернувшихся. Там нет еды, у них не хватило сил вернуться.
— Надо было съесть нескольких пленных, — напомнил Соленый про обычай военного времени.
— У нас нет пленных, — ответили ему. Соленый начал понимать: пришельцы как-то узнали про выступление армии смертоносцев, развернулись и убежали назад. Пауки остались далеко от берега, в пустыне без пленных, а значит — без еды, без сил на возвращение. Он даже подумал послать им на встречу часть моряков, но вовремя спохватился: моряков слишком мало, чтобы спасти армию, а корабли без людей — мертвы.
Бессильные смертоносцы и жуки забирались в корабли, ложились на палубу и замирали. Даже добравшись до берегового лагеря, они почему-то не стремились наполнить свои желудки.
Соленый вновь погрузился в ожидание.
И опять на гребне бархана появились серые спины. На этот раз вернувшиеся пауки сразу вступили в мысленный контакт, и Соленый получил простой и ясный приказ Дравига — спускать корабли на воду, готовиться к отплытию.
Соленый соскользнул с мачты вниз, выскочил на берег и стал раздавать приказы надсмотрщицам. Те принялись торопить моряков. Как это нередко бывает, обленившиеся двуногие крайне неуклюже взялись за работу, в результате чего двое из них растянули мышцы. Соленый приказал отвести пострадавших на те корабли, где лежали уставшие пауки, чтобы те избавили несчастных от боли, а сам продолжал руководить подготовкой к отплытию.
Смертоносцы во главе с Дравигом приблизились. Их было удивительно мало. А где остальные? — опять спросил Соленый. Он забеспокоился, что слишком рано спустил корабли, что, возможно, придется подождать еще некоторое время, пока подтянутся отставшие. Но тут один из пауков метнул ему мысленную картинку, и стало ясно все.
Непобедимая армия смертоносцев разгромлена, большинство пауков затоптаны в песок, Посланник Богини сгинул на поле битвы.
Нужно немедленно отплывать в город, чтобы предупредить Смертоносца-Повелителя об опасности.
К счастью, ветер благоприятствовал переходу и уже следующим днем корабли благополучно встали у причалов. Пассажиры покинули палубы, но Соленый никуда не мог отлучиться, поскольку остался единственным пауком и должен был контролировать погрузку провианта и воды. Он не смог даже сбегать в квартал рабов на охоту. Хорошо хоть, смертоносцам на кораблях не нужно много двигаться, и он пока не испытывал голода.
Внезапно в мысленный контакт с ним вступил сам Смертоносец-Повелитель. Корабли получали приказ вернуться к побережью и искать там Посланника Богини.
Вот тут Соленый впервые испытал страх. Он понял, что руководить флотом ему придется в одиночку. Если всего несколько дней назад под каждым парусом сидел смертоносец, который олицетворял собой власть, контролировал управление кораблем надсмотрщицей и поддерживал разговор с другими пауками — даже если те находились далеко за горизонтом, то теперь все командиры морских судов лежали в далеких песках. На весь огромный флот Соленый остался один.
Однако приказы Смертоносца-Повелителя должны исполняться в любом случае — и Соленый вывел флот из порта.