Рисуко
Шрифт:
Мы замерли на пару дыханий, держась за дерево.
– Отдай письмо, - рявкнула она.
Я дрожала, но покачала головой.
– Н-нет.
– Не играй со мной! – прокричала она и тряхнула ствол. Я была выше и раскачивалась сильнее нее, и Фуюдори вдруг улыбнулась. – Хочешь полетать, Рисуко? – спросила она и начала качать дерево. Нас бросало в стороны, и я едва держалась за ветви под собой.
Вскоре дерево стряхнет меня, и я улечу во тьму, или верхушка сломается. Фуюдори может улететь со мной. Но я погибну
Я хотела быть смелой, как отец, принять смерть как этап пути, но как? Я была юной и испуганной.
– СТОЙ! – завопила я. – Прошу, прошу, прошу хватит!
– Хорошо, - Фуюдори задыхалась. Она остановилась, и вершина медленно вернулась в нормальное положение. – Рисуко, отдай письмо.
Я дрожала, цепляясь за верхушку, заставляя себя отказаться ради чести семьи, людей Полной Луны и друзей.
Рука вытянулась к беловолосому демону, чудовищу, чье лицо сияло, когда она потянулась за письмом. Фуюдори стояла на цыпочках, рука едва держалась за тонкую ветку, другая тянулась к трофею.
Я знала, что, забрав письмо, она убьет меня, но не могла остановиться.
Ее пальцы впились в чехол и потянули.
Мои пальцы не отпускали.
Почему? Наверное, от холода. Или паники. Или злости. Или из чистого безумия. И хотя Фуюдори была сильной, развитой, она не могла отобрать у меня письмо.
– ОТПУСТИ! – потребовала она.
Миг я боролась, мы сцепились в смертельной игре. Мышцы Фуюдори напряглись, лицо искривилось и уже не было милым.
– ОТПУСТИ!
– Хорошо, - сказала я и послушалась.
На миг на лице Фуюдори вспыхнул триумф, она держала чехол. И тут же выражение сменилось отчаянием, ведь она потеряла равновесие, тонкая ветвь под ее правой ногой треснула, и она полетела прочь от ствола с огромными глазами и раскрытым ртом. Она падала во тьму, мимо веток тсуги, которую перепутала с сосной, громко ломая ветки на пути, пока не ударилась о твердую землю со стуком, что напоминал стук упавшего перезрелого персика.
Цветы на земле…
Не было цветов на вершине огромной старой тсуги, за которую я цеплялась. Холод впивался в мои пальцы, а ужас – в мой живот.
Снежинки парили вокруг меня, появляясь из ниоткуда, падая в пустоту. Тишина. Подходящий звук для снега.
И внизу ждала смерть.
Не цветы.
Солдаты погибали быстро…
Месяцами после этого ночи мне не давал покоя сон – вид огромных глаз Фуюдори, ее беззвучный крик, ее белые волосы, разлетающиеся при падении с дерева во тьму.
* * *
Я медленно спускалась с верхушки дерева. Пальцы дрожали, руки и ноги гудели от напряжения. Я плакала, из носа текло, слезы впитывались в мою тонкую накидку, от этого было еще холоднее, если это было возможно.
Я не хотела спускаться. Не хотела видеть, что стало с Фуюдори. Часть меня боялась увидеть ее изломанное тело, другая часть
Но когда я добралась до последней ветки дерева, меня ждало другое зрелище.
Леди Чийомэ стояла, опираясь на Ки Сана, чья голова была перемотана. Я не могла сказать, кто из них кого держал. Братишки двигались скованно, чего я за ними не замечала, они накрывали белой простыней тело. Тело Фуюдори.
Там стояла, шатаясь, Эми с Аимару, держащимся за голову, а еще Тоуми, Сестры-редиски, Сачи и все остальные. Даже Масугу был там, и его, конечно, поддерживала Миэко. Но он стоял неровно, укутанный в несколько накидок.
Наверное, я вскрикнула, потому что все тут же посмотрели на меня. Я хотела спрятаться, я чувствовала, что мое поражение, трусость и позор были очевидными для всех. Мои слезы полились сильнее.
Чийомэ-сама подошла к стволу и прищурилась.
– Что ж, - прохрипела она, - думаю, я не прогадала, купив тебя. Служи мне с честью.
Она опустилась с усилием на колени и поклонилась. Низко. Коснулась седыми волосами земли.
Я потрясенно смотрела на остальных. Хохлатка повредила госпоже разум?
Они тоже были удивлены, но один за другим, или вместе, как в случае с Миэко и Масугу, они следовали ее примеру.
Последними остались Тоуми и Эми. Тоуми фыркнула и оскалилась, но посмотрела на простыню на Фуюдори, а потом на меня. Она кивнула и тоже опустилась на колени. Не низко, как остальные, но это, как и поклон леди Чийомэ, впечатлило меня сильнее всего.
Эми улыбнулась. Улыбнулась! И беззвучно сказала мне: «Мы слышали» и «Спасибо».
И затем она тоже поклонилась у подножия тсуги, а снег тихо падал на землю.
Эпилог:
На земле
Все обитатели Полной Луны пошли на ночлег, хохлатка все еще действовала в их крови.
Мы отвернулись от накрытого тела Фуюдори. Некоторые шли в большой зал. Некоторые – в общежития.
Никто не шел в Убежище.
Я не могла идти с остальными. Я дрожала от осознания случившегося сильнее, чем от холода зимней ночи. Я не могла думать о сне вообще.
Я тряслась весь путь в купальни, где всегда было тепло и приятно, несмотря на тяжелую работу нас с Эми и Тоуми. И там не было воспоминаний о Фуюдори-кицунэ. Фуюдори-куноичи. Фуюдори-убийце.
Когда я ушла от повалившего сильнее снега в маленькое здание, я расслабилась в тепле, а потом заметила, что тут уже были двое – Эми и Аимару. Ее лицо было мрачным, как и всегда. Его лицо было пепельным, и синяк от удара казался черным в свете свечей. Но он улыбался.