Робин Гуд

Линн Эскотт

– Ты что, ослеп? – грубо крикнул Локсли, подражая голосу и манере Стифена. – Поторопись! Я привез пленника, которого нужно поскорей запрятать в надежное место.

– Как, еще один пленник? Ха-ха-ха! Скоро наши темницы будут битком набиты.

Опустили мост. Отряд въехал в ворота.

– Эй, Симон! – крикнул воин, сидевший у двери караульни. – Наш Стифен вернулся.

– Да, вернулся и привез славную дичь, – проворчал Локсли.

– И эта дичь придется по вкусу сэру Питеру, – подхватил Альрик, подражая манере человека, в чьи доспехи он облачился.

– Э, видно, вы

поймали еще одного разбойника! – догадался Симон.

– Мы поймали их главаря! – провозгласил Локсли. – Это сам Робин Гуд. Помоги нам втащить его в караульню.

Они сошли с коней и развязали веревку, спутывавшую ноги Робина, но не отходя от него ни на шаг, словно опасаясь, как бы он не удрал. Вчетвером повели они пленника в караульню, а Симон замыкал шествие. Войдя в комнату, Альрик кинжалом перерезал веревку, которая стягивала руки Робина, а тот тотчас же стал бороться с державшими его людьми.

– Эй, Симон, на помощь! – закричал Локсли. – Негодяй хочет удрать!

Симон и его два помощника не замедлили отозваться на призыв. Велико же было их изумление, когда и Робин Гуд и четыре воина, которых они принимали за своих товарищей, набросились на них и обезоружили! Локсли достал веревку и, с помощью Робина, связал караульных по рукам и по ногам, а Альрик, держа в одной руке меч, в другой – кинжал, грозно прошептал:

– Посмей только крикнуть – и ни один из вас не уцелеет!

Ошеломленные пленники даже не помышляли о сопротивлении. Стрелки заткнули им рты кляпом и приостановились, чтобы отдышаться.

– Пока все идет хорошо, – сказал Робин. – Самое главное сделано; мы проникли в крепость.

– Только бы нам удалось отсюда выбраться! – пробормотал Локсли.

– Мы должны верить в успех, – отозвался Робин. – До сих пор нам все удавалось. Как бы то ни было, но отсюда мы не уйдем, пока не освободим Маленького Джона и Вилля Рыжего.

Оседланных лошадей они поставили в конюшню около караульни, чтобы в минуту опасности можно было немедленно ими воспользоваться.

– Теперь мы должны пробраться в подземную темницу, – сказал Робин. – Воспользуемся тем, что нигде не видно людей и путь свободен. Нужно отыскать старого Николаса; ключи у него. Мы его заставим провести нас в подземелье. Там мы отыщем наших друзей и вместе с ними вырвемся на волю.

Следуя за Робином, стрелки вошли во внутренний двор и направились к маленькой башне, где – как узнали они от Симона – жил Николас.

Судьба им благоприятствовала, и они сразу нашли комнату старика. Но здесь их подстерегала первая неудача: Николаса в комнате не было, и они не могли найти ключей.

– Быть может, тюремщик делает обход темниц, – высказал свое предположение Робин.

– Очень возможно, – отозвался Нэд Локсли, – и, пожалуй, нам это будет на руку. Башня несомненно сообщается с замком и находящимися под ним темницами. Попытаемся найти этот ход. Вряд ли кто-нибудь попадется нам на пути. Если же нам придется вступить в борьбу, наверху не услышат шум.

– Ты прав, – сказал Робин. – Отправимся на поиски. Пожалуй, нам понадобится свет, – добавил он, снимая с подставки лампу.

Выйдя из комнаты Николаса, они спустились по каменной

лестнице и очутились в длинном коридоре, который привел их к тяжелой железной двери, к счастью, оказавшейся не на запоре. Спустившись еще на несколько ступеней вниз, они попали в лабиринт коридоров и, не зная, в какую сторону идти, – долго блуждали наугад, пока не вышли в большую сводчатую комнату с многочисленными дверями. Факел, вставленный в железную подставку, освещал это сырое мрачное подземелье. Здесь пахло плесенью и землей.

Робин нерешительно осматривался по сторонам, как вдруг под сводами гулко пронесся протяжный вопль, исторгнутый, по-видимому, невыносимой болью.

– Что это? – в ужасе воскликнул Нэд Локсли.

– Скоро узнаем, – отозвался Робин, нахмурившись и обнажая меч. – Здесь совершается какое-то злое дело, и этому мы должны помешать.

Они попытались открыть двери, выходившие в сводчатую комнату, но ни одна не поддалась их усилиям. Вдруг из-за двери, в которую ломился Нэд, донесся голос:

– Кто это? Что вам нужно? Вы пришли меня убить или пытать, как того беднягу, чей вопль я только что слышал?

– Нет, нет, мы – друзья, – поспешил успокоить его Робин. – Кто ты такой?

– Друзья, говорите вы? – снова раздался голос, но на этот раз в нем звучала нотка надежды. – Друзья? Ну, если вы – друзья, умоляю вас, освободите меня! Я заживо гнию в этой могиле. Лучше просуньте меж прутьев решетки кинжал, чтобы я мог положить конец своим страданиям.

– Мужайся, друг! Мы постараемся тебе помочь. Кто ты такой?

– Реджинальд де Траси.

– Это имя мне знакомо. Кажется, я его когда-то слышал.

– Быть может... Было время, когда многие меня знали.

– Подожди... – Ведь так звали человека, пользовавшегося влиянием при дворе короля Ричарда [10] . Это был храбрый рыцарь. Неужели ты – Реджинальд де Траси?

– Да, когда-то я им был, но теперь мне не нужны ни титулы, ни почести. Освободи меня, и я до конца своей жизни готов быть простым пастухом или дровосеком. О, только бы еще раз увидеть голубое небо, подышать свежим воздухом, погреться в лучах солнца! Сжалься надо мной!

10

Ричард Львиное Сердце правил с 1189 по 1199 гг. С неслыханной жестокостью он вымогал у подданных деньги для третьего крестового похода, в котором участвовал.

И несчастный громко застонал.

– Клянусь, я сделаю для тебя все, что в моих силах, – сказал Робин, – но сначала мы должны покончить с нашим делом.

– Робин, вон из-под той двери пробивается луч света! – воскликнул Альрик. – Оттуда доносятся голоса.

Стрелки направились к двери, на которую указывал юноша. Робин попытался ее открыть, но дверь была заперта. Прижавшись ухом к замочной скважине, он услышал грубый голос, говоривший:

– Упрямый пес, говори где скрывается твой начальник! Обещай показать нам дорогу к его логовищу, а не то – берегись! Видишь эти докрасна раскаленные щипцы? Этими щипцами я сдеру мясо с твоих костей!