Рога изобилия
Шрифт:
Я отчетливо слышала шум на первом этаже. Посмотрела на часы — около трех. Кто бы это мог быть? Шум повторился, будто что-то упало.
Я вскочила как ошпаренная, быстро прыгнула в джинсы, натянула майку, босиком с пистолетом в руках выбежала из комнаты и стала спускаться по лестнице вниз. Добравшись до кухни, я встала за углом и прислушалась. Снова шорох. Он явно доносился из кладовки. Подойдя к двери, я увидела свет, пробивающийся сквозь щель внизу. Ну конечно, там кто-то есть.
Я выставила пистолет перед собой и распахнула дверь, стараясь сделать
— Вот уж кого не ожидала увидеть, так это тебя, — тихо сказала я.
Кирилл вздрогнул.
— Подожди, Женя. Ты неправильно все поняла. Опусти пистолет, — испуганно сказал он.
— Тогда, надеюсь, ты объяснишь мне, что ты здесь делаешь в такой час?
— Конечно, — сверток Кирилл держал в руках и смотрел на него, как на бомбу. — Сейчас я все объясню.
— Идем на кухню, — приказала я и, шагая назад, вышла из маленького помещения.
Мы прошли с Кириллом на кухню, при этом я не опускала оружия. Сели за стол. Но сначала я проверила, нет ли пистолета у Кирилла.
— Ну? Я тебя слушаю.
— Дело в том, что этот сверток принадлежит Глебу. Сама можешь проверить. Здесь его паспорт и еще что-то. Я и хотел посмотреть, что именно.
— Любопытно, но пока неубедительно. Почему ты решил сделать это ночью? — спросила я.
— Просто я лежал и раздумывал о его смерти, а потом вспомнил, что он оставил здесь свои документы. И мне захотелось на них посмотреть. Вдруг там есть что-то, что помогло бы найти его убийцу.
— А почему он оставил их именно здесь? Почему дома не хранил?
— Он собирался продавать свою квартиру, потому что решил жить здесь. Ведь он устроился сюда на работу и ему так было удобно. Зачем платить и содержать квартиру, если жить в ней не будешь? Да и деньги ему были нужны, — торопливо говорил Кирилл.
— Допустим. Разверни, посмотрим, что в свертке. Только медленно. Сделаешь лишнее движение — прострелю тебе руку.
— Не пугай меня так, — попытался улыбнуться Кирилл.
Дрожащими руками он принялся развязывать узел на свертке, но у него ничего не получалось.
Я взяла у него сверток, поднялась и отошла к подоконнику. Положив пистолет, вынула нож, разрезала веревку. Кирилл сидел довольно далеко от меня. Во всяком случае, мне хватило бы секунды, чтобы снова в случае опасности схватить пистолет и выстрелить.
Я развернула бумагу. Внутри находились паспорт Глеба, немного денег, какие-то письма и бумаги, золотая цепочка и кольцо, взглянув на которое, я чуть было не потеряла дар речи.
— Ты не знаешь, что здесь? — посмотрела я на Кирилла.
— Не знаю, клянусь.
— Это кольцо тебе знакомо? — Я издалека показала ему кольцо.
— Нет.
На кольце была знакомая мне монограмма, что говорило о принадлежности его Мелихову Ивану Сергеевичу, соседу, называвшему себя графом.
— Посмотри хорошенько, — я бросила кольцо на стол.
Кирилл взял его в руки и стал крутить во все стороны.
— Я этого кольца никогда
Я наблюдала за парнем и размышляла. Предположим, что сверток на самом деле принадлежал Глебу. Но, с другой стороны… А если Кирилл сам положил кольцо к вещам приятеля и теперь собирался положить сверток на место. Скорее всего, я бы так и поняла, но на лице молодого человека читалось искреннее, неподдельное удивление… Я не знала, что и думать.
— Ты понимаешь, что в данной ситуации я не обязана верить тебе? — напомнила я ему.
— Да. Но это правда. Я просто пришел посмотреть на вещи Глеба. Надо было бы сначала к тебе обратиться, но я считал, что ты уже спишь.
Кирилл убить Глеба не мог, потому что, после того как тот уехал в Тарасов, оставался здесь, а на следующий день возил нас на машине. Но ведь кто-то его убил? И почему у Глеба оказалось кольцо Ивана Сергеевича? Ох уж эти вопросы, на которые нет пока ответов…
— Мелихов и Глеб знали друг друга? — Я снова села напротив Кирилла.
— Мне так не казалось, — пожал плечами он. — Я пригласил его сюда работать в тот день, когда вы уехали с Москву, но ни разу не видел, чтобы они общались. Сосед вообще к нам не приходил в это время.
Тут я вспомнила про кусочек материала, увиденный в квартире Глеба. На Иване Сергеевиче в первый день нашего знакомства были брюки похожего цвета. Неужели тот, кого мы ищем, — он?
Если предположить, что это действительно так, то очень многое сходится. Становится ясно, откуда он узнал про то, что я телохранитель. Когда мы были у него в гостях, я говорила с Григорьевым, и тогда мне показалось, что он слышал это. Деньги, чтобы нанять киллеров, у него имеются. И Наташу он знал. Только какой у него мотив?
Ну, конечно! Ибрагим! Как же я сразу не поняла! Вот теперь сошлось все. Конкуренты вовсе ни при чем, Григорьева пытались убить не из-за сделки. Мелихову нужна лошадь. Он много раз просил Андрея продать жеребца ему, но тот не соглашался. Даже Софью Степановну сосед подключил, чтобы она подействовала на своего сына. И снова не вышло. Тогда, вероятно, он и решил убить Григорьева. По завещанию наследницей становилась мать Андрея. А она могла стать женой графа.
А кольцом он, видно, подкупил Глеба. Только почему так неосторожно? Ведь его монограмму в этом доме сразу узнали бы. Значит, был уверен, что Глеб быстро справится, прежде чем станет носить кольцо. Или же потом обвинили бы мальчишку в краже.
Все эти мысли каруселью пронеслись у меня в голове. Кажется, и Кирилл стал догадываться, в чем дело. Быть может, в общих чертах, но тоже сообразил, что неспроста золотой перстень с вензелем графа оказался в вещах Глеба и что он знал Мелихова. Просто они не показывали, что знакомы.
— Ты веришь, что я здесь ни при чем? — спросил Кирилл.
— Не просто верю — теперь я это точно знаю. Ты не мог дать по голове Григорьеву, когда горела конюшня, потому что стоял рядом со мной на улице.