Рога под нимбом

Бернис Лилия

– А можно? – немедленно спросила принцесса.

– Можно.

– Тогда спрашиваю. Зачем ты это сделал?

– Потому, что иначе тебя бы убили. Это инстинкт. Объяснять почему?

– Не нужно, – отвела глаза девушка. – Я, кажется, догадываюсь. И по этой же причине ты тоже так на меня реагируешь?

– Умная ты, Селина, – хмыкнул я, осознав, что девушка сложила два и два. – Но держи язык за зубами. Это не приказ. Это просьба. Надеюсь, ты не огорчишь меня вновь.

– Мы ведь договорились.

– Верно, Селина.

Дальнейший путь до замка не ознаменовался абсолютно

ничем примечательным. Выловив в костре очередную саламандру, я передал с ней сообщение Шаруму, в котором коротко пересказал свои приключения и итоги встречи с Тариилом. Заодно попросил не оставлять Катю без присмотра. Почему-то мысль о том, что я могу потерять с ней связь, меня просто выводит из себя, заставляя скрипеть зубами от злости. Я даже попробовал раскрыть портал Бездны. Но стоило мне сунуть в него руку, как я едва без нее не остался. Залечивая превращенную в фарш конечность, я с досадой констатировал, что надежно заперт Непознаваемыми в этом мире. И у меня нет совершенно никакой уверенности в том, что я сумею справиться с собой.

Замок герцога оказался… монументальным. Массивный, обнесенный по периметру мощной стеной. Никакой привлекательности, никакой красоты. Главное его достоинство сводилось к строгой функциональности и удобству в обороне. Хороший замок, правильный. Копыта лошадей гулко простучали по тяжелому подъемному мосту. Двое стражников на входе дружно ударили кулаками по груди в воинском приветствии.

Стоило мне спешиться и вручить поводья химеры подскочившему пареньку лет пятнадцати, как из донжона с радостной улыбкой выкатился совсем уж шарообразный мужчина с жиденькими волосами вокруг обширной плеши.

– Молодой господин, поверить не могу! – всплеснул руками он. – Когда господин барон прислал почтовую птицу с радостными известиями, мы не могли найти себе места от счастья! Даже его светлость изволил радоваться! Проходите же, проходите скорее! Его светлость ждет, он так беспокоился…

– Ханк, это кто? – спросил я, следуя за семенящим впереди смертным в донжон.

– Это Клистон, управляющий. Клистон, герцог уже знает о потере памяти у молодого господина?

– Ах, какое горе, какое горе! – всплеснул руками управляющий. – Конечно же, мы предупредили его светлость! Но что же мы стоим! Проходите, проходите, молодой господин. Ваш кузен будет счастлив! Он так ждал вашего возвращения, так ждал. Все время спрашивал! Вы же с ним с младых ногтей друзья – не разлей вода! А потом взяли, да и сбежали, никому ничего не сказав! Ох, как все волновались, как волновались!

В какой-то момент я инстинктивно отключился от словесного водопада герцогского управляющего. Нужно быть действительно незаменимым, чтобы за такую болтливость элементарно не убили.

Внутри герцогский замок был таким же строгим, как и снаружи. Никаких пышных ковров, вышитых гобеленов. Все предметы интерьера несли в себе одну единственную цель: надежность и функциональность. Ничего лишнего. Возможно, герцогство переживает не лучшие свои времена, но мне показалось, что причина скорее в характере хозяина замка.

– Арик! – стоило нам войти внутрь, взревел, слетая по лестнице вниз, молодой темноволосый франт, одетый так пестро, что мне аж

чихнуть захотелось от такого количества цветов и оттенков. Молодой человек подскочил ко мне, радостно попытавшись обнять. Я едва успел уклониться. – Ну ты выдал! Вот так просто взять и сбежать из дома! А теперь вернулся без своего меча, без доспехов, за то с рабами какими! Ух! Одолжишь красноволосую?

– Вон пошел, – холодно процедил я сквозь зубы, заглядывая в глаза этого несдержанного юнца.

– Ты чего? – запнулся на полуслове мой собеседник.

– Господин Арик утратил память, Ринк, – вмешался Ханк. – Господин Арик, это Ринк, ваш лучший друг…

– Ханк, я обращался не к этому молодому человеку.

Под непонимающими взглядами людей я схватил этого самого Ринка за плечо и вновь заглянул в глаза.

– Я сказал: пошел вон, мелкий. Или тебя светлым благословением оделить?

Внезапно Ринка выгнуло дугой. Тело стало сотрясаться в судорогах, а изо рта пошла пена.

– Что с ним?! – испуганно завопил управляющий.

– Обычная одержимость, – бросил я через плечо, поднимая юношу на руки и перенося на просторное кресло возле горящего камина. – Низший демон. Их легко подцепить, если ведешь разгульную жизнь. Из-за них же потом практически невозможно остановиться. Давай-давай, – легко похлопал я по щекам судорожно вздрагивающего парня. – Вылезай, я с тобой шутить не собираюсь, мелочь.

– Не могу, – прохрипел не своим голосом одержимый.

– Ну тогда без обид, – хмыкнул я, напитанным Светом щелбаном вышибая духа в Бездну.

Ринк резко расслабился и потерял сознание.

– Г-господин, – тихо всхлипнул пухлый управляющий. – Эт-то что вы сейчас сделали? Магию?

– Вроде того. Где там ваш герцог? Что-то для соскучившегося по сыну отца он как-то подозрительно не торопится меня встретить.

– Его светлость изволит ожидать вас у себя в кабинете.

– Так веди, Клистон, чего ждешь?

– Лучше я сам проведу вас, господин Арик, – вмешался Ханк. – А Клистон пусть займется вашими спутниками.

– Да, ты прав, – не смог я не согласиться, заодно подмечая подчеркнуто уважительное обращение, на которое окончательно съехал барон по отношению ко мне. – Клистон, размести моих спутников. Постарайся, чтобы им было комфортно, невзирая на статус. Особенно будь внимателен с принцессой Тьешей, – легко поклонился я хмыкнувшей льеме, – она не является рабыней и носит ошейник только для вида.

– Как прикажете, молодой господин, все сделаю в лучшем виде, не извольте беспокоиться!

Что он тараторил дальше, я слушать перестал. Ханк, без слов понявший мое нетерпение, развернулся на каблуках и повел меня по достаточно просторному коридору вглубь донжона.

Стоило мне войти в кабинет герцога, как я сразу понял причину, по которой он не вышел нас встречать. Герцог Ланский был болен. Худое, практически полностью высохшее тело, запавшие щеки, заостренные черты лица и темные круги под глазами, которые резко контрастировали с желтоватой кожей лица. Руки и ноги отца моего биологического тела были столь тонкими и хрупкими на вид, что я удивился, как он вообще способен хоть немного передвигаться! И самое главное…