Рок
Шрифт:
– Каких-то особенных ощущений не было, – Пульдис задумчиво подбросил в костер дрова. – Помню монотонный ритм ходьбы, потом мысли о Лесе: почему там костей полно, какой необычный цвет листьев на деревьях, как это красиво смотрится, а вблизи, наверное, еще лучше…
– Точно! Извини, Чарли, – прервал товарища Проквуст. – Но у меня так же было, в такой же последовательности. А потом спохватываешься от окрика командира и осознаешь, что ты уже на пути к этим жутким зарослям…
– Георг правильно говорит. И ведь сознания не теряешь, а вроде как отключаешься. – Чарли повернулся к Адамсу. – Бенни, но ты-то как умудрился не поддаваться?
– Не знаю. Сначала
Адамс подтянул к себе из-за спины рюкзак и, порывшись в нем, достал кусок биота.
– Будете? А я очень есть хочу, прямо не знаю, что со мной случилось. – Он принялся сосредоточенно поедать хлеб. – Знаете, ребята, а у меня есть одно соображение.
– Давай выкладывай, раз есть. Только прожуй сначала, подавишься.
– Угу. – Адамс доел сухарь, отпил воды и утер губы рукой. – Чарли, ты чего злой такой?
– Не знаю. Пугает меня этот Лес.
– А меня, думаешь, не пугает?
– И мне страшно, – добавил Георг.
– Да вы что скисли?! – разозлился вдруг Адамс. – Боитесь? Тогда давайте вернемся назад. Или сдохнем прямо здесь, потому что трусим идти дальше!
– Командир, не сердись. – Пульдис протянул руку и хлопнул друга по колену. – Конечно, мы готовы идти вперед. Правда, Георг?
– Точно, Чарли, готовы и обязательно пройдем туда, куда наметили. Командир, ты не ругайся, давай лучше рассказывай, что про Лес надумал.
– А чего рассказывать-то, так, пустяки.
– Нет уж, раз начал, договаривай. Эх, покурить бы.
– Не трави душу, Чарли. Начинай, командир.
– Хорошо. Чарли, ты помнишь, когда мы первый раз Лес осматривали, как трупы выглядели?
– То есть?
– Значит, не обратил внимания. Понимаете, останки были разными по внешнему виду. Я долго размышлял, что в этих костях странного, пока не понял: большинство останков не разложились, а усохли. Чарли, вспомни, большинство трупов обтянуты нетронутой шкурой, а кости – это уже останки столетней давности, а может, и больше.
– Ну, хорошо, допустим, ты прав. Но что это означает, Бенни?
– Это значит, что жертвы не гниют, а высыхают, как будто из них враз высасывают всю жидкость.
– Чем?
– Не знаю. Может, каким-либо образом на расстоянии?
– Скорее всего, деревья выделяют какой-то яд для того, чтобы органика падала рядом и питала собой корни.
– Георг! Ты просто гений! – воскликнул Пульдис. – Ведь это действительно все отлично объясняет и без всяких фокусов.
– Но ведь и командир может быть прав, нас с тобой Лес буквально подманивал. А чем, не запахами же?
– Ну вот, а теперь все испортил. Не люблю я загадок. Хотя в прошлой жизни ужастики с удовольствием смотрел. Помню, даже фильм такой был, про хищные растения, только там они не воду, а душу высасывали.
– Э-ка, хватил, – усмехнулся Адамс, – где ты ее видел, душу-то? Есть ли она?
Риторический, по сути, вопрос очень задел Проквуста. Он вдруг принялся рассуждать, есть у человека душа или нет.
– Вот у нас в каждом городе есть молитвенные места. Я там много раз бывал. С мамой, в детстве, по выходным. Я помню, там тогда много людей было. Сверху когда смотришь, в темноте огоньки, как звездочки, полумрак, тишина. Все сидят по своим комнаткам, размышляют, молятся, свечки зажигают, а кому? Я так думаю, если к Богу обращаются, значит, душа есть… Ну, чего вы молчите?!
– Посмотри вокруг, Георг, – откликнулся мрачным голосом Бенни. – Разве
– Как же так! – закричал вдруг Пульдис. – Разве так можно?! Неужели в нашем мире, кроме этой чертовой социальной стабильности, ничего святого больше не осталось? А я-то все время мучился, почему к мусорщикам загремел. А потому, что в Бога искренне верил и тоже ходил в молитвенные места. У меня там даже любимая комнатка была. И все у меня было неплохо. Хорошая работа: сначала шофером был, потом выучился на технолога-биохимика; женился, ребенок родился! И все это рассыпалось, как карточный домик, буквально за месяц. На работе все стало валиться из рук, неприятности, одна за другой, перерастали в катастрофическое невезение. Меня понизили в должности, потом еще раз, потом еще. Я опустился на самое дно, пытался барахтаться, но безрезультатно…
– Чарли, извини, а скажи, ты сам-то помнишь, после какой молитвы все обрушилось?
– Теперь помню, Георг. Я как-то раз Богу сказал, что веру теряю, что жизнь вокруг принижает, что она бездуховна, а общество состоит из полумертвецов. Точно, так я и влепил, еще и гордился потом придуманной фразой. Идиот. Но я все равно верю, что Бог есть, не понимаю только, почему он посылает испытания и трудности нормальным людям, а сволочей не трогает?
– Потому, что если Бог где-то и есть, – устало заметил Адамс, – то только не здесь. Мне сейчас кажется, что Господь вообще ушел с нашей планеты. А свято место пусто не бывает… Давайте-ка спать.
Бенни приподнялся, да так и застыл: прямо перед ним отчетливо вырисовывался силуэт человека. Рука метнулась к пистолету, и его вороненый ствол мгновенно уперся в чужую фигуру.
ГЛАВА 35
в которой путники встречают Собирателя.
– Господин Адамс, – раздался глухой хрипловатый голос, – это вы всегда успеете. Я пришел с миром и добрыми намерениями. Может, позволите приблизиться?
В неяркий круг костра шагнул высокий худощавый мужчина среднего возраста. Он был недавно выбрит и аккуратно подстрижен. Добротный камуфляжный комбинезон незнакомца изрядно выцвел. На ногах у него были высокие ботинки на толстенной подошве, а за спиной – маленький ранец.