Рок
Шрифт:
Наконец-то они получили долгожданную карту. Когда Селена совместила ее со схемой электрических цепей, почти все они наложились на линии тоннелей и переходов. Впрочем, несколько энергетических линий вылезали за пределы новой карты, но это уже было неважно. Глетчер и Фокс решили разобраться с ними потом. А сейчас они увлеченно знакомились с новой информацией. Оказалось, что самый ближайший переход начинался из большого тоннеля как раз примерно в том районе, где они ночевали. С него они и решили начать, но только утром. Были бы силы, вышли бы немедленно,
Вход нашли не сразу. Дверь под слоем пыли и времени совсем слилась со стеной тоннеля, так что даже прямой луч фонаря ее не обнаруживал. Им пришлось метров двадцать стены буквально соскребать жесткими проволочными щетками, которые Джеффри догадался захватить из мастерской. Никаких особенных запоров на ней не было: обычная ручка, утопленная заподлицо с поверхностью двери, и резьбовой запор. Правда, механизм даже в этой сухости умудрился изрядно заржаветь, и пришлось изрядно попотеть, пока удалось растворить тысячелетнюю коросту. За толстой и скрипучей дверью открылся прямой проход, плавно забирающийся вверх и влево. Наверное, это был какой-то технический коридор, так как стены его были явно не выжжены, а вырезаны обычным механическим способом. Редкие плафоны под потолком не горели.
– Барри, ты можешь представить себе, сколько труда приложили наши предки, чтобы прогрызть в граните этот коридор?
– Да, впечатляет.
Глетчер шел за Фоксом и следил за его пятками, он уже умудрился пару раз наступить на них. Идти рядом было уже невозможно. Они прошли несколько километров, и просторный вначале тоннель теперь сузился, уменьшился, а подъем стал значительно круче. Заблудиться они не могли, не было никаких ответвлений, поэтому шли спокойно, не волнуясь. Единственно, что раздражало, это воздух. Он здесь был застоялый и какой-то безвкусный. Личные индикаторы пока показывали, что дышать им безопасно, но все равно казалось, что кислорода не хватает.
– Джеф! – позвал командора Барри, беспокоясь за его самочувствие: тот дышал последние полчаса тяжело, с надрывом, видимо, устал, а показывать этого не хочет.
– Что, Барри?
– Тормози. – Глетчер скинул рюкзак на пол. – Давай передохнем и заодно карту посмотрим.
– Ну, если ты так хочешь… – протянул Фокс.
– Хочу, хочу. Ставь свой мешок и садись сверху. Привал.
Командор с явным удовольствием опустился на свой рюкзак и, немного посидев с закрытыми глазами, достал карту. Оба склонились над нею.
– По идее, осталось не больше километра.
– А на сколько же мы поднялись вверх от уровня входа?
– Кто ж его знает, Барри. А ты сам как думаешь?
– Не меньше полукилометра.
– Возможно. – Фокс задумался. – Пожалуй, я и сам назвал бы примерно столько же. Ну что ж, двинулись?
– Двинулись.
Через пятнадцать минут подъем закончился крутой узкой лестницей, ведущей вверх метров на пятьдесят, не меньше. Когда они, тяжело дыша, добрались до ее верха, перед глазами открылось просторное почти круглое
– Вот это да! – воскликнул Джеффри. – А на карте этой развилки нет!
– Странно. – Глетчер вышел на середину и стал оглядываться.
– Что там высматриваешь, Барри? – устало спросил Фокс.
– Я думаю, что мы где-то рядом с поверхностью.
– Это почему же? Хотя понятно, – командор махнул рукой, – столько времени вверх шли, ясно, что поверхность близко.
– Нет, не поэтому. Смотри сам, Джеф. Во-первых, делать такой узел пересечения тоннелей глубоко нет никакого смысла.
– Это почему же?
– Не знаю. Ну, я бы так не стал делать, больно хлопотно.
– Много мы с тобой понимаем из того, что для неведомых строителей хлопотно, а что нет, – проворчал Фокс. – Ладно, а во-вторых что?
– А во-вторых, это помещение, похоже, сделано из естественной пещеры. Видишь, вон там, наверху, своды вообще ничем не обработаны?
– Да, ты прав. Теперь я с тобой согласен, пещера, которую нашли люди, должна находиться недалеко от поверхности. Думаю, что один из тоннелей должен вести на поверхность.
– Но какой? И почему нет сквозняка?
– Дверь.
– Что дверь?
– Закрыт вход в пещеру или завален, потому и свежим ветром не дует. Что-нибудь еще заметил?
– Стены и наш коридор, из которого мы вышли, обработаны по-разному!
– Точно, я тоже это вижу. Вот здесь явно вручную долбили, видишь, следы инструмента? Сколько же лет этому сооружению?! – Джеффри перешел к следующему проему и посветил в него. – Ого! Смотри, Барри, а здесь тупик. Метров двадцать всего, и тупик. А стены-то какие гладкие! – Он погладил ладонью гранит. – Прямо полированный. Как это делалось?
Из-за плеча Фокса в тоннель заглядывал озадаченный Глетчер. В свете фонарей стенки тоннеля лакированно блестели. Он отстранил командора и вошел внутрь, поводя из стороны в сторону лучом света, неторопливо прошел до конца, постоял там, потом вышел.
– Ну, что там?
– Ничего, – Барри пожал плечами. – Гладкие стены, пол, потолок… Как они это все делали, ума не приложу? – Он взял своего товарища за руку и потянул к следующему тоннелю. – Кстати, Джеф, обрати внимание, все проемы разные по размеру и по форме.
– Согласен, но не совсем, – Фокс показал рукой на тоннель, из которого они вышли. – Вот этот практически такой же, как напротив.
– Да, похоже. Посмотрим?
ГЛАВА 25 в которой поиски людей продолжаются и Барри с Джефом становятся гостями Монаха.
Тоннель, который они выбрали, оказался коротким, метров двести, не больше. Закончился он большой круглой комнатой, в которую выходили три стальных двери, только замков или задвижек на ней не было. Правда, справа от каждой двери на уровне глаз висело по небольшой коробочке с контурами человеческой ладони.