Роковая ночь
Шрифт:
– Валя, а ты когда-нибудь кого-нибудь любила?
– Нет, к счастью. Никого, кроме тебя. Были, конечно, увлечения в молодости… У кого их не было? Но все они так и остались на уровне увлечений.
– Но ведь так нельзя. Валя!
– А как можно? Ты втюрилась как последняя идиотка в какого-то придурка, который мизинца твоего не стоит! Уж чего-чего, а этого я от тебя не ожидала. Да ты раскрой глаза! Кто такой Грач? Проходимец, напичканный кокаином. Вот он кто!
– С чего ты взяла?
– Ладно, Злата, ты мне
– Да что ты такое несешь. Бог мой!
– Златуль, я слишком давно тебя знаю, целых девять лет скоро будет, и умею чувствовать. В отличие от твоего Грача я умею тебя ценить и дорожу нашей дружбой. Я, конечно, понимаю, что тебе нужно выходить замуж, рожать детей, но Грач не кандидат в мужья, честное слово. Вчера, когда ты была в футболке, я обратила внимание на твои руки.
– А при чем тут мои руки?
– При том, что на каждой из них есть по одному уколу.
– Что ты несешь?!
– То, что слышишь! – Я схватила Златку за руку и стала закатывать рукав ее блузки. – Это, по-твоему, что?
Златка молчала, тупо уставившись на меня. Я задрала вверх другой рукав ее блузки.
– А это что?! В ту ночь, когда ты поехала к нему после клуба, он дал тебе попробовать кокаин и сделал пару уколов.
– Валь, я клянусь тебе, больше этого не повторится. Ты же знаешь, что я раньше никогда этого не делала. Клянусь тебе, что это в первый и последний раз, честное слово!
– То, что в первый, я знаю, а вот то, что в последний, не уверена. Он посадит тебя на иглу, как ты не хочешь это понять?!
– Да ну, глупости! Кирилл предложил попробовать, и я согласилась. Больше мне не хочется. В этой жизни нужно испробовать все.
– Да, я согласна, в этой жизни нужно испробовать все, но только не это. Грач очень хитрый и расчетливый сукин сын. Он посадит тебя на иглу, а затем оберет твоих родителей. Он использует тебя, дура!
– Что мне делать, Валя?! – заревела Златка.
– Ничего. – Я обняла подружку. – Не встречайся с ним, ты же умная женщина. Когда он посадит тебя на иглу, то я уже ничего не смогу для тебя сделать, пойми. Я не смогу тебя вытащить, даже если очень сильно захочу. Брось его, умоляю тебя. Ему что-то от тебя надо, а что, я примерно догадываюсь.
– Что именно?
– Когда подтвердятся мои подозрения, я обязательно тебе скажу. Надеюсь, ты ему не доложила, где мы сейчас находимся?
– Нет конечно. Валюха, скажи, а ты и вправду думаешь, что все, что в последнее время навалилось на наши плечи, как-то связано с Грачом?
– Думаю, да. Не грусти, милая, мы найдем тебе достойную половину. Скажи, за кого ты хочешь замуж, и я достану его тебе из-под земли. Тебе и в самом деле пора выходить замуж, а то тебя понесло не в ту степь.
– Я не люблю коммерсантов, работяг, научных работников. Мне нравятся крутые.
– Ты
– Конечно, почему бы нет? Мне нравятся крутые, только действительно крутые, а не какие-нибудь шестерки.
– Но ведь у твоих родителей достаточно денег, чтобы обеспечить тебе безбедное существование.
– Дело не в деньгах. Ты же знаешь, с этим у меня порядок. Просто за крутым, как за каменной стеной. Уважение братвы. А когда его убьют, братушки меня не забудут. Я выйду замуж за его лучшего друга.
– Это почему? – улыбнулась я.
– У них так принято. Это вроде эстафеты, понимаешь? Только вот знаешь, что обидно? Что в нашем возрасте все братушки уже женаты.
– Но почему все? Не скажи.
– Ой, да что ты, такое добро на дороге не валяется. Его еще с молодости к рукам прибирают. Желающих хоть отбавляй. Не женаты одни шестерки. Они, конечно, тоже братушки, но братушки не нашего полета. А с женатиками связываться не хочется.
– Тогда какого черта ты с Грачом связалась? Насколько мне известно, он мужчина не свободный.
Златка положила голову на мое плечо и тихим голосом произнесла:
– Не знаю, Валюха, прямо бес попутал. Ты же меня знаешь, я всегда мужиками крутила как хотела, а здесь сама попалась. Помоги мне, сама не ведаю, что творю.
– Тогда слушайся меня во всем. Больше Грачу не звони, а если он сам позвонит, скажи, что больше не желаешь с ним встречаться, так как выходишь замуж. А еще лучше трубку мне дай. Конечно, в грубой форме с ним разговаривать нельзя. Это до добра не доведет, а вот в резкой форме можно. И еще. Злата, никогда в жизни я не подам руки человеку, который колется. Даже не помогу встать, если он упадет на моих глазах. Я презираю таких людей, понимаешь? Это путь в никуда, полнейшая деградация.
– Больше не буду, клянусь тебе.
– Хочется верить. Я не смогу тебя вытащить, пойми. Ладно, пойдем в дом. Завтракаем и собираемся в деревню, где живет банда жуликов. Я хочу раздобыть доказательства, что твой Грач кое-каким боком причастен к происходящим с нами событиям. Кстати, а помидорная грядка классно смотрится, как будто там ей и место.
– Старалась, – улыбнулась Златка.
Мы прошли в дом и сели завтракать. Завтраком это, конечно; тяжело было назвать – банка консервов и батон хлеба.
– Давай лучше где-нибудь в придорожном кафе пообедаем. Как ты на это смотришь?
– Положительно.
– Тогда не будем терять времени даром. Я открыла шкаф, достала оттуда пару париков, надела один ярко-рыжего цвета, нацепила очки с простыми стеклами и повязала косынку.
– Ну как?
– Круто! – засмеялась Златка. – На Маврикиевну похожа.
– А теперь наряжайся ты. Будем как Маврикиевна с Никитичной.
Златка нацепила прикид, который я ей пожертвовала, и со смехом посмотрела на себя в зеркало.