Роковая ночь
Шрифт:
— Сегодня дневным рейсом.
— Надеюсь, поездка была успешной?
— Вполне.
Все как обычно — интенсивные переговоры, исключительно упрямый оппонент, который прекрасно знал, что выхода у него нет, тем не менее никак не шел на компромисс.
— Полагаю, тебе часто приходится ездить.
— Деловые поездки — неотъемлемая часть моей работы в качестве главы империи Каредас.
Интересно, в скольких городах мира его поджидают женщины?
— Нет.
Его насмешливый голос вывел ее из задумчивости.
— Прошу прощения?
— Я не укладываю в постель всех женщин
— Ты хочешь, чтобы я поверила, что была исключением?
— Да. Это была исключительная ночь. — Он сделал паузу. — Для нас обоих.
Для нее так точно. Она помнила каждое мгновение той ночи. Легкое покалывание в затылке, когда она почувствовала на себе его взгляд, потрясение, когда их глаза встретились. Ее тогда как будто ударило током, и она стояла, не в силах сдвинуться с места. Он стал прокладывать себе дорогу к ней через заполненную гостями комнату, заговорил и… уже не отходил от нее весь оставшийся вечер.
После вечеринки она приняла его приглашение выпить кофе в баре его отеля. Но даже тогда она еще не представляла, чем закончится этот вечер. Страстью, восторгом, открытием неизведанного мира.
Это было… невероятно. Николас был невероятен. Она забыла, кто она, где и зачем. Были только он, ночь и страсть.
Они в молчании доехали до театра и вошли в фойе. Там уже прогуливались завсегдатаи, сновали официанты с подносами, уставленными бокалами с шампанским и апельсиновым соком.
Миа узнала нескольких заправил шоу-бизнеса, многих других известных людей. Все они приветствовали Николаса, что лишний раз подчеркивало, какое высокое положение он занимает в обществе. Быть увиденной в его компании означало оказаться в центре повышенного внимания. Представлениям и обмену светскими любезностями, казалось, не будет конца. В тот момент, когда Миа в который раз мысленно посетовала, что не может позволить себе выпить ничего более крепкого, чем сок, в фойе вплыла Анушка, как будто сойдя прямо с обложки журнала «Vogue». На ней было платье из оранжевого шелка без бретелек и почти без спины, туго обтягивающее ее идеальную фигуру.
— А вот и ты, дорогой. — Мурлыкающие интонации были в точности такими, какими они запомнились Мии. Такими же были и улыбка, и призывный взгляд влажных темных глаз.
«Похоже, это будет еще тот вечерок», — подумала Миа.
— Анушка, — вежливо произнесла она.
— Майя… или Мэри?
Все интересней и интересней.
— Миа. — Видимо, Анушка что-то уловила в ее голосе, потому что не сразу перевела взгляд на главный объект своего внимания.
— Николас! Какая жалость, что я не смогла присоединиться к тебе в Мельбурне. Но в бутике был эксклюзивный показ, вход только по персональным приглашениям… Ну, знаешь, как это бывает. — Она дернула изящным плечиком. — Может быть, в следующий раз?
Ого, это уже была война! Односторонняя, но тем не менее война.
— Не помню, чтобы я приглашал тебя присоединиться ко мне. — В голосе Николаса прозвучала откровенная насмешка, но Анушка предпочла не заметить ее.
— Дорогой… — запротестовала она кокетливо, сопровождая свои слова очаровательной улыбкой, — разве оно мне когда-нибудь требовалось?
Спасение пришло в виде звонка,
Миа расслабилась, но, как оказалось, ненадолго. Анушка вместе с ними прошла в зал, подошла к их ряду и заняла место по другую сторону от Николаса.
Прямо анекдот какой-то — с одной стороны любовница, с другой мать будущего ребенка.
— Может, мне лучше уйти? — спросила она Николаса под звуки настраиваемых инструментов.
— Даже думать не смей, — наклонился к ней Николас. Если она сейчас повернется, то их губы непременно встретятся.
— У нее приоритет.
— Нет никакого приоритета.
Николас схватил ее руку и сжал в своей. Когда она попыталась высвободиться, он нежно пощекотал большим пальцем ее запястье там, где бился пульс. В ответ Миа вонзила ногти в его ладонь, но это возымело обратный эффект — он лишь крепче стиснул ее руку.
Поднялся занавес, и Миа забыла обо всем на свете, отдавшись во власть музыки и прекрасных голосов исполнителей. Антракт наступил неожиданно быстро, нарушив очарование развернувшегося на сцене действия.
Анушка поднялась с кресла.
— Пойдемте что-нибудь выпьем?
— Я нет, — вежливо отказалась Миа и улыбнулась Николасу. — Но пусть тебя это не останавливает.
— Николас? — В тоне Аннушки сквозило нетерпение, которое Николас предпочел проигнорировать.
— Не жди нас.
Анушка передернула плечами и выплыла из зала.
— Обязательно было меня подставлять? — с усмешкой спросил Николас.
— Да у нее на лбу каждый раз, когда она видит тебя, вспыхивает неоновая вывеска «Мое!». Только не говори, что ты не заметил.
— Анушка владеет бутиком модной одежды в Дабл-Бэй, — проинформировал Николас. — Мы просто светские знакомые, и ничего больше.
— Неужели?
Его глаза сузились.
— Ты не веришь мне?
— Я этого не говорила.
— Если бы я был связан обязательствами с другой женщиной, я бы никогда…
— Не соблазнил меня? — любезно помогла Миа.
— Как мне подсказывает моя память, все происходило исключительно по обоюдному желанию.
Возразить ей было нечего.
— Ладно. Моя память не позволяет не согласиться.
Мгновенная улыбка приподняла уголки его губ.
— Какая честность!
Миа поднялась на ноги.
— Мне нужно выйти. Одной, — добавила она, когда Николас поднялся вслед за ней.
— Даже не надейся.
— Мне не нужно, чтобы меня все время водили за ручку. — Неожиданно она разозлилась. — Ты просто настоящий…
Она не договорила, потому что его губы накрыли ее рот. Этот медлительный, дразнящий поцелуй заставил Мию мгновенно забыть обо всем на свете.
— Ты дважды демонстративно покидала меня, — тихо произнес он. — Третьего раза не будет.
Миа ничего не ответила, потому что ни одного подходящего случаю слова не пришло ей на ум. Единственное, о чем она могла думать, так это о том, как бы притянуть его голову к себе и возобновить поцелуй.
Немного придя в себя, Миа вспомнила, где они находятся и сколько людей имеют возможность наблюдать за этой сценой. Она сказала себе, что это ее не волнует, но покривила душой, и ее щеки залил нежный румянец.