Рон
Шрифт:
Рон хлопнул по руке, раздавив очередного полного крови мучителя, и поднялся. «Нет, это невозможно! Если бы вместо них был один огромный комар, с какой радостью бы я его пришиб! И откуда эти твари берутся в таком количестве?» Юный маг зашел в палатку, тщательно застегнул вход, а потом посветил себе фонариком, чтобы заранее убить все, что летает. После этой карательной акции Рон забрался в спальный мешок, почесался и сладко уснул.
Где же он видел этот туман? Золотой и сверкающий, но совсем не мешает глазам! Из тумана
Казалось, он древен, как мир, но из-за отсутствия морщин выглядел молодым. Он добр, Рон знал это точно. Но юноша точно так же знал, что ему бывает свойственно и равнодушие – равнодушие к злобным дуракам или к таким же равнодушным.
И он, без сомнения, был мудр. Трудно было себе представить, что человек с таким лицом может быть в чем-то неправ.
– Рон. – произнес незнакомец, не раскрывая губ. Это был не вопрос и не утверждение, а, скорее, просто начало разговора. Но Рон зачем-то ответил:
– Да. И прибавил через некоторое время: – Я слушаю.
– Ты услышишь. Запомни все, что услышишь, и действуй. Это не просто сон, не сомневайся. Не отмахивайся от воспоминаний, когда проснешься. Не перекладывай ни на кого ответственность. Выбран ты. Но путь еще не определился. Я дам тебе доказательство достоверности знаний, которые ты сейчас получишь. Больше я ничего сделать не могу. Слушай.
В последнем слове заключались вопрос и просьба.
– Я готов. – сказал Рон, чтобы успокоить собеседника. Лицо начало медленно меркнуть, растворяться в тумане. А из-под тумана, как из-под горы снега раздался звонкий хор чистых голосов:
Судьбы злой рок,На смерть вас обрек.Но смелый порой,Поспорит с судьбой.К югу плыви,Сверни на восток.Друзей позови,Прогони черный рок.И потише, единственный голос:Там, на востоке, близ зари,Отступят все ненастья.И у камина, на краю землиОтыщешь свое счастье.Туман померк.Рон проснулся, как от удара током, и рывком сел. Сна не было ни в одном глазу, хотя часы показывали только шесть.
«Приснится же такое!» – с кривой усмешкой подумал Рон. Это сновидение разительно отличалось от его обычных. Рону порой снились цветные, содержательные сны, но сейчас было нечто особенное. Что-то не позволяло ему просто забыть про него; идя к реке чтобы искупаться и почистить зубы маг невольно прокручивал в голове увиденное ночью.
Рон еще не вышел из речки, когда к берегу подошел Руджен и с размаху
– Привет, ранняя пташка! – сказал он, энергично работая в воде руками, чтобы побыстрее согреться. Рон рассеянно поздоровался.
Во время завтрака он так же был задумчив, и, наконец, Руджен потряс его за плечо:
– Ты что? Не проснулся?
Рон нахмурил брови, глубоко вдохнул, словно желая что-то сказать, но промолчал. Потом все-таки заговорил:
– Понимаешь, мне нужно с кем-нибудь посоветоваться. Может быть, все это ерунда. – Рон опять покряхтел. – Но я видел сегодня очень странный сон. – Рон поднял голову и посмотрел на Руджена. Ни следа насмешки. Его друг внимательно и серьезно ждал продолжения. И Рон начал рассказывать.
– И вот они начали читать стихи. – закончил он. – Видишь ли, может быть так и бывает, что люди там, во сне, что-то сочиняют, но я написал стихи один-единственный раз в жизни, ради смеха. Я их вообще не люблю. Должны же быть какие-то предпосылки! И все было так четко…
– А какие стихи? – спросил Руджен. Рон помялся, так как все еще был смущен. – Прочти!
Рон, на удивление легко вспоминая, начал читать:
– … Сверни на восток…
Руджен сделал движение рукой, останавливая Рона, и сам закончил:
– Друзей позови, прогони черный рок.
– ??? Это что, стихи какого-то поэта?
– Если и поэта, то весьма скверного. Дело в том, что то же самое приснилось этой ночью и мне. Вернее, насчет черноволосого типа я сказать ничего не могу, но стихи я слышал.
– Вот оно, доказательство! Если бы мы еще спали в одной палатке, то можно было бы сомневаться, но теперь! Если только…
– Что?
– Надо спросить Карелиса, не ходил ли кто-нибудь ночью около наших палаток.
– Да кому это нужно, Рон? Зачем?
– Мало ли… Можно придумать сотню причин…
– А если это – правда, то что ты собираешься делать?
– Сейчас, секунду. Вот он идет! – Рон ринулся к начальнику стражи, и Руджен не успел перехватить его.
– Послушай, Карелис … Здравствуй!
– День добрый. Что стряслось?
– Часовые сегодня ночью случайно не заметили, никто не околачивался поблизости от наших с Рудженом палаток?
– Что такое? Что-нибудь пропало?
– Да нет, просто интересуемся.
– Нет, никаких незнакомцев не было замечено, и по лагерю никто, вроде, не ходил. Но объясните мне все-таки, что происходит?
Рон замялся. Легко сказать – объясните. На помощь пришел Руджен:
– Видишь ли, ему показалось, что кто-то воздействовал на его мозг. Вообще, стал таким мнительным. Скорее всего, это просто кошмар.
– Малость перебрал вчера, приятель, а?
Рон с облегчением рассмеялся и утвердительно кивнул.
– Пожалуй! – хотя именно вчера он был трезв, как стеклышко.
– Спасибо. Иногда не думаю прежде, чем что-то делаю.
– Я заметил. – безмятежно ответил Руджен. Рон бросил на него уничтожающий взгляд. Они забрались в палатку, и Руджен, лежа и упираясь локтем в землю, продолжил расспросы.