Рота, подъем!
Шрифт:
Утром мы грелись на солнышке, когда к нам подошел низкого роста, седой подполковник.
– Кто старший? – посмотрел он из-под насупленных бровей.
– Гвардии сержант… – начал я поднимаясь.
– Это ты "дембель"? – перебил он меня.
– Ну, судя по документам…
– По документам? Кто тебе их дал? Что за бардак? Это в Ковровской учебке порядка нет? Я вам наведу порядок. Кто послал вас сюда?
Нахрена вы мне тут нужны? Пошли вон!! И вон этого с собой возьмите,
– показал подполковник на поднявшего
– Куда? – опешил я.
– Ты на дембель! А остальные в часть!!
– А вы меня оформите тут на дембель? – по-детски обрадовался я.
"Деды" с завистью смотрели на меня, понимая, что при армейском бардаке, если есть те, кто служат лишнее, может оказаться и тот, кого отпустят раньше. Уйти на год раньше окончания службы не по состоянию здоровья домой – это было очень редкой удачей.
– Я что, в запас увольняю, сержант? Ты из ума вышел? Увольняет командир полка. Запомни: командир полка. Вот и валите в свой полк.
– Куда? В какой полк?
– А из какого прибыли. Там пусть тебя увольняют. Иди и получи сопроводительные документы. А я позвоню начштаба дивизии. Пусть он вашим мотострелкам "вставит" по самые гланды, чтобы им еще неделю икалось. Ты еще тут? Бегом за документами.
Через четверть часа, смеясь над армейской тупостью и придумывая, кто, что сделает в первую очередь, вернувшись в часть, мы шли к метро, направляясь уже известным нам маршрутом в обратную сторону. К вечеру мы добрались до Коврова.
– Скажи, бабушка, это какой город? – корча рожу, присел перед скучающей около ворот бабкой Жора.
– Ковров, сынок, Владимирской области, – шепелявила бабка.
– А хороший город-то? – не унимался Жора.
– Хороший, сынок, хороший.
– А до части далеко, бабуля. Мы правильно идем?
С подобной шуткой Жора приставал к каждому встречному и сам ужасно веселился. Пройдя полпути, "спецы", посовещавшись, решили, что надо купить "горячительное".
– Ребята, ведь мы же договаривались, – попросил я их, все еще надеясь на благоразумие. – Ведь вы меня спалите по полной.
– Все будет как в аптеке. Обещали же. Век свободы не видать, – на уголовный манер цыкнул выбитым зубом и провел себе по шее большим пальцем рыжий. – Придем в часть, ты от нас избавишься, а тогда уже мы…
До части ребят не хватило. Первые пару бутылок они оприходовали, присев в небольшом скверике. Я отказался, сославшись на спор с братом. Пили не долго, шутили, предлагали чуть сторонящемуся всех
"черпаку". Мне с трудом удалось уговорить не открывать третью и продолжить путь в родные пенаты. Проходя по кленовой алее вдоль двухэтажных серых однотипных домов, Жора, резко повернувшись, кинул на ходу идущему рядом со мной солдату свой вещмешок:
– Держи.
Тот схватил его на лету, а Жора, сделав два прыжка вперед, резко ударил идущего впереди "черепа". Солдат отлетел
– Не лезь. За дело.
– За какое? Чего он успел натворить? Когда?
– Он не имел права заступаться за "духа".
Но Жора уже остановился, нагнувшись над солдатом, потиравшим в ожидании очередного удара, грудь и закрывающим текущую из носа кровь.
– Я тебя бить не буду. Это я тебя в качестве воспитательной меры.
Вставай, не бойся.
Солдат встал, и Жора резко ударил его еще раз в живот.
– Все. Все. Теперь точно все. Ты "череп", а не "дух". Еще полгода и будешь "дедом". Будешь сам "молодых" гонять. Ты уже должен "духов" гонять, а не вступаться. Ты понял?
Солдат кивнул.
Жора взял свой вещмешок, положил по-братски руку солдату на плечо.
– Все. Теперь мы братья. Кто тебя тронет – мне скажи. Понял. И ты, – повернулся он ко мне. – Если кто тронет, мы всей "спецурой" приедем. Любого так уделаем.
– Жора, ты только говори поменьше, когда в часть придем, – посоветовал я
– Почему?
– От тебя перегаром несет за версту. Заметут.
– Молчу, молчу, – и он снова повернулся к солдату. – Значит так, братан…
Мы подходили к штабу полка, когда на крыльцо, потягиваясь и всматриваясь вдаль, вышел подполковник Шахдрахманов. Он даже чуть голову вытянул вперед, чтобы определить, что за группа так поздно появилась на территории части. Разглядев меня, приближающегося к корпусу впереди всей команды, он промолвил:
– И в огне не горит, и в воде не тонет.
Я остановил всех за несколько метров до здания штаба. Подойдя к крыльцу и, смотря снизу вверх, я приложил правую руку к фуражке.
– Товарищ гвардии полковник, команда специалистов по приказу начальника московского пересыльного пункта прибыла для дальнейшего прохождения воинской службы. Готовы с честью и доблестью защищать рубежи нашей необъятной Родины.
Улыбка не сходила с моего лица. Я обернулся получить поддержки у солдат специальной роты обеспечения учебного процесса и ужаснулся.
На фоне темного звездного неба над головами слегка качающихся солдат стояло желтое облако перегара.
– Ну-ка, дыхни, – наклонился к моей улыбающейся роже подполковник.
Я дыхнул.
– Хм. Трезв. А с ними что?
– Запах "Алешинских казарм", – еще шире заулыбался я.
– Дошутишься у меня. Возвращайтесь в роты, раз уж вас все равно вернули. Утром будем думать, что с вами делать. Жихарев! – посмотрел в сторону спецов над моей головой офицер. – Если я узнаю, что в роте спецов кто-то "о БМП ударился", то ты… В общем, ты меня понял.