Ровена
Шрифт:
– Сиглен уже сообщила мне эту новость.
– Поверь, Ровена, – голос Джероламана дрогнул, – она тоже очень горевала. Хуже того, мы думали, что и ты погибла. Координатор Камилла взяла на себя все хлопоты, что очень любезно с её стороны. Теперь я приеду забрать тебя.
Ровена размазала слезы по лицу.
– Благодарю тебя, Джерри, но нет никакой необходимости. Я прибуду, как только сдам помещение. – И она отключилась, не слушая никаких протестов.
Не обращая внимания на телеком, она собирала вещи, принимала душ, звонила
Затем – впервые! – она телепортировала себя прямо в свои комнаты в Башне. Уже несколько лет она обладала необходимыми для такой операции силами. Вот только случая подходящего пока не подворачивалось. Плут спрыгнул со шкафа прямо на девушку, укоряюще мурлыкая, забрался на плечо.
Она повернула голову, уткнулась в мягкий мех кота и почувствовала, что снова хочет заплакать. Она прикусила губу и пошла на кухню, чтобы дать ему что-нибудь вкусненькое за теплую встречу. На комнату Лузены в конце коридора она старалась не смотреть.
Настойчиво зазвонил телефон.
– Я вернулась, Джерри, – сказала она.
– Это не Джероламан, – ответил басовитый голос Сиглен. – Где ты была, несносный ребёнок? Встань, чтобы я могла тебя видеть. Вот так.
– Подождите, Прайм, я не могу разговаривать сейчас. – Ровена шлепнула кота, радостно жевавшего свой кусок, и подчинилась приказу Сиглен.
– Где ты… – начала было Прайм, но её сверкающие глаза округлились больше обычного, когда она увидела Ровену. – Твои волосы! Ты подстриглась?
И этот цвет! Чем ты занималась? Где ты была? Ты понимаешь, что сегодня похороны Лузены и ты должна хотя бы из уважения к приличиям присутствовать?
– Я прибуду, как только переоденусь и узнаю, где будет церемония.
– Координатор Камилла представляет Совет, и тебе придется поторопиться.
И сделай что-нибудь со своими волосами, прежде чем идти на похороны.
– Зачем? Моя прическа – идея Лузены. Извините меня, Прайм. Если вы приказываете поторопиться, у меня есть чем заняться.
– И ты сообщишь мне, как только вернешься. Ты слышишь меня, Ровена? Ты переполнила чашу моего терпения.
Не в силах выслушивать подобные обвинения, Ровена отключила и заблокировала связь.
«Джерри, скажи мне где. Я хочу перенестись туда сама!» Сам Джероламан не умел посылать телепатические сигналы, но девушка почувствовала, что он получил её сообщение, и знала, что он выполнит её просьбу. Ровене не нужно было принимать душ ещё раз, но, переодевшись в подходящее трауру платье, она умылась холодной водой перед приходом наставника. Плут предупреждающе фыркнул, когда он вошёл.
Управляющий станцией выразил Ровене своё сочувствие, но он и сам был искренне опечален потерей близкого и незаменимого друга.
– Что я могу сказать, Ровена? – Он беспомощно развел руками. Одет он был с подобающей строгостью, а волосы, обычно растрепанные, лежали
Она вздохнула и спросила:
– Пойдешь со мной?
– Но координатор…
– Камилла и так вся в слезах: они очень-очень близки с Лузеной… – Больно было даже произносить это имя. – Я не выдержу никаких проявлений чувств по дороге на похороны. Пусти меня в Башню. Воспользовавшись энергией гештальта, я легко перенесу туда нас обоих. Я хочу увидеть Барди и Финнана. Ведь она уехала, когда Барди особенно нуждалась в матери.
– Но подожди, Ровена, ты же не можешь использовать гештальт без разрешения Сиглен.
– Боишься, что я перенесу нас не туда?
– Нет, пытаюсь убедить тебя вести себя разумно!
– В горе нет ничего разумного! – вспыхнула девушка. Потом поморщилась и добавила, положив руку себе на лоб:
– Я не помню себя от горя. Я не знаю, что делаю. Ты со мной?
– Придется! – Джероламан повернулся и пошёл вперед по коридору к своему офису.
Там девушка положила руки ему на плечи.
– Кто-нибудь из Талантов сейчас работает?
– Нет, сейчас нет. Сиглен расстроена, как тебе известно. – И его злобное лицо удивило Ровену. У Джероламана было несколько пристрастий в жизни, но на первом месте всегда стояла Башня. – Сиглен плохо работала сегодня.
– Оно и видно, – заметила Ровена, глядя на пыхтящие на холостом ходу генераторы. – Какие координаты?
Джероламан замялся, но девушка резко сжала его плечи, и он дал-таки ей координаты скрипящим от напряжения голосом. Ровена решительно вошла в поток энергии, идущей от генератора Башни, почувствовала, как сквозь неё пошли силовые волны, улыбкой подбодрила Джероламана и легко телепортировала их обоих.
Она едва не расхохоталась при виде лица управляющего, когда они без особых помех появились перед одним из муниципальных зданий местного городка.
«Ровена! Как ты посмела?!» – послышался рык Сиглен в её мозгу.
– Оставь меня сейчас, Сиглен. Ты сможешь прочесть мне все пункты из правил и инструкций, которые я нарушила, когда я вернусь в Башню.
Сиглен не ответила на эту дерзость Ровены, но та знала, что Прайм вне себя. Ровена не обратила внимания ни на ярость Сиглен, ни на озабоченное лицо Джероламана.
– Пошли! Дом Барди чуть дальше.
– Но Лузена там. – Джероламан указал на ближнее здание.
– Там нет ничего от моей Лузены. Я запомню её такой, какой она покинула Приятную Бухту. Но я могу помочь Барди.
По правде говоря, Ровена почти боялась встретиться со своей сводной сестрой. Она, приемыш, присвоила слишком большую часть жизни Лузены, несмотря на то что Лузена добровольно приняла на себя эти обязанности.
Барди была внимательной и доброй к ней, но иногда они с Финнаном обижались на чрезмерную погруженность их матери в заботы о своей подопечной. Хотя почему бы им не обижаться?